Город прощения - Лэй Ми

на деревьях, на сиденьях автобусных остановок, на ограждениях вдоль дороги – бесчисленные девочки в белом и красном бежали по этому городу, пусть даже море было за сотни километров.

Гу Лань уже не могла держать руль; перед глазами мелькали переплетающиеся красный и белый цвета. Наконец на перекрестке «Ауди», въехав на бордюр, с громким скрежетом шин остановилась. Гу Лань одеревенело вылезла из машины, подошла к общественному трансформаторному шкафу и сорвала лист А4.

Вернувшись в машину, она больше не могла сдерживаться: упала на руль и разрыдалась. И почувствовала в этот миг, что снова перенеслась на девятнадцать лет назад. В темной канализации, в ночь проливного дождя, на пустынных улицах, у двери дома, в который нельзя вернуться, она так же плакала…

Гу Лань рыдала, как обиженная девочка, нисколько не сдерживаясь. Когда рыдания поутихли, она, всхлипывая, вытерла глаза тыльной стороной ладони. Однако слезы, казалось, прорвали плотину памяти, и нежеланные воспоминания о прошлом по-прежнему яростно накатывали волна за волной. Тогда плач возобновился. Гу Лань почувствовала, что больше не может дышать, и незабытое лицо старика стало особенно ясным.

Он. Тот, кто помог ей пережить бессчетные бессонные ночи.

Он. Тот, кто даже в лютый холод давал ей ощутить каплю тепла.

Его образ, словно тяжелый молот, бил в ее грудь раз за разом.

Гу Лань выплакалась до полного изнеможения, жаждая вцепиться в сильную руку или броситься в чьи-то объятия, как ребенок, найти тепло, найти покой, найти любовь…

Она подняла голову и широко открыла наполненные слезами глаза, незряче глядя в окно машины. Прохожие на тротуаре спешили, и никто не видел ее, корчащуюся на сиденье.

Гу Лань взяла телефон и развернула лист А4, пристально уставившись на строку цифр, перемешанных с буквами.

Он знал, что сможет найти ее. И она знала, что он сможет.

Так же, как она знала, что XYZ – это 620[31].

20 июня 1994 года Су Линь надела белое длинное платье и стала Русалкой.

Глава 20. Возвращение домой

Полиция снова провела осмотр места происшествия в больнице «Баньшань», сосредоточив внимание на крематории. Помимо изъятия нескольких отпечатков пальцев, следов обуви и волос, судмедэксперты также обнаружили внутри крематория застывшие жироподобные вещества. Анализ показал, что это была человеческая жировая ткань.

После экспертизы изъятых на месте вещественных доказательств, следы обуви, извлеченные перед крематорием, удалось отождествить со следами, извлеченными с внешней стены компании «Байдэ». Однако извлеченные отпечатки пальцев после проверки по базе данных не дали результатов. В настоящее время образцы человеческой жировой ткани и кровь с подносов из нержавеющей стали отправлены в технический отдел для проведения ДНК-анализа. Кроме того, полиция обнаружила отпечаток обуви под кнопкой запуска крематория.

Ми Нань спокойно сидела за рабочим столом, внимательно просматривая толстый альбом образцов следов обуви. Время от времени она поворачивалась к стоящему рядом микроскопу, сравнивая с извлеченными на месте следами. Девушка была так сосредоточена, что полностью игнорировала двух мужчин, сидящих позади.

Тай Вэй зевнул, сонно ткнул Фан Му в плечо и тихо спросил:

– Откуда ты знал, что под кнопкой запуска будут следы?

– Если человек знаком с работой крематория, он может просто протянуть руку и нажать кнопку после закрытия дверцы. – Фан Му тоже понизил голос. – Новичок же, скорее всего, будет стоять перед панелью управления, дабы убедиться, что не ошибся.

* * *

Крематорий больницы «Баньшань» был закуплен у производителя из провинции Шаньдун. Полиция связалась с техническим специалистом производителя, чтобы подробно изучить правила эксплуатации крематория. Действительно, его технологический уровень был высоким. После полного сгорания останки охлаждались водой, затем проводилось вторичное сжигание и обработка выхлопных газов. В конце концов, кроме пепла, все остальное превращалось в соответствующие стандартам газы и выбрасывалось наружу. Однако оператор, проводивший данное сожжение, очевидно, не был знаком с работой крематория, не отрегулировал соответствующие технические параметры, и вторичное сжигание оказалось недостаточным, что и привело к образованию на полу, стенах и окнах смеси сажи и человеческого жира. Именно благодаря этому в итоге удалось успешно извлечь следы.

– Я слышал от Ми Нань, что это еще и след женской обуви? – Тай Вэй задумался. – Русалка?

Фан Му кивнул. Он всегда был уверен, что преступление совершили двое и одна из них – женщина. Представьте: если Бао Шанъи действительно руководил операцией по трансплантации органов от неопознанного донора, то в качестве мести, вероятно, именно женщина в роли матери лично нажала бы кнопку запуска крематория для Бао Шанъи. Что касается информации, которую может содержать данный след, это уже дело Ми Нань.

При этой мысли Фан Му не удержался, встал, подошел к ней и тихо спросил:

– Как дела?

Ми Нань подняла голову, потерла глаза.

– Условия экспертизы этого следа плохие. Когда он образовался, сажи, вероятно, было еще не так много. – Она указала на образцы следов на другом конце стола. – Не как тот «Найк»… я думаю, что тот, что я извлекла, образовался, когда преступник несколько раз закладывал части тела в печь.

Фан Му скривил губы.

– Особенности?

– Тридцать седьмой размер. Резиновая подошва. Мелкий рельефный узор. – Ми Нань вздохнула. – Я могу лишь определить, что это женские кроссовки, но такой мелкий узор слишком распространен. Мне придется сравнивать понемногу, надеясь определить бренд.

Фан Му, подумав, сказал:

– Ранее мы анализировали, что убийца имеет неплохое финансовое положение и может свободно распоряжаться временем. Сосредоточься на сравнении с брендами среднего и высокого класса.

Ми Нань, взглянув на него, холодно спросила:

– Это нужно напоминать?

Фан Му сильно смутился. Тай Вэй, увидев это, поспешил вмешаться:

– Фан Му, иди спроси у Лао Чжао, есть ли какой результат с видеонаблюдения.

– Наверное, бесполезно. Бао Шанъи пропал несколько месяцев назад, и записи с камер того времени, вероятно, давно перезаписаны… – Фан Му покачал головой. – Им повезло.

– Какое там! – не согласился Тай Вэй. – Остались и следы обуви, и отпечатки пальцев…

Фан Му задумчиво проговорил:

– Новичок в сжигании… Возможно, и в убийствах тоже.

Ми