Вы заказывали убийство… - Станислав Александрович Гурин

думаю, какой же была дурой, когда ушла от тебя… Я считала, что ты мне мешаешь жить, а жизнью считала газету, командировки, ежечасную борьбу за демократию, светлое будущее… Боже, какая дура!

– Мне тоже не хватало ума… Катастрофически и всегда…

– Ты шутишь? – Она подняла на него взгляд.

– Ну вот, уже улыбаешься! Это хорошо…

– Не заговаривай зубы! Берешь меня с собой?

– Ладно, поедем вместе… Правда, пока еще не знаю, куда… Но не откажи в просьбе: надень платье, покажи свои красивые ножки – я соскучился по ним!

– Боже, какой ты хитрун! И льстец, каких свет не видывал! – Она поцеловала Емелю и на какую-то минуту засветилась счастьем.

– А пока пойди к маме… Ей гораздо тяжелей, чем нам… Пожалей, приласкай… До отъезда я должен успеть многое, а в распоряжении моем только телефон и от силы час-полтора времени…

Люба вышла из комнаты. Емеля вытряхнул из саквояжа на кровать все содержимое. Поразмыслив, один пистолет отложил в сторону, остальное – два автомата, снаряженные магазины, пистолет, пояс с конденсаторами и специальные перчатки – компактно уложил в тот же саквояж, застегнул молнию и поставил его под кровать. Потом сунул в двухкассетник чистую пленку и кассетку, помеченную фломастером, нажал кнопку ускоренного копирования. Через пару минут готовую копию переложил в конфискованный магнитофон, а оригинал спрятал в нагрудный карман рубашки.

Вооружившись карандашом, блокнотом и телефоном, устроился в кресле. Через час он точно, по минутам, знал все, что должен сделать в этот вечер.

Матрена Васильевна хозяйничала на кухне. Люба заглядывала в кастрюли, нюхала, что-то пробовала, облизывала от удовольствия губы.

– Ну как, нравится городская жизнь? – играя беспечность, она обняла мать.

– Кому не понравится? Тепло, светло, сухо… Продуктов полно… Только ничего этого мне не надо… Отвезли бы меня в деревню…

– Образуется все, и отвезем! – Люба поцеловала мать, включила портативный телевизор на холодильнике, попутно заглянула в сам холодильник.

– Образуется… – Матрена Васильевна перемешала лук в тяжелой чугунной сковороде и опрокинула его в кастрюлю. – Попались бы мне они, я бы их образовала!

– Сковородой, что ли?

– И сковородой можно… Помой-ка лучше, она мне снова понадобится.

Вошел Емеля.

– Ты что, в душе мылся? – Люба с беспокойством смотрела на его непросохшую голову.

– Конечно!

– Да ведь холодно, Емеля, дождь… Лето давно кончилось! Вернулись бы домой – и помылся!

– Провонялся я дальше некуда! Весь день о ванне мечтал…

– Одно слово: Еме-ля!

– Ладно… Готова?

– Готова… Только сковороду домою.

Емеля подошел к Матрене Васильевне и обнял ее.

– Матрена Васильевна! К двери не подходите, на звонки не отвечайте… Если задержимся, не волнуйтесь…

– Только и слышу… – как бы сама себе сказала Матрена Васильевна.

– Что?

– Чтобы не волновалась.

Емеля улыбнулся и поцеловал в нос тещу.

– Правильно. Не вол-нуй-тесь!.. Ключи у нас есть: сами закроем, сами откроем! А вы смотрите телевизор, отдыхайте… Если не заснете к нашему возвращению, вместе поужинаем! Главное, не волнуйтесь, наша дорогая мама…

Глава 7

Машина катилась по вечерним улицам Москвы.

– О чем задумался? – нарушила молчание Люба.

– Ломаю голову, как бы пролезть в компьютер Руслана Ивановича.

– Запустить вошь?

– Это я могу сделать, не выходя из дома.

– Любишь хвастаться, Емелька… – Люба улыбнулась.

– Неужели ты отказалась бы украсить свою статью данными о заграничных вкладах Руслана Ивановича? О его торговле оружием, сырьем, о присвоении чужих денег?

– Ты думаешь, все эти тайны он хранит в своем кабинете?

