След смерти - Андреас Грубер

На самом деле в мюнхенском аэропорту у нас с Дромайером было всего несколько минут, чтобы придумать этот план.

— И вы сами знаете, сколько длятся официальные запросы и дипломатические контакты между Висбаденом и Мадридом. Мы бы до сих пор сидели в Германии, рассылали электронные письма и либо вообще не смогли бы выйти на Рамону, либо быстро потеряли бы контакт. Даже если бы за это время вы арестовали Рамону, мы бы ничего не узнали. Она бы не раскрыла рта.

— Теперь она мертва и уж точно рта не раскроет, — парировал Кинтана. — И ещё есть Кете ван Звитен. Убийство этой невинной старой дамы можно было предотвратить.

— В результате терактов в Германии погибнет куда больше людей.

— Я не собираюсь обсуждать с вами ценность одной человеческой жизни. К тому же предстоящая волна террора пока всего лишь теоретическое предположение. А факт в том, что из-за смерти Рамоны вы знаете ровно столько же, сколько и раньше.

Снейдер поднял глаза и ледяно усмехнулся.

— Вот видите, именно в этом вы ошибаетесь. Потому что кто-то её убил. А значит, мы знаем: в отеле есть ещё один человек, за которым мы охотимся.

— Хорошо, — вздохнул Кинтана и развёл руками. — Криминалисты смогли доказать, что Рамона совершила взлом и убила Кете ван Звитен. Но у нас нет ни одной зацепки, которая вывела бы на убийцу Рамоны.

— Я сказал вам это ещё вчера — и сегодня повторял уже несколько раз, — повысил голос Снейдер. — Вы должны выяснить, кто навёл вас на апартаменты Рамоны. Тогда у вас будет убийца.

— Звонок был из бара рядом с пляжной дискотекой.

— Ладно. Значит, выясните, кто в это время там находился.

— Это не так просто, как вы думаете.

— Проклятье, я прекрасно знаю, насколько это сложно, вы, шут гороховый. Значит, проявите фантазию.

— Позвонить оттуда мог кто угодно. Камер наблюдения нет, свидетелей, видевших, как кто-то звонил, тоже.

— Но у вас теперь есть отпечатки всех постояльцев отеля.

— С телефонной трубки их стёрли.

— Ах, чёрт побери! — выругался Снейдер.

— Почему вы вообще так уверены, что это связано с террористической группой?

— Потому что так и есть!

— Я не понимаю.

— Лучше объяснить не могу. Только громче! — ответил Снейдер.

В дверь постучали, и полицейский в форме внёс дымящийся пластиковый стаканчик с чайным пакетиком внутри. Он поставил его перед Снейдером. Тот сразу почувствовал запах ароматизированного фруктового чая. Пусть сами это пьют.

С отвращением отодвинув стаканчик, он утопил в нём окурок, выковырял из пачки следующий косяк и прикурил.

Кинтана сделал вид, что не заметил.

— Сколько можно повторять? — спросил Снейдер, когда полицейский снова вышел. — Чутьё подсказывает мне, что Вики Фукс к этому причастна. Вы должны её допросить.

— Мы и собирались… — признал Кинтана. — Но она тем временем исчезла.

— Исчезла? — Снейдер поднял глаза. — Я видел её вчера ночью в отеле, когда меня арестовывали.

— Возможно. Но с раннего утра её нет. Женщины на ресепшене сказали, что она собиралась на экскурсию в Пальму. С неё она до сих пор не вернулась.

Снейдер зажал косяк между пальцами и закрыл лицо руками.

— И не вернётся, — пробормотал он. — Проверьте аэропорт и все паромные причалы.

— Мы уже проверяем. Пока удалось выяснить только, что она уехала на такси в Алькудию, а потом её след теряется… — Кинтана вдруг вскинул руки. — Почему я вообще обсуждаю это с вами?

Снейдер посмотрел на него.

— Потому что Вики Фукс — ваша главная подозреваемая.

— Кто здесь ведёт расследование? — заорал Кинтана, уже теряя самообладание. — Я или вы?

— Похоже, я. — Снейдер зажал косяк в уголке рта. — Потому что вы некомпетентны.

— Вы невероятно самовлюблённый!

— Нет, — возразил Снейдер и звякнул наручниками, — я действительно существую.

Кинтана долго смотрел на него, пока наконец не понял игру слов. Его рот скривился в раздражённой улыбке.

— Вообще-то я пришёл сообщить вам хорошие новости.

— Хорошие для вас или для меня?

— Для вас.

— И что это значит?

— Лично я — несмотря на вашу вежливую и готовую к сотрудничеству манеру — вас бы отпустил, но мой начальник упирается. Он хочет, чтобы сначала всё было выяснено, а до тех пор вы останетесь под арестом. — Кинтана полез в карман брюк и достал ключ. — Но наручники я вам хотя бы снять могу.

— И это хорошие новости?

— Нет. Но троих ваших коллег из БКА — Мию Накахару, Марка Крюгера и Сабину Немез — только что освободили.

Кинтана отпер наручники.

Значит, Кинтана и их велел арестовать.

Снейдер глубоко вдохнул и потёр запястья.

По крайней мере, эти трое теперь на свободе.

— Спасибо.

— Ещё при нашей первой встрече я понял, — сказал Кинтана, — что между вами и этой якобы Анной Бишофф было нечто большее, чем мимолётное знакомство на воркшопе. Её обморок на пляже был притворством, верно?

— Разумеется…

Прежде чем Снейдер успел ответить подробнее, в дверь постучали.

Кинтана поднялся и открыл камеру. Снаружи стоял коллега; он молча сунул ему в руку телефон. Кинтана снова закрыл дверь, коротко произнёс: «Sí» — и принялся расхаживать по камере, только слушая.

Снейдер не понимал, что говорит человек на другом конце, но догадался: собеседник, должно быть, немецкоязычный, потому что время от времени Кинтана коротко бросал: «Ja».

Наконец он включил громкую связь и положил телефон перед Снейдером на стол.

— Ваш начальник.

Звонок не мог прозвучать в более неподходящий момент.

— Алло? — рыкнул Снейдер.

— Господи, Снейдер, куда вы опять вляпались? — прогремел из телефона голос Дромайера.

Снейдер не ответил.

— Сколько вы уже знаете? — спросил он вместо этого.

— Немез, немецкое посольство и коллеги в Пальме уже обо всём меня проинформировали, — продолжил Дромайер. — Когда вы вернётесь в Германию?

Снейдер сквозь облако дыма посмотрел на Кинтану.

— Это может затянуться на несколько недель, потому что здешние коллеги слишком тупы, чтобы найти одну конкретную звонившую!

— Не заводитесь, Снейдер.

— Я не завожусь, — повысил голос Снейдер. — Это другие меня заводят.

— Не раньше завтрашнего дня, — сказал Кинтана, сел за стол и наклонился к