Зарубежный детектив 2026-14. Компиляция. Книги 1-11 - Брин Гринвуд

номере, а мы с девочкой устроились вдвоем на другой постели. Допоздна мы молча смотрели телевизор, пока дети не заснули. Однако я слишком утомилась, чтобы спать, все нервы были обнажены.

Я убила троих. Одного совершенно хладнокровно. Я вспоминала удар сковороды о череп Густава. Удивление на лице Лазло. Смерть Исабель с электрошокером в руках. Панику в глазах Эйдена, когда я уезжала. Что он будет делать? Предпринял ли уже какие-то шаги? Не грозит ли ему опасность?

Я подняла трубку телефона, но не знала, кому позвонить, пока не вспомнила Уэнделла. Я тщательно вбила коды, позволяющие связаться с Америкой, и затем набрала номер лучшей дешевой пиццерии в Манхэттене, штат Канзас.

– Пиццерия «Челнок». Что желаете заказать?

– Можно попросить Уэнделла?

– Вообще-то у нас не позволено использовать рабочий телефон для личных звонков.

– Он там? Пожалуйста, можно мне поговорить с ним всего минутку? Меня зовут Беатрис Медоуз, и я…

– Охренеть! – воскликнул парень. Потом громче: – Полный улет! Уэнделл! Это Беатрис Медоуз!

Послышались еще крики, и потом трубку передали, кому я просила.

– Это я, Уэнделл. А это правда ты, Беатрис?

– Правда я.

– Как ты? Я позвонил твоей мачехе, и тут начался полный пипец. Понаехали федералы. Я, блин, думал, меня повяжут. Или уволят. Или сгноят в секретной тюрьме.

– Ты говорил с моей мачехой? – изумилась я. – Нашел ее номер?

– Да. Да. Погоди. А с тобой точно все в порядке?

– Похоже на то. Я сбежала. Вместе с другими заложниками, которых тоже там держали.

– Реально? Сбежала? Но у тебя так и нет номера мачехи?

– Нет. Я не успела попросить. Денек выдался тот еще.

– Ну да. Он у меня тут есть на стикере. – Уэнделл пошуршал бумажками и продиктовал мне номер Синтии, который я записала в гостиничном блокноте.

– Спасибо. Я очень тебе благодарна.

– Да без проблем. Я рад, что ты выбралась.

– Наверно, не стоит никому говорить, что ты со мной разговаривал, если в прошлый раз случился такой ажиотаж.

– Ха! Ну да, пожалуй, ты права. Но когда будешь у нас в городе, с меня пицца.

Еще раз поблагодарив парня, я попрощалась. Наверняка мне еще долго не светит оказаться в Манхэттене. Закончив разговор, я взглянула на часы: за полночь. Ощущение времени у меня совершенно сбилось, но казалось неприличным звонить Синтии так поздно. Только засыпая, я вспомнила, что Сан-Диего находится в другом часовом поясе.

Странно было вернуться в мир после столь долгого нахождения вне его, и я не знала, готова ли к тому, что время снова существует.

Глава сорок четвертая

Утром, после того как нам привезли завтрак, прибыли мисс Чандра и Безымянный. Увидев нас, помятых после сна и поедающих вафли, он нахмурился.

– Мы уже договорились о том, что мисс Ван через пару часов отбывает домой, так что нужно срочно выезжать.

Джеки с тревогой посмотрела на меня.

– Ей нужно поговорить с родителями, прежде чем она сядет в самолет, – решила я.

– В этом нет необходимости. Мы уже…

– Конечно же, необходимость есть. Мы хотим точно удостовериться, что, куда бы Джеки ни летела, место выбрали ее родители. Что они встретят ее на том конце пути. Я не могу позволить вам просто взять девочку и сунуть в самолет.

– Это частный самолет, который ее родители…

– Мы даже не знаем имени этого человека, – я указала на Безымянного, – почему мы должны ему доверять?

– У вас нет права голоса в этом вопросе, – буркнул Безымянный, но имени своего не назвал.

– Я не поеду, – заявила Джеки.

Садик оставил недоеденный завтрак, встал и сердито уставился на Безымянного и мисс Чандру.

– Вы осложняете нам задачу, – сказала она мне.

Я была готова отступить, но вспомнила, что эти люди не могут меня убить. И выпороть не могут. А также сорвать с меня одежду и заставить скрести пол зубной щеткой. Я их не боялась.

– На пару слов, пожалуйста. – Я встала и жестом пригласила мисс Чандру в соседнюю комнату. Безымянный увязался с нами.

– Вы что, пытаетесь нам помешать? – спросил он.

– Я пытаюсь защитить девочку от повторной травмы, которую вы ей обеспечиваете. Когда нас держали в заложниках, по приказу похитителей человек, чьего имени она тоже не знала, увел ее с тетей в лес и убил женщину прямо на глазах у Джеки. Поймите, очень важно, чтобы она поговорила с родителями и они ее успокоили. Чтобы она знала: теперь решения принимают ее мама и папа.

Безымянный по-прежнему смотрел на меня волком, но мисс Чандра кивнула.

– Мне кажется, просьба вполне резонная. Полагаю, те же требования касаются и эмира?

– Это не требования. Я прошу вас относиться к моим воспитанникам с той же заботой, с какой вы отнеслись бы к своим детям в подобной ситуации.

– А чего вы просите для себя? – поинтересовался Безымянный.

– Ничего. Как только вы отправите ребят по домам, можете посадить меня в самолет до Штатов и забыть обо мне. Только сначала оформите мне новый паспорт.

Женщина снова кивнула, но ее спутник презрительно усмехнулся.

Я ожидала, что мы обойдемся простым телефонным звонком, но дело вылилось в бесконечную канитель, которая наконец вернула нас в консульство в той же одежде, которую мы не меняли три дня. Там Джеки усадили перед ноутбуком в комнате для переговоров, пока мы с Садиком ждали в кабинете по соседству. Девочка вернулась в слезах, но счастливая, и после нее в ту же комнату отправился Садик, чтобы побеседовать с отцом.

Звонки заняли бо́льшую часть утра, а потом, с неожиданной для меня внезапностью, пришло время прощаться. В переулке позади консульства ждали четыре черных джипа. Под наблюдением двух пехотинцев, мисс Чандры, Безымянного и представителей семей Садика и Джеки мы обнялись и заплакали. Я сунула каждому из своих подопечных обрывок бумаги с моим электронным адресом, хотя никто из нас не знал, скоро ли у меня снова будет к нему доступ. Прощание казалось ужасно окончательным. Так же, как это было с Нестором.

– Если не получу от тебя вестей, я вернусь. Сяду на самолет и примчусь искать тебя, – пообещал Садик, стискивая Джеки между нами так сильно, что я испугалась, как бы мы ее не задушили.

– Я тоже вернусь. Приеду учиться в США и навещу тебя, – заверила Джеки.

Я не стала напоминать ей, что это будет еще через семь лет, просто обняла их снова, вместе и по отдельности.

Как только детей посадили в джипы и увезли, Безымянный повернулся ко мне и сказал:

– Теперь я хочу услышать всё.

Он повел меня назад в небольшой кабинет, где я ждала до этого. Я села на неудобный стул и оглядела комнату, где не было ничего, кроме мебели. Ничего личного.

– Давайте начнем