Очень плохие вдовы - Сью Хинсенбергс

Гектор запихнул себе в рот побольше чипсов, поднял палец и принялся медленно жевать. Хэнку была знакома эта уловка: выигрывает время, а потом – бац! – и плохие новости вывалит. Мол, назад им ходу нет. Хэнк посмотрел на Ларри и Андре, и те кивнули.

Он решил подыграть Гектору:

– Да ладно, это я так спросил. Мы же понимаем, что сожгли мосты почти до основания.

– Сожгли мосты? – Гектор наконец проглотил еду. – А что это значит?

Друзья помолчали, и первым заговорил Андре:

– Это когда что-то волшебное связывает двух людей в этом неуютном и большом мире, а кто-то настолько глуп, что буквально поджигает эту связующую нить, и все сгорает дотла, и вот уже нельзя, никак нельзя вернуться туда, где с тобой случилось самое лучшее в твоей никчемной жизни.

– Андре, – тихо сказал Ларри, – у любого моста два конца. Они и правда пытались нас убить.

Андре опустил голову, кивнул едва заметно и наконец улыбнулся. Перевел взгляд с Хэнка на Ларри, пожал плечами, и в глазах его заблестели слезы.

– Конечно, пытались – после того, как мы им врали несколько лет. Это все из-за нас. Все разгорелось из-за нас.

Он осторожно отклеился от диванчика и побрел по коридору, и вскоре все услышали, как за ним закрылась дверь.

Гектор проводил его взглядом и ответил:

– Что ж, Пэм мне рассказывала, что сначала у всех все было хорошо, а несколько лет назад все стало… не очень. – Он пожал плечами. – А потом она спросила, смогут ли они снова с вами увидеться.

– Правда? – Ларри поднял голову.

– Неужели? – спросил Хэнк и посмотрел на Ларри.

– Мне даже показалось, что они даже были впечатлены тем, что вы сделали. Украли деньги, чтобы потом вернуть их и спасти своих жен, – добавил Гектор и потянулся за новой порцией чипсов. – Слышал, они переезжают к Марлен в Бока-Ратон…

Хэнк рассмеялся.

– Вот же чертовы «Золотые девочки», – усмехнулся Ларри.

– Держу пари, они все видят себя на месте Бланш. Никто не хочет быть Софией и повсюду таскаться с сумочкой, – рассмеялся Хэнк и посмотрел на Ларри. – Это хорошо, что они есть друг у друга и у них все будет хорошо.

И вот они перешли к плану Б. Самым разумным казалось перебраться в приморский курортный городок, где знание английского пригодится в туристической индустрии. А там, глядишь, и испанский подтянут… Если Гектор их отпустит.

– Послушайте, – тихо сказал Гектор, – не хочу быть грубым, но моя мама интересуется, как долго вы еще собираетесь у нас гостить.

Хэнк бросил взгляд на мужчину, охраняющего дверь.

– В каком смысле?

– В прямом, – ответил Гектор. – Я-то ей сказал, что вы тут на пару дней, максимум на неделю. А прошло уже почти три. Тетя собирается приехать погостить, а комната занята…

На пару секунд Хэнк прикрыл глаза, а потом кивнул и сказал:

– Конечно. Думаю, мы уже завтра можем съехать. Так ведь, Ларри?

Он потер рукой под носом, прикрывая улыбку, и заметил, как Ларри нахмурился. Ему нужно было знать все детали, и, хотя было уже несколько поздно спрашивать, он все же тихо спросил:

– Гектор, а к чему вообще этот парень у двери? – И кивнул на охранника у двери.

Гектор набрал на лепешку немного сальсы и запрокинул голову, загружая новую порцию еды в рот. Пришлось подождать, пока он ответит.

– Этот парень? На всякий случай, вдруг вам помощь нужна…

– То есть он не сторожил нас все время? – повысил голос Ларри.

– Сторожил? – Гектор рассмеялся. – А зачем? Может, вам поехать нужно было куда-то или переводчик нужен… Для этого он здесь. Входит в оплаченный пакет услуг. Я же вам говорил, когда мы договаривались. Разве вы не помните? – Гектор потянулся за чипсами. – Кстати, раз уж мы об этом заговорили. Помните, когда я прилетел проведать вас в первый раз, вы просили разобраться с вашим «бизнес-проектом» на побережье. Так вот, о каком конкретно проекте идет речь?

53. Все знают

Пэм припарковалась у дверей благотворительного магазина, в котором принимали подержанные вещи. Трое молодых парней-грузчиков, увидев ее набитый коробками минивэн, аж присвистнули.

Она стояла и смотрела, как в здание заносят коробки с подарками тридцатилетней давности: вон в той – свадебный сервиз, а в другой – набор кастрюль, полученный на предсвадебной вечеринке.

Так много вещей…

У Джорджа Карлина была классная шутка на эту тему. Мол, что первую половину своей жизни ты собираешь вещи – от ступки для измельчения трав, которой ты «точно будешь пользоваться», а в итоге достаешь от силы пару раз в год, до вазы в виде рога изобилия, которая пылится в шкафу весь год, кроме разве что нескольких дней на День благодарения. А вот вторую половину жизни ты от этих вещей избавляешься.

Марлен наказала им не привозить ничего лишнего. Она закупила все новое для своей новой жизни и не потерпела бы старое блюдо со сколами, потрепанное полотенце или серебряную ложечку, вызывающую лишь сентиментальные чувства. Даже Клэр не захотела забирать себе это барахло.

И вот все это было упаковано по коробкам и готово для пожертвования. Парни стали доставать прозрачные мешки с одеждой и передавали их друг другу, как эстафетную палочку.

– Эй! – крикнула Пэм. – Подождите! Вот тот можно мне, буквально на секунду? Мне надо посмотреть кое-что…

Парень поставил мешок к стене, и Пэм развязала узел.

Она пробралась через ворох футболок и шортов Хэнка, и наконец ее пальцы коснулись такой знакомой плотной хлопковой ткани. Она вытащила старое, поношенное худи мужа и прижалась к нему щекой, вдыхая запах. Постояла так пару секунд, потом осторожно положила худи на заднее сиденье, забралась в кабину и сунула ключ в замок зажигания.

– Эй, Пэм! Ю-хху! Это же ты, Пэм? Пэм Монтгомери!

– Да ради ж всего святого, – выдохнула Пэм и тихо добавила: – Тебе лучше пристегнуться, Элмер. Та еще поездочка предстоит…

Пес лежал, свернувшись клубком на пассажирском сиденье.

Пэм выдавила из себя улыбку и повернулась к Сабрине Куомо, которая как раз подходила к машине. Та самая крутая мамочка, что так доставала ее, когда Клэр училась в школе, вышагивала в белом льняном платье длины макси, в широкополой соломенной шляпе, покачивая очень крупными золотыми серьгами. Она наклонилась к окну, и ее браслеты от «Картье» с золотом и бриллиантами звякнули, съехав на часы от «Эппл».

– Сабрина, привет! Как дела? – Надо убить ее вежливостью и быстренько избавиться от нее.

– Потрясающе! – протянула та, а затем скривила губы в сочувственную гримасу. Браслеты снова