Один из нас виновен - Стив Кавана

Великан поставил ведро у задней части фургона, свободной рукой открыл створки и забросил внутрь тело Корбетта. Тогда Блок шагнула на гравий.

Он резко обернулся. Его взгляд остановился на предмете в её руках.

Блок направила на великана ствол тактического дробовика «Беретта-1301».

Прямо в центр корпуса.

Приклад плотно прижат к плечу. Отдача у этой «Беретты» слабее, чем у большинства моделей, а газовый механизм автоматически подаёт следующий патрон в патронник. В магазине было шесть патронов двенадцатого калибра в любимой последовательности Блок: две пули, две порции картечи, ещё две пули. Пули — для пробития преград, картечь — для останавливающего действия.

С такого расстояния Блок могла проделать в великане дыру, которую ничем не заткнуть.

— Руки вверх, — сказала она.

Через тридцать секунд коротышка с лысым появятся слева от дома, с пистолетами в руках, в поисках цели, злые, разгорячённые адреналином. К тому времени ей нужно сменить место, укрыться и затаиться, чтобы поразить их незаметно.

Великан был безоружен. Нужно быстро и тихо вывести его из строя. И сохранить ему способность говорить.

Но он не подчинялся.

Руки висели вдоль тела, как говяжьи туши на крюках.

— Руки вверх. На колени. Сейчас же, — повторила Блок.

Великан не шевельнулся.

Только смотрел на неё, словно прикидывал, успеет ли переломить дробовик пополам, прежде чем она выстрелит.

Между ними было пять футов.

Через двадцать секунд у Блок появится компания.

Она метнула взгляд в сторону дома — не дольше чем на полсекунды — и вновь посмотрела на великана.

Он был большим, но не глупым. Знал, что подмога уже близко.

Ему требовалось лишь потянуть время.

Рискнуть приблизиться и тихо обезвредить его? А если придётся вырывать у него дробовик?

Или нажать на спуск и выдать своё местоположение двум вооружённым людям, которые охотятся за ней и Реймондом?

Безопасного выхода не было. Два варианта, оба рискованные.

Что выбрать?

На решение оставалось восемнадцать секунд.

Глава 46

Эдди

Большинство адвокатов говорят, что главное условие победы в суде — подготовка.

Я подготовился.

Сообщение на телефоне подтвердило: мои труды вот-вот окупятся.

Я стоял перед залом суда, в обшарпанном коридоре, где толпились журналисты, свидетели, полицейские и сотрудники прокуратуры, и смотрел на бежевые стены и тёмные запятнанные плиты пола. Думал о том, как готовятся обычные адвокаты: составляют документы, читают отчёты и показания, отрабатывают перекрёстный допрос, пишут и переписывают речи. Сотни, иногда тысячи часов подготовки и планирования.

А я заказал пончики.

Курьер вышел из лифта в мотоциклетном костюме для любой погоды, с большой простой белой коробкой, где лежала дюжина глазированных пончиков. Утром я уже сунул двадцатку охраннику у рамки досмотра и попросил сразу пропустить доставщика наверх и сообщить мне, когда тот появится.

Пропустить такое зрелище я не хотел.

Курьер осмотрелся. В коридоре стояло человек тридцать, ещё несколько сидели на скамьях у двустворчатых дверей зала суда. Он вынул из нагрудного кармана квитанцию о доставке и сверился с ней.

Я подробно описал получателя.

Курьер ещё раз окинул взглядом толпу и заметил нужного человека.

Того трудно было не заметить.

Я не слышал разговора, но видел, как курьер передал коробку с пончиками детективу Бену Ларкину. Тот выглядел озадаченным, но явно обрадовался. Два помощника прокурора рядом улыбнулись и рассмеялись. Ларкин тоже засмеялся, открыв коробку.

Курьер вручил ему конверт и ушёл.

Ларкин раздал пончики, оба помощника взяли по одному. Его напарницы, детектива Кэри, поблизости не было, но я предположил, что она недалеко. Может, в уборной. Ларкин взял пончик и откусил половину за раз.

Широкая улыбка с лица здоровяка исчезла, когда он вскрыл конверт. Не знаю, чего он ожидал. Может, записки от любимого человека, родственника или доброго напутствия от коллег по участку. По лицу было всё видно: тёплое любопытство сменилось недоумением, а затем — страхом.

Он закрыл коробку.

Поднялся.

Огляделся.

Я снова уставился на грязную плитку, продолжая следить за Ларкином краем глаза. Он засунул записку обратно в конверт и поспешно убрал во внутренний карман пиджака.

Пончики полетели в мусорную корзину.

Похоже, конверт подействовал как надо.

Подошёл Гарри:

— Судья скоро вернётся.

— Как Ванесса?

— Думаю, нормально. Она всё время смотрит на судью. Ты не замечал?

— Не следил за ней. Может, злится, что судья не на нашей стороне. Большинство рассчитывает на справедливый процесс. Нужно время, чтобы принять действительность. Надо подготовить её к тому, что дальше. Единственный выход — переложить вину на мужа.

— Скоро станет тяжело.

— Запись с камеры выглядит скверно. Я тут подумал: может, её можно объяснить иначе?

— Как ещё объяснить, что жена выходит из квартиры любовницы мужа с тем, что похоже на голову