Король Гарлема - Саша Южный

Минут через двадцать мы остановились возле старого массивного здания.

– Знаешь куда мы приехали? – обернулся ко мне Немаладо.

Я пожал плечами.

– В спортзал, – произнес Немаладо. – Выходим.

Спортзал находился в цокольном этаже здания. Оставив машину под его окнами, я, Кадул, Боб и Немаладо вошли внутрь.

– Проверим твою реакцию, – сказал Немаладо в раздевалке, натягивая на крепкое поджарое тело спортивный костюм. Немаладо было шестьдесят, а его телу – не больше сорока.

Пока мы шли по залу, я краем глаза наблюдал за людьми, которые обрабатывали ногами и руками мешки и груши. Они больше напоминали любителей, чем профессионалов.

– Давай, малыш, к стенке, – сказал мне Немаладо, и когда я встал туда, принялся вместе с Бобом и Кадулом метать в меня баскетбольные мячи.

Процедура продолжалась несколько минут. Мне удавалось увернуться от мячей, летящих один за другим, и они ударялись в стенку за моей спиной. Иногда я просто прикрывался руками.

– Ну что же, неплохо. – произнес Немаладо, когда процедура закончилась. – А не хочешь ли ты подраться?

– С кем? – спросил я.

– Выбирай сам. В зале полно народа.

– Они все дилетанты.

При этих словах Боб с Кадулом переглянулись.

– Неужели?! – задумчиво протянул Боб, тип, отягощенный непомерной мышечной массой.

Она была настолько велика, что казалась какой-то отдельной субстанцией, паразитирующей на его организме.

Я безразлично кивнул, а Боб сделал озабоченное лицо.

– Что будем делать, Анжело? Может, и в самом деле в зале нет людей, равных этому парню?. Позвоним Критчесу?

Немаладо внимательно посмотрел на меня. Я молчал, равнодушно глядя перед собой. Я тренировался почти каждый вечер за два часа перед работой, так что находился в сносной форме и был не прочь размять кости в спарринге.

– Звони! – приказал Немаладо после короткого колебания.

Боб достал телефон и набрал номер.

– Алло, Сэм! Тут один русский парень хочет тебя увидеть. Ты как насчет того, чтобы немного с ним поработать? Не против?.. Хорошо, ждем… А когда Сэм был против? – сказал сам себе Боб, пряча телефон в карман.

– Разомнись пока, – предложил мне Немаладо.

– А то потом не успеешь, – подмигнул мне Боб. – Сэм даже переодеваться не станет, только пиджак скинет. Он лучший боец в этом районе. Но ты же сам захотел профессионала.

– А чем он, собственно, занимается? – спросил я.

– У него небольшой ресторан недалеко отсюда, – ответил Немаладо.

– Ну и какой же он профессионал. Он тоже любитель, – сказал я.

– Этот любитель из тебя за минуту отбивную сделает, – обрадовал меня Боб.

Я, не говоря ни слова, забрался на ринг и стал разогревать запястья.

Критчес появился минут через десять. Это был здоровенный мужик, гора мышц и жира килограммов этак на сто тридцать. С такими габаритами немудрено быть лучшим бойцом района.

Критчес, действительно, едва взглянув на меня, снял пиджак и полез на ринг. У него был такой вид, словно он собирался проучить какого-то зарвавшегося шалопая и тут же вернуться к своим делам.

Похоже, этому парню легко доставались победы.

Он покачал из стороны в сторону круглой головой, разминая шею, которой у него почти не было и неожиданно бросился на меня, прижав подбородок к груди. Очевидно, Сэм рассчитывал сбить меня с ног своей массой. Это уже напоминало борьбу сумо. Я легко ушел в сторону, и Сэм пролетел мимо. Это его не обескуражило. Он был уверен в себе и теперь, стоя на противоположной стороне ринга, который обступила толпа, стянувшаяся со всего зала, разглядывал меня глубоко посаженными глазами. В его взгляде угадывалась насмешка, дескать, ловкий какой попался, посмотрим, на сколько тебя хватит.

Никакого определенного стиля в движениях Сэма я уловить не смог. Скорее всего, он был самоучкой.

– Давай, Сэм! – кричали снизу зрители. – Чего ты ждешь?! Растопчи его!

Сэм успокаивающе поднял вверх руку, как бы говоря: «Одну минутку, ребята».

Я стоял, растирая запястье правой руки. Голова у меня была заполнена белой пустотой, которая стерла все мысли. Область тела в районе пресса словно залили горячим свинцом. Он стал твердым, тяжелым и пульсирующим. Ладони покалывало холодными иголками. Я был готов.

Сэм снова бросился на меня. На этот раз он торопился, и его рывок, действительно, оказался стремительней предыдущего. Это было напрасной тратой сил – я вовсе не собирался уходить с линии атаки. Сэм так стремился смять меня, что в спешке не успел спрятать голову. Я встретил его ударом открытой ладони и угодил в подбородок. Сэм рухнул на спину как подрубленный. Пол ринга завибрировал под моими ногами.

Горячая пустота медленно отхлынула из меня, и пресс перестал быть тяжелым и плотным. Я не спеша пролез под канатами и спрыгнул на пол. В зале стояла полная тишина. Ее нарушил голос Кадула, который за все время пребывания в зале не проронил ни слова:

– Однако и нюх же у вас, босс, на таких ребят! Давай, Боб, доставай кошелек, с тебя сто долларов.

Оказывается, Боб с Кадулом успели заключить пари. Первый поставил на Сэма, второй – на меня.

– Ты хоть не убил его? – спросил у меня Немаладо.

– Да нет. Видимо, челюсть сломал, – ответил я, и мы пошли к выходу, сопровождаемые почтительным молчанием.

– Да, размял Сэм кости, – озадаченно произнес Боб, оглянувшись на ринг.

В тире я показал посредственный результат, но Немаладо небрежно махнул рукой.

– Для первого раза сойдет. Просто надо почаще сюда заходить. Кадул, покажи, чему следует научиться.

Таких финтов, какие проделывал Кадул, я не видел даже кино. Он выстрелил сразу из двух пистолетов навскидку и одновременно поразил две центральных мишени, затем перекрестил руки и тут же попал еще в две, тут же возвратил руки в исходное положение и снова выстрелил. Итог – за три секунды шесть мишеней. При этом Кадул не целился. У него срабатывало какое-то чутье.

– Ну что ж, друзья мои, – произнес Немаладо, когда мы вышли из тира. – Пора отметить появление в наших рядах нового человека.

Я подумал, что это хоть и Америка, но традиции везде одинаковые, но поторопился с выводами. Отмечание оказалось скромным. Немаладо привез нас в итальянский ресторан, где мы выпили по бокалу пива. Правда, спагетти, приготовленное настоящим итальянцем было первоклассным.

Потом мы забрались обратно в «Кадиллак» и поехали на Лонг-Айленд – район богатых вилл.

На сей раз Кадул сел вперед, а Немаладо – сзади, рядом со мной. На его лице блуждала улыбка. Он посмотрел за окно и сказал:

– Итак, коллеги, похоже, мы дожили до весны, поры обновления. Мне нравится, когда что-то меняется – время года, место жительства, обстановка в доме…

– И женщина, – неожиданно вставил