Современный детектив. Большая антология. Книга 1 - Карстен Дюсс

Чип покачал головой.

— Нет.

— Потому что это та часть, где ты умрешь.

Она нажала на спусковой крючок 9-миллиметрового.

Глава 18

Растерянное выражение лица Вайолет, когда пистолет не выстрелил, объясняло, почему мозги Чипа все еще находились в черепе, где им и полагалось быть, а не разбрызгивались по земле. Она ничего не знала об оружии, возможно, даже до сих пор никогда не держала его в руках.

Растерянность на лице Вайолет стала еще заметнее, когда она повернула пистолет и посмотрела прямо в дуло. Наблюдать за ее попытками разгадать загадку было почти забавно, но Чип знал, что нельзя терять времени. Здесь у него было крошечное окно возможностей. Даже такой невежественный в оружии человек, как Вайолет, скоро сообразит, как пользоваться предохранителем, который, как он смутно помнил, был нажат во время бегства из дома Дуэйна.

Чип вскочил на ноги и бросился на нее. Она вскрикнула, и пистолет выскользнул из ее рук, приземлившись у ног Чипа на гравийной дороге. Он обхватил руками тонкую шею Вайолет и отшвырнул пистолет ногой. Она издала сдавленный хрип и замахала руками, царапая ногтями его лицо. Он оттолкнул ее руки и блокировал попытку ударить его коленом по яйцам. Затем он схватил ее за запястья и толкнул назад, прижимая к заднему бамперу «Понтиака», чтобы она не двигалась.

Вайолет плюнула ему в лицо.

Чип вздохнул и позволил плевку медленно катиться по его щеке.

— Пожалуйста, попробуй успокоиться. Я действительно не хочу делать тебе больно.

Она улыбнулась.

— Точно. Поэтому у тебя пистолет. В наши дни их носят все пацифисты. Слышала, что сейчас — это модная тенденция.

Чип нахмурился.

— Пожалуйста, скажи мне, что ты не всегда такая саркастичная. Возможно, мне придется засунуть тебя обратно в багажник.

Ее улыбка приобрела похотливый оттенок.

— Давай-давай. Мне нравится, когда меня удерживают большие, сильные мужчины. Ты должен стянуть с меня шорты, перегнуть через капот, и действительно поставить меня на место.

Чип хмыкнул.

— Это уже слишком.

Она засмеялась.

— Все так говорят.

Вайолет не оставалась неподвижной. Она продолжала извиваться в его объятиях и прижиматься к нему. Чип полагал, что постоянное извивание было новой попыткой использовать ее сексуальную привлекательность, но он не собирался попасть на этот трюк второй раз. Тем не менее, ее настойчивость представляла значительную проблему. Он не мог сдерживать ее вечно, несмотря на свою превосходящую силу. Засунуть ее обратно в багажник с каждой секундой становилось все более привлекательным вариантом. Несмотря на сильный удар в голову, который она получила ранее, у нее не было никаких признаков сотрясения мозга, которые вывели Лизу из игры. Во всяком случае, она казалась почти гиперактивной, полностью сосредоточенной и в данный момент это делало ее еще более опасной.

Она ухмыльнулась дерзко и понимающе, как будто могла видеть сквозь его череп и читать его мысли так же легко, как слова, напечатанные на бумаге.

— О, я слишком женщина для тебя, дорогой? Я слишком горячая, чтобы справиться со мной?

Чип нахмурился.

— Что с тобой не так?

Вайолет изобразила на лице притворную невинность, одна бровь преувеличенно изогнулась.

— Что не так? Что ты имеешь в виду?

Чип не ответил. Она вела себя совсем не так, как женщина, чья жизнь большую часть ночи была в опасности. Интересно, что по мере того, как он молча изучал ее черты, дрожь начала утихать. Через несколько мгновений его взгляд беспомощно скользнул по ее пухлой нижней губе, прежде чем он заставил себя снова посмотреть ей в глаза. Но промах не остался незамеченным.

Вайолет прикусила сочную губу и вскоре полностью прекратила борьбу.

— Я тебя не боюсь.

— Почему?

— Как ты и сказал, твоей подружки здесь нет. Это она опасна, а не ты. Я не знаю точно, что происходило с тех пор, как ты затолкал меня в багажник, но кое-до-чего я додумалась, — она улыбнулась. — Ты пытался меня спасти. Верно?

— Думаю, да. Впрочем, все пошло не так уж и хорошо.

Вайолет пожала плечами и многозначительно оглядела темный лес, окружавший пустой дом.

— Ну, не знаю. Похоже, все получилось просто отлично.

Чип открыл было рот, чтобы возразить, но слова так и не прозвучали. Он собирался рассказать ей о том, что симптомы сотрясения мозга Лизы были единственной причиной, по которой она не умерла сейчас. Но внезапно его осенило, насколько это было бы контрпродуктивно, учитывая меняющиеся обстоятельства. Было бы гораздо лучше, если бы она поверила, что он никогда не думал ни о чем, кроме ее безопасности.

Он нахмурился.

— Ладно, может, ты и права. Но тогда откуда такая агрессия? Единственная причина, по которой я всё еще жив, это то, что ты не знала, как разобраться с предохранителем.

— То, что ты спас меня, не значит, что я могу тебе доверять, — выражение лица Вайолет стало более мрачным, когда она отказалась от игры в пользу простой честности. — В конце концов, вы убили МакKензи.

— Я не…

Она пренебрежительно фыркнула.

— О, пожалуйста. Может быть, ты лично и не перерезал им горло, но ты был там, и это делает тебя таким же причастным, как эта светловолосая сука.

Чип поморщился.

— Я не знал, что она это сделает. Если бы я…

— Они все равно были бы мертвы.

Она усмехнулась. Несмотря на враждебность, Чип нашел изгиб ее губ ошеломляюще сексуальным. Это заставило его чувствовать себя безнадежно неумелым. Как он мог надеяться эффективно сотрудничать или торговаться с такой женщиной?

— Я понимаю, что она босс в ваших отношениях. Но у тебя есть мозги. Ты ведь можешь думать самостоятельно, не так ли? Ты мог бы сказать «нет» всему, что бы это ни было. Но нет, ты вошел в этот дом с оружием. С пушкой. С гребаными ножами.

Это был всего лишь один нож, и он даже не знал, что он был у Лизы, пока она не использовала его, чтобы вскрыть горло Кена МакКензи, но Чип понял, что не стоит это объяснять. Это сделало бы доводы Вайолет не менее убийственными. Вместо этого он сказал:

— В любом случае, кем ты приходишься МакKензи? Лиза сказала, что ты не одна из их детей.

Вайолет слегка наклонила голову.

— Это имя твоей подруги? Лиза?

— Да.

— Ну, Лиза права. Я не дочь людей, которых ты убил. Я не имею к ним никакого отношения.

— Итак… опять же, кто ты, блядь, такая? Что ты делала в их доме?

Выражение лица Вайолет ожесточилось.

— Я не скажу ни слова, пока ты не отпустишь меня.

Чип ничего не