Убийство, кино и немного книг - Элли Александер

– Сегодня вечером он должен получить VIP-обслуживание. Я хочу, чтобы у него в руке всегда был какой-нибудь напиток. Всегда обслуживайте его первым. Не позволяйте его еде остывать. – Она потянулась за вейпом, как ребенок – за мягкой игрушкой[8].

– Судя по всему, он важная персона.

Я продолжила раскладывать папки.

– Вы не знаете Мартина Паркера?

Она так на меня посмотрела, будто я заявила, что не знаю, кто наш президент.

Лиам усмехнулся за барной стойкой.

Хезер обернулась к нему.

– Это не шутки. Я говорю совершенно серьезно. Сегодня вечером для Мартина все должно быть идеально. Он самый уважаемый критик во всей киноиндустрии. Он способен и привести этот фильм к успеху, и сделать так, что он провалится. От его рецензии зависит вся моя карьера и заработок. Если Мартину не понравится фильм, то я пропала.

Все это звучало как серьезное испытание. Мне стало ее жаль. Я знала, что рецензии играют важную роль при выпуске фильма, но если всего один критик способен разрушить ее карьеру – это просто ужасно.

– Пожалуйста, скажите мне, что шутите. Звучит очень непросто.

Она медленно выдохнула.

– К сожалению, нет. Не шучу. Если ему не понравится мой фильм, я труп.

– О, нет, вы так при мне не говорите. Я ведь зарабатываю на жизнь продажей убийств.

Я надеялась, что мои шутки и непринужденная атмосфера помогут ей почувствовать себя более расслабленно.

– Я тоже, сестричка. В киноиндустрии либо ты убиваешь, либо тебя, а я совсем не хочу, чтобы сегодняшний ужин оказался для меня последним.

– В таком случае мне придется поговорить с шеф-поваром, чтобы убедиться, что еда сегодня вечером будет просто восхитительной, – подмигнула я, все еще пытаясь разрядить обстановку.

Хезер выдавила улыбку.

– Ну да, спасибо.

Было видно, что она нервничает. Я взглянула на ее ситуацию с другой стороны, а ее слова заставили меня еще больше ценить тот факт, что я работаю в книжном бизнесе. Представить себе не могу, чтобы Хэл так давил на меня или на кого-нибудь еще. Мое изначальное мнение о ней слегка изменилось. Она была явно поглощена желанием сделать так, чтобы эти выходные прошли удачно, а моей работой было сделать все возможное, чтобы поддержать ее в этом стремлении. Может, Хезер и была эксцентричной, но я ведь сама согласилась помочь ей сделать так, чтобы этот уик-энд имел ошеломительный успех, и именно это я была намерена сделать. Наша маленькая, но мощная команда из «Потайного шкафа» на это способна.

Я сделала глубокий вдох, мягко улыбнулась и мысленно сказала себе:

«У тебя все получится, Энни. Может, Редвуд-Гроув и не Голливуд, но ты готова к тому, чтобы сотворить свою собственную магию кино».

Глава третья

Гости начали прибывать вскоре после того, как я закончила раскладывать папки, которые дала мне Хезер. Включив саундтрек к «Полуночному алиби», Лиам разлил вино по бокалам.

Уже скоро я заметила появление Мартина. В пабе повисло напряженное молчание, когда он вошел внутрь и сразу же встал в начало небольшой очереди у барной стойки. Своей невысокой коренастой фигурой и круглыми очками он напомнил мне Эркюля Пуаро. На вид ему было за пятьдесят, а пряди его седых волос, густо намазанные гелем для укладки, плотно прилегали ко лбу. Как и Хезер, он был одет в черные слаксы и черный пиджак.

– Мартини, сухой. Суше некуда, – сказал он Лиаму.

Это не было просьбой. Это было требованием.

Проигнорировав Мартина, Лиам сосредоточил свое внимание на женщине, стоявшей в очереди перед ним.

– Вы предпочитаете красное или белое?

Я узнала эту молодую женщину по трейлеру фильма. Она играла главную роль в «Полуночном алиби». Кора Митчелл.

Замявшись, Кора отошла в сторону, чтобы пропустить Мартина.

– Ничего страшного. Я могу пропустить Мартина вперед.

Держа в руке бокал, Лиам приготовился его наполнить.

– «Оленья голова» – это мой паб, а у себя в пабе я обслуживаю в порядке очереди. Так какое вино вы будете заказывать, красное или белое?

У меня в груди забились бабочки. В том, как Лиам поставил Мартина на место, было что-то, что сделало его в моих глазах более привлекательным. Не то чтобы я считала Лиама Донована заурядным. Как раз наоборот. Но мне было приятно наблюдать за тем, как он противостоит задире.

– Э-э, прости, сынок. Ты вообще знаешь, кто я такой? – усмехнулся Мартин.

– Да хоть король Англии, мне плевать, – парировал Лиам, потянувшись к бутылке мерло. – Как я уже сказал, это мой бар, а у меня в баре мы стоим в очереди, как цивилизованные взрослые люди.

Мартин фыркнул.

Я знала, что пялиться нельзя, но не могла оторвать глаз от бара. Хезер не преувеличивала, говоря о Мартине. Все в его поведении буквально кричало о чувстве собственного превосходства. Этот мужчина явно привык получать все, что хочет. Наблюдая за тем, как он пытается пролезть в начало очереди, я испытала новую волну симпатии к Хезер.

Хезер подбежала к стойке, чтобы попытаться исправить ситуацию.

– Мартин, если вы не против, мы ненадолго отойдем, мне нужно перекинуться парой слов со своей юной звездочкой. – Она выдернула Кору из очереди. – Обслужите Мартина, мы на минутку, – сказала она Лиаму.

Лиам пожал плечами.

– Вы уверены?

Она взмахнула запястьем, словно пытаясь сделать магический жест, который заставит всех вокруг раствориться в воздухе.

– О да. Нам с Корой нужна всего минутка, чтобы кое-что обсудить между нами, девочками.

Мы с Лиамом снова переглянулись.

– «Между нами, девочками», – одними губами произнес он.

Я покачала головой и разочарованно отвела взгляд. Очевидно, Мартин в их с Хезер отношениях обладал безраздельной властью, но мне было больно наблюдать за тем, как рядом с ним она становилась почти покорной. Неужели мы с Лиамом оказались на одной волне? Мы с ним во многом не соглашались, но было отрадно осознавать, как быстро он осадил Мартина.

– Мартини, сухой.

Мартин сложил руки на груди, а затем самодовольно ухмыльнулся, глядя, как Хезер тащит Кору к столу.

– Какого черта ты творишь? Я же ясно дала тебе понять, что твоя задача в эти выходные – произвести впечатление на Мартина, а не взбесить его! – кипела от злости Хезер, буквально швыряя Кору на пустой стул.

Взяв в руки идеально сложенную салфетку, я расправила ее, делая вид, что не подслушиваю. Впрочем, это было невозможно. Все в пабе видели, что происходит.

Кора начала возражать.

– Я ничего не сделала. Просто стояла в очереди за выпивкой. – Она указала рукой на бар.

– Мартин Паркер – самый влиятельный критик в Голливуде, да что