Последний час - Самюэль Бьорк

Фредрик вновь остановился и мельком посмотрел на свое отражение в витрине. Почти ничего не видно, но, по крайней мере, рубашку наизнанку не надел. Черт подери. А ведь ему совершенно не хотелось туда идти. Но выбора не было. Раз в год. Отмечать день рождения отца в огромном доме у фьорда на полуострове Бюгдёй. А после прямиком в бар. Залпом осушил кружку пива и два стакана фернета. Он съехал от родителей, когда ему было семнадцать. Или, точнее, его выставили. В любом случае облегчение. Не сказать, что дома царила атмосфера любви и заботы. Все было напускное. Но сын, конечно же, должен был присутствовать на великом празднике. Иначе странно. А уж после последнего скандала тем более. Все, конечно, замяли, подключили лучших адвокатов, но осадок остался. Отец – один из ведущих пластических хирургов Скандинавии, с клиниками в Стокгольме и Копенгагене. Подробностей Фредрик не знал, но что-то пошло не так. В любом случае фасад нужно было поддерживать. А значит, сын должен был сыграть свою роль. Он выдержалсколько мог, пока мать не кивнула: мол, все, можешь идти.

Задание выполнено.

Прямиком в паб.

Он уже сбился со счета. Не помнил, как закончился вечер, куда его занесло и как он там оказался.

Черт.

Фредрик глубоко вдохнул, надел «рабочее» выражение лица и толкнул дверь. Навстречу по тротуару спешил мужчина примерно его возраста: крепко сложенный, лысый, как бульдог. В школьные годы Фредрик держался бы от такого подальше. Он отступил, чтобы пропустить мужчину, но тот остановился и протянул руку с улыбкой:

– Привет, ты же этот… сноб?

Бульдог протянул руку:

– Карри. Юн Ларсен. Новенький в команде. Ну и денек для первого дня, а?

Он усмехнулся и легонько хлопнул Фредрика по плечу.

– Фредрик Риис, – кивнул тот, сдерживая подступающую тошноту.

– Да-да, знаю. Это же ты тот парень, что повелся на шутку про обязательные костюмы в отделе.

Он рассмеялся и прошел внутрь, нажал кнопку лифта на третий этаж.

– Слышал, твои туфли так скрипели, боже.

– Ага… Очень смешно, – пробормотал Фредрик и вошел в лифт.

Сноб.

История была правдой.

И он решил играть до конца.

Не дать им победить.

Носил этот чертов костюм и итальянские туфли каждый день, пока история не забылась.

Но прозвище осталось.

– Ты что-нибудь слышал про взрыв?

Бульдог вприпрыжку шел перед ним по коридору, улыбаясь до ушей, размахивая руками, переполненный энергией.

– Нет, но думаю, скоро узнаем, – кивнул Фредрик.

– Черт, так интересно. Я весь в предвкушении.

Фредрик мечтал умыться, взглянуть в зеркало, убедиться, что у него все части тела на месте. Ощущалось, как будто нет. Но времени не было. Все уже ждали. Он проследовал за Карри в переговорку и сел в самый дальний угол.

– Хорошо, все собрались.

Мунк уже стоял у экрана с включенным проектором. Выглядел так, будто его тоже только что выдернули из спячки: небритый, растрепанный, в летней одежде. Фредрик окинул взглядом комнату, и уголки губ невольно дрогнули. Она здесь.

Миа Крюгер.

Они работали вместе над делом несколько недель назад, и он был… ну, не влюблен, конечно. Просто такой, как она, он еще не встречал.

Ледяные голубые глаза, которые, казалось, читали его мысли. Тонкая, будто хрупкая, но в ней чувствовалась сила. Всегда в темном. Сегодня в черной футболке, узких джинсах и темных кроссовках. За спиной рюкзак, как будто она просто мимо проходила. Как будто ей все равно, где быть. Темные прямые волосы обрамляли лицо без косметики. Кончики неровно обстрижены, словно она сама взяла ножницы и отрезала вслепую.

Мне все равно.

Полная противоположность ему самому. Возможно, именно поэтому она так его и завораживала. Он был типичным «хорошим мальчиком»: сидел за первой партой, в выглаженной рубашке, с аккуратно зачесанными волосами. Рука в воздухе, готовность вежливо и правильно ответить на вопрос учителя. Всегда делал то, что ему говорили. Никогда никому не перечил.

А она?

Фредрик слабо улыбнулся, когда она встретилась с ним взглядом и кивнула в знак приветствия.

– Отлично, все на месте, – сказал Мунк и нажал на кнопку, включая первый слайд презентации.

– Вы уже знаете, почему мы собрались. Но сначала разберем все по порядку. Сегодня в 09:07 утра прогремел взрыв на линии метро «Эстерос» – прямо перед станцией Майорстюа. Бомба была прикреплена к телу Марии Симонсен, сорока лет, партнера в юридической фирме «Виик, Олборг и Симонсен».

Он переключил слайд.

На экране появилось фото: строго одетая женщина с собранными светлыми волосами и серьезным взглядом. Фото, скорее всего, с сайта фирмы.

Адвокат.

«Вы можете мне доверять».

– Какого черта у нее был пояс смертницы?

Новичок.

Карри.

Похоже, еще не успел привыкнуть к местным порядкам.

– Чего?

Он пожал плечами, озираясь.

– Я понимаю, что всем не терпится приступить, – вздохнул Мунк. – Но можно отложить вопросы?

– Да-да, конечно. Просто… Это точно она? Посмотрите на нее! Выглядит как моя мать. Ну, если бы она работала адвокатом и принарядилась. Но вы поняли, о чем я?

– Потом, – строго произнесла Анетте Голи, проводя пальцем по губам.

Карри пожал плечами, но умолк.

– Введен режим чрезвычайной ситуации, – продолжил Мунк. – Задействованы армия, разведка, полиция, пожарные – все службы. Красный протокол. Это значит: все закрыто, работа аэропортов и общественного транспорта приостановлена, в больницы срочно отправлен дополнительный персонал. Королевская семья и правительство эвакуированы и останутся в безопасности, пока не станет ясно, что именно происходит. Действовала ли она одна? Будут ли еще атаки? Мы получили видеозапись из вагона. Посмотрите ее внимательно. Любая мелочь может стать ключевой, ясно?

Все лица сосредоточены. Даже Аня Беличек, их «компьютерный гений» в круглых очках, всегда готовая к едкой шутке, сидела, как приклеенная к стулу, ошеломленная происходящим.

– Наша задача – она, – продолжил Мунк.

Он указал на экран.

– Мария Симонсен. Кто она? Что с ней происходило в последнее время? Что заметили окружающие? Друзья, семья, соседи – мы изучим ее жизнь до мелочей, вплоть до того, что она ела на завтрак.

В ответ все кивнули.

– Фредрик и Юн, вам поручается опрос свидетелей. Формируйте необходимое количество групп, привлекайте любых свободных офицеров. Чем больше групп, тем лучше. Но за все отвечаете вы, поняли?

– Принято, – сказал Фредрик.

– Однозначно, – осклабился Карри и вскинул два больших пальца вверх.

– Людвиг и Аня, – продолжил Мунк, глянув на Людвига Грёнли, прислонившегося к стене.

Старший в команде, вечно в одном и том же, будто застрял в семидесятых: вельветовые брюки, серый вязаный жилет