Тайна «Лисьей норы» - Виктория Борисовна Дьякова

потом вроде – неизвестно как, но в собственность оформил. Они оба с женой люди были работящие, а вот дочка Агриппина – та без царя в голове. По мужикам таскалась. Сына нагуляла. А как-то зимой сын-то этот малолетний у нее и помер. Раньше к дому лесника всегда дорогу чистили – машина могла проехать, а в девяностые перестали. Вот занесло все, скорой помощи не пробиться. И ей самой не выбраться. Так и умер мальчик у нее на руках. Очень высокая была температура, не выдержал. Агриппина же запила с той поры, дом отцовский продала за гроши, таскалась, бездомная, где-то и скончалась от перепоя, верно, не знаю. А там богатые люди купили – все забором обнесли, собак насажали – не подойдешь. Уж что там теперь – не знаю. Как заборы поставили, мы туда не ходим.

– В 90-е годы, говорите? – переспросила Аня. – А вот второй домик, вы что имели в виду? – уточнила она. – Это где?

– Ну, там же, недалеко, – ответила Липатова. – Только он не на берегу, а на самом болоте стоит. На сваях. Знаете, как избушка на курьих ножках. Небольшой такой, квадратный. Это дед Полишин специально построил, чтоб от жены там прятаться с девками. – Ирина Андреевна рассмеялась. – Дорожка-то туда есть только одна, очень секретная. Там по кочкам-кусточкам ориентироваться надо, чтоб пройти, а кто ж эти кочки-кусточки-то, кроме него, знает. Так вот помощники его девок на руках туда переносили из дома на берегу, а он уж там их принимал. А жена примчится в сторожку, где, мол, муженек, а помощники ей – он, мол, угодья осматривает, отъехал. Такой был дедок!

– Ясно, Ирина Андреевна, а что-то вот на карте я этих построек не вижу. – Аня посмотрела в планшет. – Далеко они?

– Ну, если от усадьбы вдоль болота идти, то километра три с половиной будет.

– А что сейчас с этим домиком на сваях, существует он?

– Да, обновился даже. Его и от усадьбы видно осенью и зимой, когда листва спадает. Крышу ему красную, черепичную сделали. Видно, те люди которые домик лесника купили, те и этот домик тоже себе приспособили.

– Ирина Андреевна, а вот еще такой вопрос. Вы говорили, что с Игнатьевым, ювелиром из Петербурга, знакомы не были. А не знаете, он часом к полишинскому роду никакого отношения не имел? Может, слышали в поселке какие-то слухи, сплетни? У него же сестра жила здесь. Она к Полишиным не принадлежала?

– Нет, ну что вы?! – воскликнула Ирина Андреевна. – Полишины – они же все-таки дворяне, белая кость. А это – простота, как и мы. Вот полишинскому управляющему Евлампиеву они точно родственники. Это я знаю, бабка говорила. У их матери еще фамилия была Евлампиева, до того как она Игнатьевой стала. Она в магазине на кассе одно время сидела. Потом вроде на складе, кладовщицей устроилась. Какие уж они Полишины! – Ирина Андреевна еще раз прищелкнула языком. – Это как я – Екатерина Вторая. Скажи, Надя! Но ставили из себя много. Как же, раньше они в господской усадьбе командовали! А моя бабка при Анне Николаевне ничуть не меньшее значение имела, но мы так не выпячивались. Что-то еще рассказать?

– Нет, пока у меня больше вопросов нет, все ясно, – ответила Аня задумчиво. – Мне кажется, все ясно. – Она пристально посмотрел на Максима. – Осталось собрать доказательства. Ирина Андреевна, спасибо вам! Буду звонить, держать в курсе. – Аня завершила звонок и положила айфон перед собой.

– Все ясно, – повторила она.

– Что конкретно? – уточнил Максим.

– Я уверена, что если копнуть Росреестр, окажется, что домик у болота купил не кто иной как Зинаида Ивановна Изотова. Она является его хозяйкой, а также хозяйкой домика на болоте, где скорее всего и находится лаборатория. Кто ее там найдет, если туда ведет тайная тропинка, известная единицам. Даже местные толком не знают. Покупка совершилась в 90-е годы, когда, собственно, и начинаются наши эпизоды – первой была девочка Маша Томина, за ней – Артемьева и прочие. Итак, мы имеем преступное сообщество, состоящее из трех персон. – Аня повернулась к Максиму. – Зинаида Изотова, она же Зоя Лозовская, ювелир Игнатьев, его роль теперь трудно отрицать. И сам Лозовский. Ведь заметь, именно в середине девяностых Лозовский прекращает свою профессиональную деятельность и начинает заниматься охранным бизнесом. У него появилось, что охранять. Игнатьев, потомок полишинского управляющего, конечно, был прекрасно осведомлен и о подземных ходах, и о домике на болоте. Он же, зная всех наперечет в поселке, кто чем дышит, конечно, выяснил за все время, что он изучал елениевскую усадьбу, у кого какие безделушки осели. Зора и Лозовский покупают у алкоголички Фроловой за бесценок домик у болота на имя Зинаиды Изотовой. Думаю, что так. Это лишь свидетельствует о том, что Лозовский прекрасно знает, что его жена – никакая не Зоя. Но, собственно, он и сам в этом признается в дневнике. Что их держит вместе – скорее всего преступный интерес. Ведь доходы от реализации антиквариата не сравнить с зарплатой врача, пусть даже в престижной клинике. Игнатьев придумывает легенду о воскресшей Энн Джонс, Зора и Лозовский организуют лабораторию, и они принимаются за дело. Все остальное – известно. Остается только удостовериться, что домик на болоте существует, сфотографировать его и можно связываться с Суворовым. Ему предстоит большая работка. – Аня усмехнулась.

– Но кажется, с этим нам придется повременить. Смотри. – Максим показал на боковое зеркало, а потом повернулся и указал рукой на заднее стекло. Из-за трехэтажного дома у реки выехала черная тойота, которая быстро приближалась. – Уверен, Зора Анатольевна собственной персоной. И не думаю, что она едет с нами поздороваться.

– Верно. Зора, мы тебя нашли! – Аня кивнула. – Но что теперь делать? Вряд ли она едет, чтобы с нами разговаривать?

– Она едет, чтобы нас убить. Давай-ка быстро на мое место. Я поведу. – Максим выскочил из машины и пересел за руль. – Один раз уж не удалось меня укокошить, посмотрим и в этот раз, кто кого, Зора Анатольевна. Кто водитель получше. Я за Маню с вами посчитаюсь, пожалуй!

– Но куда нам ехать?! – воскликнула Аня. – Она отрезала нас от единственной асфальтированной дороги!

– А мы вот по проселочной, вдоль речки! – Максим повернул ключ зажигания, включил передачу, нажал на газ – фольксваген резко рванулся с места. Из-под колес полетел песок. Аня повернулась, чтобы посмотреть назад – черная тойота следовала за ними неотступно. Более того, она приближалась. Аня даже четко могла рассмотреть в кабине силуэт женщины в темно-коричневой дубленке и черных очках.

– Еще бы! – Максим бросил взгляд