– В компьютере. Зашифровано, запутано посредниками, ложными сделками, невинными и вполне легальными куплями-продажами, но… именно и только там, в его персональном компьютере. Сегодня иначе просто невозможно… – блокноты, бумага, квитанции ушли в прошлое.

– Если ради статьи стараешься, игру надо остановить…

– После того, что произошло сегодня в кабинете Руслана Ивановича и в его особняке, игру остановит только смерть…

– Чья…

– Он считает, твоя и моя смерть, я считаю – его…

– Ты способен убить? – Емеля долго молчал.

– Да… – наконец сказал он. – Каждый человек в определенных обстоятельствах способен на это.

Тень неприятного воспоминания коснулась лица Любы.

– Ты всегда прав…

– А кстати, где ты раздобыла эту убойную фотографию?

– Подружка дала… С телевидения… Машка… А ей сам раб, Егорушкин Сергей Терентьевич, дал… И обещал в студию прийти…

– То-то будет!

– А ничего не будет… Никто его на экран не пустит… Ты забыл, в чьих руках деньги и кто правит телевизионный бал?.. На днях она вернулась из зоны конфликта, привезла четырнадцатилетнюю девочку, беженку, которую там изнасиловали семь боевиков… Машка обошла все студии, все каналы, но никто не пожелал рассказать о ней, хотя та готова была даже предстать перед телекамерой…

– Ну вот, Любаша… А ты удивляешься, почему я не бегу за помощью в милицию…

Емеля посмотрел в зеркало и, убедившись, что никто не висит на хвосте, свернул в переулок и остановился позади «Волги» с государственными номерами.

– Подожди немного.

Он пересел в «Волгу». Через лобовое стекло Люба наблюдала за «Волгой», за силуэтами Емели и водителя. На противоположной стороне проезжей части стояла иномарка с пассажирами.

За рулем «Волги» сидел мужчина Емелиного возраста. Емеля, навалившись на дверку, повернулся к нему лицом.

– Что за публика? – кивнул он на иномарку.

– Мои ребята.

– Солидно.

– А ты что думал? Захватил целый арсенал – и никто не попытается им завладеть?

– Да вроде никто не следил…

– Вот именно… вроде… Какие проблемы?

– Валер, помоги залезть в компьютер Руслана Ивановича.

– Как я тебе помогу?

– Да мало ли как! Свет, например, отключи во всем квартале на полчасика… чтобы я мог в банк попасть!

– Шустрый какой! Борешься за правду и такое предлагаешь! Это ж чистейшая уголовщина… Беззаконие…

– Ты пойми, его компьютер подключен к телекоммуникационной космической системе, и я за два часа всю его информацию перекачал бы на любой наш компьютер… Ваш-то есть… И этот бандит оказался бы совершенно законно в руках закона!

– Это по-твоему, Емеля. Про чужой компьютер вообще забудь, для такой операции нет никаких законных оснований… Пока…

– Да, Валера… Потому и сидим в дерьме, что все законы у нас служат для охраны прав бандитов, а не честных людей… Возьми… – он протянул аудиокассету. – Оригинал! Добыл, кстати, незаконным методом… Себе сделал копию… О моей просьбе не забыл?

– Жилеты, что ли?.. Не забыл.

Люба видела, как оба вышли из машины. Емеля переложил саквояж с заднего сиденья «Жигулей» в багажник «Волги», взяв в свою очередь средних размеров пакет, после чего попрощался и вернулся в свою машину.

– Ну вот… – он бросил пакет на заднее сиденье и подождал, пока отъехала «Волга», а за нею и иномарка.

– Кто это?

– Товарищ… Я говорил тебе о нем… Валера зовут…

– О чем вы так долго говорили?

– В основном про Руслана Ивановича… Никаких институтов он не оканчивал… В Русский Свободный банк был внедрен мафией шесть лет назад, когда дела Коршилова пошли резко в гору… У частных специалистов получил необходимые знания и теперь является вполне грамотным пользователем персонального компьютера…

– Хороший у тебя товарищ…

– Очень…

– Из того же колледжа?

– Да… Когда-нибудь познакомлю…

– Что он еще может?

– Все! – Емеля завел двигатель. – И ничего…

Свет фар освещал дождевые нити и неясным бликом дрожал на асфальте, дворники монотонно выполняли свою работу,