Место каждого. Лето комиссара Ричарди - Маурицио де Джованни

С того раза я стала ходить за ними следом каждый вечер. Я усаживала детей за стол, кормила их ужином, потом дожидалась, пока они уснут. Я их мать, мое место рядом с ними: вдруг им будет что-то нужно? Но потом я уходила из дома и бродила за этими двумя, и немного жила их жизнью, глядя на то, как живут они, потому что была невидимой. Они были центром городского общества — красивые, веселые. Все смотрели на них, все им завидовали. А они любили друг друга и были счастливы. И я тоже была счастлива: я думала, что в том, что они могут быть вместе, есть и моя заслуга. Потому, что есть такие разновидности счастья, которые можно полностью испытать только, если можешь при этом оставаться в тени. И потому, что повседневность убивает счастье.

Я шла за ними следом, наверное, раз сто. Они кружили по городу как два волчка. Я видела, что мой муж счастлив как никогда.

Потом она начала уставать.

Он этого не заметил: в таких делах мужчины — болваны, извините меня, комиссар. Но женщина хитрей мужчины и замечает такое. Я заметила усталость Адрианы: она стала смотреть вокруг, когда он отвлекался, чтобы поговорить или поздороваться с кем-нибудь. Когда он на минуту отходил от нее, она улыбалась, подмигивала, вела себя фамильярно. Она была из тех женщин, которым приятно нравиться мужчинам. Она привлекала к себе внимание, подавала мужчинам знаки.

В первый раз она предала его шесть месяцев назад. Он задержался в редакции: ему нужно было подготовить страницу со статьей о визите князя Венецианского или еще какого-то гостя королевского происхождения. А она все равно ушла из дома и привела к себе мужчину. Я ждала на улице, пока он не ушел; он вышел перед самым рассветом. Потом был другой мужчина, после него третий, и она меняла их все чаще. Это были обычные люди, ничтожества. Она находила их не в тех местах, где бывала обычно, и не в своем кругу: чтобы Марио ничего не узнал.

А ее дом вы видели сами, там никто об этом не думал. В этом особняке у каждого своя жизнь, и все стараются не наступать друг другу на ноги. Герцог не может встать с постели. Я даже просила Мадонну, чтобы она поскорей забрала его на тот свет: он, бедняга, должно быть, очень страдает. За его сыном иногда приезжает черная машина, и он уезжает в ней куда-то на целую ночь. А слуги — те думают лишь о том, чтобы не потерять свое выгодное место. Привратник смешной, его дети непрерывно едят, а экономка думает только о герцоге и его сыне.

В общем, я видела ее с теми другими в часы, когда мой муж оставался на работе. Но по-моему, комиссар, она все-таки не была плохой женщиной. Просто от природы такая, ей нравились мужчины. Пока эти мужчины знали свое место, она не думала о том, чтобы расстаться с моим мужем, и я была довольна. Я должна была оберегать его. Вы ведь помните, я вам уже говорила, что моя задача — охранять мужа. Мадонна сказала мне, что я его ангел-хранитель.

Но однажды вечером я заметила нечто необычное: она послала кого-то к Марио сказать ему, что вечером никуда не пойдет, потому что ей нездоровится. Я это знаю, потому что он купил букет роз и попросил продавца цветов отнести их к ней в особняк. Мой муж очень заботлив. Если бы вы знали, какие цветы он прислал мне, когда родился Андреа, мамин любимец! Но она ушла из дома — отправилась в театр с одним юношей. Это было десять дней назад. Это был красивый юноша, почти мальчик. Я раньше видела его на праздниках с какой-то богатой старухой.

Тогда я стала волноваться. Одно дело рыбак, и другое дело молодой человек из хорошей семьи, который носит фрак и бывает в том же кругу. Мой муж тоже мужчина, а мужчины не могут успокоиться, пока не надают нам по морде — извините, комиссар. У него возникли подозрения, и он устроил скандал. Я была рядом, стояла за гардеробом. Я ведь вам уже говорила, что невидима и что никто меня не замечает. Он даже снял с ее руки мое кольцо, которое забрал у меня, когда влюбился в нее, и дал ей пощечину при людях.

Это было нехорошо, бригадир. Нехорошо бить женщину. Это не похоже на него. Я хочу сказать: это значит, что он страдал, сильно страдал. И я, его ангел-хранитель, не могла смириться с этим.

Он ушел куда-то напиваться, а я пошла следом за ней. Сидя на галерке, я дожидалась конца комедии. Люди вокруг меня свистели и хлопали в ладоши, но я ни разу не взглянула на сцену. Я смотрела на Адриану. Она улыбалась, шептала что-то и посылала тому юноше воздушные поцелуи. А он ей отвечал, пользуясь тем, что старуха, с которой он был, уснула с открытым ртом. После того как юноша проводил старуху домой, он и Адриана встретились в ресторане, в Галерее, и ели вместе, только вдвоем. Их никто не увидел, но могли бы увидеть. И как бы выглядел в таком случае мой муж? Скажите мне сами, хорошо ли, чтобы такой человек, как он, профессионал, которого весь город уважает и высоко ценит, стал бы посмешищем для всех? И по какой причине? Из-за женского каприза. Я уверена, комиссар, что это был каприз, причуда, и как только она прошла бы, Адриана обязательно вернулась бы к Марио. Иначе и быть не могло: мой муж такой красивый и культурный и занимает такое важное место в обществе.

И я решила, что должна что-то сделать: ангел должен вмешаться и восстановить справедливость. Я побежала домой и взяла пистолет Марио. Понимаете, бригадир, я дочь офицера армии. Я умею чистить и заряжать оружие: когда я была маленькой, отец учил меня этому, и во время уроков я сидела в его объятиях. А раз я поддерживаю порядок в доме, я и пистолет всегда держала чистым и смазанным.

Убить ее я точно не хотела. Я хотела только ее напугать и объяснить этой женщине, что ей выпало огромное счастье иметь такого чудесного мужчину и что она не должна делать его несчастным. Это было важно: понимаете, комиссар, он ведь мог совершить какую-нибудь глупость, если бы узнал, что у Адрианы есть другой любовник. Он мог бы задушить