Отель «Реббека» - Рада Рамильевна Артемьева

– Да, я не справилась, – добавила Эллен, – начался скандал, американцы не согласились на мои условия. Вы об этом прекрасно знали. Так вы хотели укрепить свою позицию, да? Знали, что я не справлюсь, и специально все спланировали, чтобы доказать Николя свою значимость? Чтобы потом было легче управлять им? Это же полностью сфабрикованная вами ситуация! И вам не жаль людей? Ради таких ничтожных целей вы способны идти на преступления?

– Я напоминаю, – сказала Морган деловым тоном, – это вы не пустили Меркьюри и пошли против приказа. Если бы не вы, то все сложилось бы иначе.

– Это из-за меня погибли все эти люди?

– Да, – спокойно отозвалась Морган, и Гозлан ухмыльнулся. Эту женщину было не исправить. Страшный, тяжелый нарцисс, подумал он. Клинический случай.

– Думаю, на этом надо закончить, – вмешался он, пока Эллен еще сдерживала себя от драки. – Это не тот случай, когда объяснения помогают, мадам Шанталь. Моральные принципы некоторых людей, к сожалению, не кристальны, увы. Пойдут давить людей, как тараканов, лишь бы добиться результата. Предлагаю на этой ноте закончить нашу встречу. У всех еще будет время для анализа. Теперь семье Морган придется ответить за убийства невинных людей. Итак, друзья, нам пора расходиться. Очень надеюсь, что приеду в этот отель теперь только отдыхать.

Все засуетились. Началась возня. Николя подошел к Гозлану и протянул ему руку:

– Мсье Гозлан, двери «Реббеки» для вас открыты. Сделаем все в лучшем виде. Приезжайте в гости.

Гозлан улыбнулся.

– Только, умоляю, не оставляйте мне президентский люкс, – пошутил он, и мужчины закрепили договоренность рукопожатием. Эллен облегченно вздохнула: еще недавно эти двое готовы были растерзать друг друга. Целительная сила времени все же творила чудеса.

Полицейские начали выводить по очереди преступников. Поднялась оживленная суматоха. Все рассыпались кто куда. Часть людей вышла на крыльцо вслед за полицией. Прощание со старой эпохой проходило в молчании.

Морган оглядела родные стены напоследок, словно все еще заявляла на них свои права. Эдуарда вывели первым. Он не задерживался у выхода. Морган же прощалась со своей властью болезненнее: помедлила у порога в глубочайшей задумчивости, затем безропотно шагнула в новую жизнь.

Во дворе захлопали дверцами машин, загудел мотор. Эллен и Николя вышли следом за полицией.

– И мне пора, – сказал Гозлан довольно. – Пастис я заслужил. Это как минимум.