Кофе для Мардж, а ограбление на десерт - Кейт Андерсенн

Маргарет Никсон между тем была вполне себе жива и почти невредима, однако отчего-то недовольна: стояла с устремленным на него в обвинительном жесте указательным пальцем:

– Ты! Это ты?!

Гарольд непонимающе кивнул.

– Я.

Ну а что: он – это он.

– Как ты себя чувствуешь?

– Как ты смел?! Меня переодеть?!

Она дрожала от возмущения. Гарольд Кингстон взорвался смехом.

– Так вот ты о чем!

И она о таком волнуется сейчас!

И сгреб ее в охапку, беспорядочно целуя в лоб, в щеки, обнимая, не обращая внимания на все обвинения и тирады. Сначала мисс Никсон вырывалась, пыталась заехать ему в ухо или в глаз, но после затихла.

Гарольд отстранился – теперь он нависал над нею, а она лежала на одеяле совершенно счастливая и домашняя:

– Ты ведь выйдешь за меня, правда?

– Конечно, – кивнула она, сияя глазами.

И тут же сияние в них сменилось замешательством, отчаянием и еще бог знает чем. Она так резко села, что лбом ударилась о его нос, и в глазах заплясали звездочки.

Кингстон схватился за нос и отпрянул, часто моргая.

– Это ты сейчас… серьезно?! – сделала круглые глаза мисс Никсон, не заметив этого.

Гарольд сел в кресло напротив. Расхохотался, все еще держась за нос.

– Нет. Тебе послышалось. Пошли.

Встал. Взял ее за руку и дернул на себя.

– Куда?..

Со сна она была такой милой. И опасной для жизни, здоровья и психики. Как обычно. Кингстон осторожно отнял руку от носа. Вроде кровь не идет, и на том спасибо.

– Завтракать, конечно. Омлеты миссис Дженкинс никому не переплюнуть. Только халат надень.

Он покружил по комнате в поисках халата. Маргарет вытащила свою ладонь из его пальцев. Потерла ее, потом глаза, потом уголки рта, что пострадали от кляпа – побаливали.

– Скажи… мне ввели этот анестетик? – спросила она шепотом.

И, кажется, это было для нее делом жизни и смерти.

– Какой анестетик? – не понял Гарольд.

– Ну… они хотели… Берти и Рода… Чтобы я ничего не вспомнила…

Маргарет прикрыла рот ладонями и вдруг запрыгала на месте.

– Не успели! – осознала она сама непонятно что. И засмеялась счастливо. Бросилась ему на шею. – Не успели ввести! Гарри, ты лучший!

И поцеловала его в щеку. Совершенно невозможная и нелогичная.

– Да… да… я выйду за тебя… Если ты меня еще не возненавидел…

Гарольд крякнул. Вероятно, это все от потрясения. Анестетик! Впервые слышит такое. Да он этих бандитов…

– Халат, – напомнил он, подставляя ей рукава.

Маргарет послушалась беспрекословно. Оступилась пару раз и скривилась.

– Что там? – обеспокоился Гарольд. – Дай посмотрю.

– Ерунда… – отмахнулась Маргарет, – легкими ушибами отделалась… – и отстранилась. – Ты не пользуйся… что я не вполне в себе… Расскажи, что случилось? Поймали их? Где мы? И… мне показалось или это правда было предложение?

Она даже не знала, ответ на какой из вопросов был важнее.

Кингстон снова рассмеялся. Он был подозрительно весел все утро, хотя под глазами залегли мешки.

– Маргарет Никсон. Сейчас от тебя требуется только пойти и съесть завтрак. Остальное – позднее. Когда ты будешь… как ты говоришь – более в себе.

Вытолкнул ее вперед из комнаты. Маргарет схватилась за притолоку, потом – за голову. Та все еще кружилась, но в это солнечное утро с его ароматами вокруг не пахло ни одной угрозой.

– Доброе утро, голубушка! – тепло улыбнулась женщина с кучеряшками… так смутно знакомая.

«Омлеты миссис Дженкинс»!

– Миссис Дженкинс?! – воскликнула Мардж.

И даже почувствовала неловкость от того, как медленно соображает. Ведь она еще тогда, невообразимо давно видела ее в первый и последний раз, и что с ней все хорошо после нападения мафии, знала только со слов Гарольда. А ведь он только что сказал про «омлеты миссис Дженкинс», и комната была такая знакомая…

– Я так рада вас видеть в добром здравии! Переживала тогда, а Гарри не позволил вернуться…

– И правильно, что не позволил. Поверь, я уж о себе умею тут в лесу позаботиться, иначе бы и не поселилась.

– Так мы… в Гленнифер-парке?!

Миссис Дженкинс разулыбалась еще сильнее.

– Садись за стол, дорогая. Гарри сильно переживал, но я сразу ему сказала: не может такая история, как ваша, иметь плохой конец, я просто не верю.

Маргарет потянула носом: противиться приглашению оказалось просто выше ее сил. Оглянулась: в дверях руки-в-карманы стоял невероятно довольный жизнью Гарольд. Небритый. И… переодевший ее, наверное… Девушка покраснела до корней волос.

– Рада, что моя сорочка пришлась тебе по размеру, – заметила это миссис Дженкинс, снимая со сковороды омлет, – я так твоему парню и заявила: я тебя переодену, а он пусть выметается, иначе не отдохнешь как следует. Как самочувствие?

На душе полегчало. Почему-то. Кстати… что же с предложением, он так и не сказал.

– Спасибо… немного мутит, а остальное вроде ничего… Чего ты там стоишь, Гарри? Садись давай тоже.

А он просто улыбался, нет, ну просто невыносим!

– Твое платье я уже почистила и погладила, не переживай, – продолжала миссис Дженкинс. – Гарри, хватит мечтать, бери вилку и вперед…

А ведь подумать только, вчера в это время они собирались на обед к его родителям, и мама переживала до смерти, что на ее платье будут складки… Хах, если бы проблема была только в складках…

Маргарет ойкнула. Кингстон уронил вилку с первой же порцией. Поймал ее взгляд.

– Гарри… давай не будем пока говорить родителям, чем закончилось наше свидание? Пусть думают… что мы просто гуляли до утра… Ладно?

Кингстон фыркнул и поперхнулся. Но закивал.

– Не переживай, через пару часиков отвезу тебя. Ешь… и набирайся сил.

Себастиан Кингстон проверил карты. Да, похоже, это правильный адрес. Гарольд никак не отвыкнет использовать его как службу доставки. Хотя сейчас повод и достойный.

Поставил свой мотоцикл на подножку, заглушил мотор. На окнах занавески, как мама любит. Из трубы вырывается дым. Поле вокруг тихо лежит под легким слоем снега. Вдали – тихий лесок, тоже припорошенный…

Как вышло, что свидание ребят закончилось здесь? Домик-то тот самый, из программы защиты свидетелей. И если б Гарри это все планировал, то не гонял бы его сейчас…

Легко взбежал по ступеням, постучал в дверь. В доме послышались шаги. Себ притопнул ногами в ожидании.

– Чем могу быть полезна, молодой человек?

Отворила дверь благообразная домохозяйка в фартуке и с поварешкой в руке.

– Миссис Дженкинс, это ко мне! – из глубины дома донесся голос Гарри.

Он выбежал тут же, оттеснил хозяйку с крыльца и прикрыл дверь за собой.

– Привез? – спросил с нетерпением,