Над темной водой - Алексей Викторович Макеев

— Может. Но если он уверен в своей неуязвимости, если он считает себя хозяином положения, то его любопытство может перевесить осторожность. Ему захочется посмотреть на тех, кто посмел к нему приблизиться. Оценить противника. И в этот момент он совершит ошибку. Он покажет себя. Свою надменность, свой страх, свою нервозность. Нам нужен не его адвокат, нам нужен он. Живой, не прикрытый маской публичной персоны.

После звонка Гуров снова остался один. Он вернулся на кухню, долил в кружку горячей воды. Кофе стал совсем жидким и горьким. Он открыл папку с заключением Химицких на последней странице, где был вывод: «…Таким образом, изготовление токсина «Эпсилон-12» силами одного лица возможно исключительно при наличии профильного химического образования, доступа к специализированному лабораторному оборудованию и глубоких познаний в методах очистки органических соединений».

Он положил рядом фотографию Дмитрия Макарова с какого-то гастрономического фестиваля. Уверенный взгляд, легкая, снисходительная улыбка, безупречный костюм. Человек-успех. Человек-бренд.

Все улики, все логические цепочки, все финансовые выкладки вели к этой фотографии. Но между логикой и правосудием лежала пропасть процедуры. Чтобы ее перейти, нужна была не просто уверенность, нужна была улика с отпечатками пальцев. Или признание. Пока ни того ни другого не было. Обыск склада, который планировался на завтра, мог дать материальную основу. Но до него были еще долгие часы. И за эти часы Макаров, почувствовав юридическое давление своих же юристов, мог стать еще осторожнее. Мог избавиться от того, что еще осталось.

Гуров отпил кофе, поморщился. Его интуиция, тот самый внутренний голос, который всегда ставил под сомнение гладкий алгоритм официальных версий, теперь кричал о другом. Он кричал, что время работает против них. Что нужно менять тактику. Не ждать, пока соберутся все звенья идеальной процессуальной цепи. Нанести удар сейчас. Не по бумагам, а по личности. Вытащить Макарова из-за ширмы его репутации и денег в реальный мир, где пахнет не деньгами, а страхом.

Он взял телефон, набрал номер Крячко, но не нажал вызов. Вместо этого отправил сообщение: «Завтра в 10:00 едем к Макарову в офис. Без ордера. Беседа по факту утраты контракта. Готовь тему для разговора».

Ответ пришел почти мгновенно: «Понял. Готовлю биографию и финансовую подноготную. Будет о чем поговорить».

Гуров положил телефон. Он подошел к окну. Ночь была в самом разгаре. Где-то там, в своем дорогом офисе или в пентхаусе с видом на Москву-реку, Дмитрий Макаров, возможно, тоже не спал. Думал о переводе денег, о давлении юристов, о назойливых следователях, которые копошатся вокруг его бывшего конкурента. Чувствовал ли он тревогу? Или лишь раздражение, как от назойливой мухи?

Завтра Гуров посмотрит ему в глаза. И узнает. Это будет первая, разведывательная атака. Проверка боем. Не имеющая прямого процессуального смысла, но необходимая для того, чтобы почувствовать врага. Чтобы понять, надменный ли это гений, уверенный в своей безнаказанности, или уже напуганный человек, который допустил ошибку.

Он потушил свет на кухне и пошел в спальню. Пустая широкая кровать ждала его. Сон не приходил. Перед внутренним взором проплывали лицо Верещагина с лиловым цианозом, испуганные глаза Пономарева, истеричное лицо Соколовой. И теперь — уверенная улыбка Макарова. Все они были частью одной чудовищной мозаики, которую он, Лев Гуров, должен был собрать и предъявить миру. Не ради награды. Не ради карьеры. Ради простой, почти архаичной идеи: за каждое преступление должен быть ответ. Даже если преступление облечено в дорогой костюм и прикрыто пачкой юридических документов.

Он закрыл глаза. Завтра начиналась новая фаза. Охота выходила на финишную прямую. И первым шагом будет не обыск, не допрос, а простой визит. Лицом к лицу. Чтобы дать понять хищнику, что он не один в этом лесу.

Глава 13

Служебный автобус медленно въехал на территорию Москва-Сити, резко контрастируя с блеском стеклянных башен. Затонированные стекла скрывали салон от любопытных взглядов, но не могли скрыть саму машину — утилитарную, угловатую, чужеродную в этом царстве отполированного хай-тека. Гуров, глядя в окно на мелькающие фасады, думал о том, как точно архитектура отражала суть их сегодняшней цели. Все здесь было про статус, про демонстрацию успеха, про холодную, безупречную эффективность. Ничего лишнего. Ничего человеческого.

Водитель, молчаливый старшина запаса Игорь, припарковался у подъезда одной из самых строгих по дизайну башен — прямоугольной призмы, облицованной темным стеклом с медными прожилками.

— Ждать по плану? — спросил Игорь, не оборачиваясь.

— Ждать. Связь на рации, — отрезал Крячко, проверяя, включен ли диктофон в планшете.

Он был сегодня в своем обычном состоянии собранной энергии, но Гуров заметил в его движениях легкую, едва уловимую нервозность. Не страх, а скорее спортивное возбуждение перед схваткой.

Дверь микроавтобуса со скрипом открылась. Гуров вышел первым, поправил полы своего не нового, но безупречно чистого пальто. Холодный ветер с Москвы-реки ударил в лицо, пахнул бетоном и чем-то металлическим.

— Идем на разведку, а не на штурм, Стас, — тихо сказал Гуров, заметив, как Крячко почти подсознательно проверяет, хорошо ли лежит в кобуре табельный «макарыч». — Наша задача сегодня — не поймать, а увидеть. Понять, с кем имеем дело. Услышать, как он говорит. Запомнить, как он моргает.

Крячко кивнул, выпустив пар.

— Понял. Но если он начнет умничать и юлить…

— Тогда мы вежливо поблагодарим и уйдем, — закончил Гуров. — У нас нет формальных оснований для давления. Только вопросы. И его реакция на них будет важнее любых ответов.

Они прошли через автоматические двери в просторный, высоченный атриум. Воздух здесь пахнул дорогим парфюмом и кофе. Под ногами бесшумно пружинил ковер толщиной в палец. На ресепшене сидела девушка с безупречным макияжем и замороженной улыбкой. Увидев их, ее взгляд мгновенно провел сканирующую оценку: не клиенты, не курьеры. Служба.

— Здравствуйте. К кому вы? — Голос был сладким, но в нем уже звучал легкий барьер.

Гуров молча положил на стойку удостоверение с гербом МВД, прикрыв его ладонью.

— Полковники Гуров и Крячко. К Дмитрию Макарову. Он ожидает.

Девушка не дрогнула, лишь чуть сузились зрачки. Она взглянула на экран, провела пальцем по сенсорной панели.

— Мистер Макаров на месте. Пожалуйста, подождите минутку.

Она что-то быстро проговорила в гарнитуру, ее голос стал тише, почти шепотом. Через тридцать секунд из лифта вышел молодой мужчина в идеально сидящем темно-сером костюме. Не охранник — скорее личный ассистент или младший партнер.

— Господа полковники, добрый день. Дмитрий вас примет. Прошу за мной.

Лифт был обит натуральной кожей, двигался бесшумно и стремительно. На панели горела цифра 42. Крячко переглянулся с Гуровым. Ничего не было сказано, но диалог состоялся.

Вот он, новый уровень,