Искатель, 2012 №3 - Анатолий Галкин

— Сегодня.

— Скажите им, пожалуйста, что я хотела бы пока забрать к себе обеих черепах. Не думаю, что им следует держать их у себя. А потом будет видно.

Ну прямо как Хохолок, подивился Пьер, тот тоже прежде всего подумал о собаке Челси, когда узнал об убийстве Цейского.

— Они сейчас, насколько мне известно, у Серафимы, она держит их на выставке.

Тереза немного поколебалась:

— Тогда я заеду к ней и заберу их.

— В какой форме вы посоветуете мне все рассказать Серафиме и Лизе? Ведь это для них — немалый удар. Одно дело — убийство, возможно спонтанное, и совсем другое — планомерный обман в течение многих месяцев. Им ведь сейчас и так тяжело, а станет еще хуже.

Тереза покачала головой — по крайней мере, так показалось Пьеру, хоть он и не мог видеть ее.

— Ничего не придумывайте, просто расскажите им как есть. Во-первых, я полагаю, они и сами уже многое поняли. Во-вторых, они женщины сильные. Выдержат, и уж лучше сразу.

Маленький сыщик был согласен. Придется пройти через это, выбора нет. Он договорился с Серафимой о встрече на вечер и попросил ее приготовить черепах: Тереза Марковна хочет забрать их к себе. Сама вызвалась. Она заедет на выставку и заберет их при первой возможности. Как он и предполагал, никаких возражений у Серафимы не было.

Времени до вечера оставалось еще немало. У Пьера было полно работы, но последние события так его наэлектризовали, что он не мог думать ни о чем, кроме дела Дунаевой. Он вычислил преступницу и разоблачил фальшивое алиби, которое казалось абсолютно незыблемым. Браво! Теперь дело за малым: выяснить, что плохого сделали ей Званцев и Цейский, зачем было избавляться от них и в чем же секрет проклятой рукописи.

Глава девятнадцатая. Экспонат номер двести четырнадцать

Пока невозможно было подтвердить версию о двух домах полностью, потому что дом американца был недоступен; но снаружи его уже успели осмотреть и дать соответствующее заключение. На электронную почту Пьера поступили фотографии, ясно свидетельствующие о том, что дома в Голицыно и Мытищах с виду совершенно одинаковы. Они явно построены по одному и тому же проекту и выкрашены в одинаковые цвета. Улицы похожи, их и в самом деле можно спутать; на обоих участках растут одинаковые деревья, окна снаружи закрывают густые кусты сирени, а внутри на них висят совершенно одинаковые плотные занавески, закрытые наглухо. Так что предварительные выводы можно уже было делать с достаточной степенью уверенности.

С мотивами дело обстояло хуже. Сыщик был убежден, что секрет дела заключается в рукописи. Экспонат номер 214. Он, конечно, сделает свои любимые выписки, но вряд ли и в этом случае ему удастся таким образом дойти до истины — просто потому, что действия всех лиц, замешанных в эту историю, не могут быть связаны с содержанием рукописи напрямую.

Да и помимо рукописи оставались еще вопросы. Например, откуда Ульяна Лунаева взяла деньги на строительство домов; где взял такую огромную сумму Андрей Цейский, столь лихо обменявшийся богатствами с греком Андреасом Цескасом; зачем понадобилось Дунаевой доставать рукопись из витрины, если она и так имела свободный к ней доступ. И если первые два вопроса вполне можно было бы объединить в один — он уже практически не сомневался, что Лунаева была партнершей Цейского и деньги они доставали вместе, — то третий оставался сам по себе. Это, так сказать, по максимуму; но были и мелкие детали, которые тоже очень хотелось бы разъяснить.

Будь Цейский не химиком, а историком, можно было бы предположить, что Ульяне Дунаевой требуется только, чтобы он прочел рукопись. Прочтя ее, он узнал бы некую тайну, которую рукопись эта, безусловно, пока хранит. Чтобы пресечь распространение тайны, коварная партнерша убила его. Но что это за тайна, была бы ну хоть какая-то идея!

Идей не наблюдалось, и Пьер включил телевизор. Он иногда почитывал детективы и всегда поражался: как только следователь включал телевизор, там непременно как раз показывали что-то такое, что подсказывало ему развязку или хотя бы выводило на правильный путь. Просто удивительные совпадения попадались! Но он, видимо, не дорос еще до такого быстрого и легкого раскрытия дела. Показывали какую-то муть.

Крякнув, Пьер выключил голубой экран, зато опять включил текстовую программу и разделил страницу на две части. Потом, подумав, отменил деление, потому что возражать тут было не на что, надо было просто перечислить факты. Может, осенит.

Ульяна Лунаева сама задумала и организовала выставку и сама вела переговоры с владельцем рукописи. Долгие переговоры, хотя это и не самый ценный экземпляр на выставке.

Об этом ему рассказала по телефону Серафима; ее осторожные намеки на не совсем естественную удачливость Дунаевой в работе также навели его на некие размышления. По экрану снова побежали строчки:

Рукопись подменили другой, из запасника, — вероятно, совсем ненадолго.

Рукопись представляет собой конец списка обычных химических элементов; соответственно, список неполон.

Дунаеву не беспокоило, что рукопись будет выставлена и любой сможет увидеть ее. Значит, секрет рукописи неявный, чтобы раскрыть его, нужна дополнительная информация.

Лунаева легко могла вынести рукопись и вернуть ее на место. Охрана, конечно, не проверяет ее на выходе.

На этом Пьер остановился и, поразмыслив, достал копию документа, который хранился у Серафимы в файлах. Она сделала эту копию специально для него, когда он в последний раз был на выставке. Документ представлял собой описание экспоната и его изображение. «Рукопись старинная, предположительно пятнадцатый век. Язык древнеиспанский. Текст полностью прочитан и представляет собой перечень химических элементов. Поднята тогда-то с такого-то корабля. Владелец — профессор Бельчиков, адрес, телефон... Материал... Чернила... Запись сделана с обеих сторон...»

С обеих сторон! Как же он раньше не додумался до этого! Не потрудился толком прочитать бумагу, кретин эдакий, зациклился на изображении! Да и плохо зациклился: изображений-то два! Одна сторона рукописи, доступная всем взглядам, и обратная! Которую в экспозиции не видно! Правда, тут всего полторы строчки, но вдруг именно в них-то и заключается все дело!

Он внимательнее вгляделся в эти полторы строчки. Похоже на продолжение списка. Или не похоже? Неважно, нечего гадать, он просто припряжет Хохолка, тот сразу разберется!

Пьер немедленно позвонил ему и попросил о встрече назавтра.

— Можем встретиться на выставке, — предложил Хохолок. — Я обещал подбросить туда Терезу Марковну, она там каких-то крыс, что ли, забрать хочет.

— Черепах.

— Ну черепах.

— Давайте лучше с утра, Иннокентий Петрович, — попросил Пьер. —