Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер

не нужно было работать: моя зарплата была каплей в океане богатства Ники. Когда мы переехали в Лондон, я не стала искать работу, а сосредоточилась на обустройстве нового дома. Выбирала краску, покупала мебель, сравнивала образцы тканей и ковров. Ники даже нравилось, что я не работаю. В этом он видел доказательство своей успешности. Но когда дом был полностью обставлен, мне стало нечем заняться. Поэтому с помощью Ники я открыла собственное дизайн-бюро интерьерных решений. Отсутствие образования мне не мешало: друзья рекомендовали меня друзьям, и дело стало расти. Я не слишком хорошо справлялась с административной частью, никогда не интересовалась счетами. Скорее, это была не работа, а светская жизнь.

Думаю, те последние пять лет, что мы провели вместе, были для меня самыми счастливыми. На двадцатую годовщину свадьбы мы закатили пышную семейную вечеринку и заново дали обет на пляже Маврикия. Детей все так же не предвиделось, но мы уже меньше переживали по этому поводу. Когда мне исполнилось сорок, я испытала чуть ли не облегчение, ведь я почти вышла из детородного возраста, и люди перестали спрашивать, когда же я заведу ребенка. У нас были деньги, чтобы заниматься тем, что нам нравится. Жизнь была хороша. Нет, не просто хороша, она была потрясающей.

Но все закончилось в тот день, когда Ники рассказал мне о Наташе. Знаю, это звучит мелодраматично, но это правда.

Стояла середина февраля, за окном было серо и холодно. Я работала над совмещенной кухней-столовой для друзей наших друзей, которые только что купили дом в Примроуз-Хилл. Жена хотела большую мозаику на стене над обеденным столом, и я пыталась найти подходящего художника. Хорошие художники часто капризничали, когда дело касалось цветовой палитры, поэтому мне нужно было найти кого-то талантливого, но не слишком избалованного. Я обыскивала Интернет, когда услышала, как поворачивается ключ в замке.

— Ники? Это ты? — Он не ответил, но я узнала его шаги в прихожей. Повысила голос: — Дорогой? Что случилось?

Был разгар дня. Он никогда не возвращался домой раньше вечера.

Не снимая пальто, он прошел в гостиную. Его лицо было бледным и странно сияло, как будто у него внутри зажегся огонь. Я не могла прочитать его выражение. Кто-то умер? Или он только что заключил потрясающую сделку? Я не могла понять, хорошими или плохими были новости.

— Боже, что случилось? — спросила я.

— Я буду отцом, — ответил он.

Эти слова прозвучали так, будто он произнес их на иностранном языке. Я не поняла их значения.

— Что ты имеешь в виду?

— Я буду отцом, — повторил он. — Наташа беременна.

Я все еще не имела представления, о чем он.

— Кто, черт возьми, эта Наташа?

Он упал на диван и закрыл лицо руками.

— Прости, Джен, — произнес он сквозь пальцы. — Прости.

— Кто. Такая. