Бывший муж. На осколках мести - Галина Колоскова

– А вдруг я успела ему навредить? – испуг и страх сопровождали с утра.

Врач наблюдала за мгновенной сменой эмоций на лице слишком возбуждённой пациентки.

– Успокойтесь! Давайте дождёмся анализа крови. – Женщина средних лет по-доброму смотрела на будущую мамочку. – Время есть, не волнуйтесь. Но я не рекомендую прерывать первую беременность.

Мира оторвала взгляд от пола. Внезапно пронзила страшная мысль, что Эдика мог подослать отец. Тот ни за что не позволит родить без отца ребёнка. Вся жизнь на показ красивой картинки.

Паранойя, не паранойя, но нужно подстраховаться. Ребёнка не потеряет!

– Я не собираюсь прерывать. – Она обхватила руками живот, защищая новую жизнь от происков деда. – Наоборот, рада безумно!

Врач нахмурилась. Всё выходило из-под контроля. Слова «несовета» банальная обязанность любого гинеколога. Она попробовала вернуть бедняжку в реальность.

– Но мне сказали, что вы вдова. – Брошенный взгляд на дверь, за которой стоял человек, предложивший немалые деньги. – Зачем вам сейчас ребёнок? Молодая, красивая. Выйдите замуж ещё раз и тогда…

Мира грубо оборвала.

– Богатая вдова! – она следила, как врач меняется в лице. Страх за ребёнка заставлял действовать быстро. – Ваше молчание будет хорошо оплачено. Мне нужна фора хотя бы в неделю.

Мира сунула визитку под нервно стучащую по столу ладонь и мило улыбнулась, диссонируя внешним видом с жёсткими словами:

– Если поступите по-другому, пущу эти деньги, чтоб испортить вам жизнь! – в глазах появилась сталь. – Сможете практиковать за уральским хребтом и то, если повезёт!

Дверь в кабинет отворилась без стука.

Эдуард поторопил, глядя на врача.

– Я не помешал? – вопрос, словно зашёл не в кабинет, где женщина может лежать на кушетке, а к стоматологу. Он мельком взглянул на блондинку. – Мира, звонил Николай Иванович. Вызывает меня в центральный офис. Ты со мной?

На лицо психологическое давление. Нет ничего запретного? Она не сводила глаз с доктора. Подаст знак или нет.

Врач провела ладонью по бумагам на столе, пряча среди них визитку.

– Мы закончили. – Она улыбалась, явно адресуя слова нотариусу. – Всё в норме. Нужна консультация невролога. Причину тошноты и обмороков нужно искать там. Жду вас через неделю, раз сейчас не хотите сдавать анализы.

Мира выдохнула. О беременности не должен знать никто. Она успела накидать для себя дальнейший план действий. Встреча с отцом в них не входила.

– Нет, поезжай один. Я к девчатам в кафе, а потом в офис Алекса. – Хотела сказать- в наш офис, но вовремя себя оборвала.

Прилежин не уходил, словно выжидая чего-то. Пришлось подняться самой. Она повернулась спиной к двери. Красноречивый взгляд на место, где спрятана визитка, а вслух:

– Буду через неделю, спасибо!

Интуиция не шептала, в громко орала, что поступает правильно и нужно срочно попасть в кабинет мужа.

Она попрощалась с Прилежиным, сделавшим ещё пару попыток утащить её с собой в офис холдинга и вызвала такси.

Все мысли крутились вокруг беременности. Как не горько осознавать, но главным врагом родов станет отец. Он и до этого призывал не торопиться с ребёнком, а теперь станет давить, что не нужно рожать безотцовщину.

Поведение лучших друзей Абашево казалось более, чем странным. Оба явно имели на неё виды, но Лопухов не скрывал намерений, а Прилежин скрывался за маской «своего парня».

Неприятный осадок остался в сметенной душе после общения с каждым.

Мира смотрела в окно на суетящийся город. Все куда-то спешат, торопятся по делам. Привычные пробки. Лучше было спуститься в метро, но страшно. Никогда не любила большого скопления людей.

Она достала смартфон, но передумала звонить, пока гаджет не проверят спецы на предмет жучков. Косой взгляд в окно. Постоянное чувство, что за ней следят, не отпускало.

– Да что происходит? – в очередной раз заданный себе вопрос, на который нет ответа. В душе смятение вперемешку с радостью. – Сумасшедшая мамаша в центре вселенского заговора. – Усмешка скривила пухлые губы. – Агент 007 в юбке.

Таксист с удивлением взглянул в зеркало заднего вида. Кого только не приходиться возить за день. Трудовой эмигрант решил не общаться с женщиной, что сама себя назвала ненормальной.

Мира прошла в офис мужа под любопытные взгляды. Шушуканье в спину, вопросы в глазах встречных людей. Навстречу по длинному коридору спешил личный помощник Алекса.

– Мира Николаевна! Как мы вас ждали. Работа парализована. Нужно платить поставщикам, Время зарплаты. Никто не знает, что будет дальше. Прошёл слух, что нас передают вашему отцу – Старыгину. Некоторые важные специалисты собираются увольняться.

– Почему? – Мира кивала, здороваясь с теми, кого знала.

– Простите, но вашего отца, как бы мягче сказать – недолюбливают!

– Успокой всех. Ничего не меняется! Работаем в прежнем режиме. Продолжаем развивать айти-стартап и новые направления. Через полчаса созывай совет директоров. Собери всех в малом конференц-зале. Прямо сейчас пришли ко мне начальника безопасности. Нужны пароли от рабочих компов мужа. – Она видела, как разглаживаются морщины на лбу личного помощника. – Паша, всё будет хорошо! Мы не свалимся, а выстоим и будем расти дальше. – Мира подмигнула высокому худому блондину в очках, пообещав: – Я не буду стараться, а сделаю это с вашей помощью!

Оказавшись в кабинете Алекса, она выдохнула, радуясь возможности погладить живот. Ещё одно обещание, в этот раз со слезами радости в глазах и безмерной нежностью в голосе.

– Ничего не бойся малыш! Мама сильная и никому не позволит нанести тебе вред! – тонкий пальчик прошёлся по фотографии, где она счастливо смеётся в объятиях мужа. Душу сдавила тоска. – Папа будет тобой гордиться!

Начбез Павел Ладыгин, сослуживец Абашева в прошлом, не стал разводить лишних вопросов после прочтения брачного договора. Короткая фраза частично совпала с мыслями Миры.

– Уверен, вашей вины в смерти Алекса нет!

Сердце кольнула обида. Впервые кто-то связал её со смертью Абашева.

На некоторое время в просторном кабинете установилась мёртвая тишина. За окном пели птицы. Где-то недалеко гудел тепловоз. Офис располагался на окраине Москвы, рядом с промышленной зоной.

Мира долго сидела с опущенной головой, готовясь к тому, что Паша примет её за ненормальную.

Выпрямленная спина, гордый взгляд и фраза пребывающей в собственной правоте женщины:

– А я не уверена, что он мёртв.

Глава 8

Мира мотнула головой. Как объяснить несколькими фразами, что при упоминании имени мужа нет пустоты в душе. При взгляде на фотографию нет безысходной тоски, а лишь ожидание встречи. Что до сих пор ощущает его тепло. Нет холода. Точная уверенность, что Алекс пытается дать знать о себе, но пока не может.

Причин