Король Гарлема - Саша Южный

меня пугали в детстве, – Анна откинула голову и посмотрела меня преувеличенно внимательным взглядом. – Совсем не страшно и даже наоборот, – она положила мне руку на плечо, и я понял, что пора приступать к делу.

– Может, прогуляемся немного?

– Тогда еще по глотку и идем. Пусть эти зануды сидят тут вдвоем, – Анна кивнула на прильнувших друг к другу Родригеса и Люси.

Через пару минут мы вышли на улицу, и я тут же вспомнил, что не спросил у Родригеса, где находится тот отель.

Помня, что Родригес стоял тогда лицом к бару и махнул рукой в левую сторону, я повел девушку туда.

Несколько минут мы шли молча, потом Анна спросила:

– Как тебе в Америке?

– Все время тошнит, – ответил я.

– В Америке плохая пища? – удивленно взглянула на меня девушка.

– Нет. Америка – плохая пища, – ответил я.

Мы опять пошли молча. Через некоторое время Анна, прижавшись ко мне, шепнула:

– Милый, мы уже прошли отель.

Я выругался на русском, а затем мы посмотрели друг на друга и рассмеялись.

– Эх, русский-русский, какой же ты увалень. Мы бы так могли шагать всю ночь, – произнесла Анна.

Мы подошли к трехэтажному строению с едва заметной неоновой надписью «Отель».

Номер оказался вполне приличным.

Анна села на широкую кровать и попрыгала на ней. Ее юбка при этом задралась выше краев ажурных резинок на чулках, обнажая загорелую кожу ног.

Я почувствовал желание.

– А почему ты не пригласил меня к себе домой? – спросила Анна.

– У меня нет дома.

– Странные вы типы, ты и Родригес. У него тоже нет дома, и он, так же, как и ты, приглашал нас с Люси всегда в подобные места.

– Ты спала с ним?

– Мы спали с ним вместе с Люси.

«Тогда какого черта он хотел отделаться от тебя сегодня? Если у вас такие отношения, то ты ему не помеха», – подумал я и сел возле Анны. Мои руки скользнули по ее чулкам, добрались до голого тела, а затем поползли выше, освобождая женщину из упаковки.

– А ты ничего! – заметила Анна, когда мы через час оторвались друг от друга.

Я промолчал.

За окном стояла глубокая ночь, рядом лежала хорошенькая голая женщина.

Я положил руку на живот Анны и она, перекатившись по широкой кровати, прижалась ко мне.

– Почему бы вам с Родригесом не купить квартиры? – неожиданно спросила она. – Мне непонятно, как вы обходитесь без них.

– Значит, так надо.

– Кому?

– Боссу, – ответил я первое, что пришло в голову.

– Ты имеешь в виду Родригеса?

– Нет, того, кто над ним.

– Послушай, над Родригесом никого нет, – произнесла Анна, медленно закидывая свою ногу на мою, и мы все начали сначала.

Кровать мягко пружинила под нами.

Когда я вошел в нашу нору» Бред уже не спал. Он сидел за столом с мокрыми волосами – наверное, только что принял душ – и, чуть склонив голову, рассматривал рюмку с виски, которого было явно мало, чтобы стать альтернативой женщине.

Я подмигнул Бреду и поставил на стол бутылку, которую купил по пути сюда. Эта была единственное, чем я мог ему помочь.

Бред потянулся к ней и сказал:

– Я вот думаю, Алекс, какой же я был дурак, что поначалу не хотел пускать тебя в ящик.

* * *

Вечером в баре Гарсиа поставил передо мной две рюмки и, наполнив их до краев виски, произнес:

– Давай выпьем, Алекс, и забудем прошлое, нам ведь с тобой еще работать и работать.

Я согласно кивнул и взял в руки рюмку.

Родригес появился в баре через два дня. С ним были еще два типа. Разные по комплекции, они походили друг на друга безразличным выражением лиц.

Родригес сел за столик, сделал знак Гарсиа, чтобы тот принес ему выпить, и жестом подозвал меня.

– Садись, Алекс, – предложил он, когда я подошел к столу.

Я сел.

Родригес дождался, когда Гарсиа принесет виски с содовой, сделал глоток из стакана и спросил:

– Алекс, почему ты стараешься выглядеть глупее, чем ты есть?

Я молчал, уставясь на стакан в его руках.

– Анна мне сказала, что ты очень даже не глуп. Тогда зачем же в тот день, когда ты избил моих людей, ты состроил из себя конченого идиота? Даже Гарсиа и тот сказал мне, что ты кретин.

«Анна, – подумал я. – Так вот зачем ты подложил ее под меня».

– Чтобы не пристрелили под горячую руку, – сказал я. – С дурака взятки гладки.

– Допустим, – Родригес отпил еще глоток из стакана. – А зачем ты устроил эту драку в баре? Тебе что, действительно нужна была работа, и ты хотел таким образом ее получить?

– Да, мне нужна была работа, но вначале я вовсе не собирался устраивать дебош. Твои люди плохо обошлись с Бредом и хотели его избить. Я заступился, а потом мне пришла в голову мысль, что если Гарсиа не хочет меня слушать, когда я говорю о работе, то есть смысл напрямую обратиться к его боссу, раз уж подвернулся такой случай.

Родригес задумчиво поболтал виски в стакане.

– Знаешь, у меня есть другая работа, – неожиданно сказал он. – Парню с такими способностями, как у тебя, негоже околачиваться в баре. Эта работа очень хорошо оплачивается, но она опасна. Ты как насчет этого?

– Сколько там платят? – спросил я.

– Две тысячи в неделю.

– Совсем неплохо!

– Но ты даже не спросил, каков характер работы.

– Мне все равно. За такие деньги…

– Ну, хорошо. Ты слышал когда-нибудь такое имя – Анжело Немаладо?

Мне стоило немалых усилий сохранить равнодушие на лице.

– Кажется, это какой-то гангстер, – сказал я на всякий случай.

– Да, ты не ошибся, – Родригес закурил сигарету и, прищурившись, посмотрел на меня. – Так вот, тебе надо будет придти к нему, представиться моим человеком и кое-что сказать. Кроме того, тебе придется некоторое время побыть в роли заложника, чтобы убедить Немаладо в искренности моих намерений.

– Две тысячи в неделю – это мало для такого дела, – сказал я, немного подумав.

– Хорошо – три, – предложил Родригес.

– Идет! – согласился я. – Как мне его найти?

– Он часто появляется в одном баре на Сорок первой улице. Как только он там окажется, за тобой приедет человек и подвезет тебя туда.

– Какой из себя этот Немаладо?

– Ты просто зайдешь в бар и спросишь мистера Немаладо. Пока он не прячется от закона, так что тебе его покажут.

На другой день, перед тем как идти в бар, я попрощался с Бредом.

– Так получается, Бред, – сказал я ему. – Возможно, я уже и не вернусь. Тебе придется жить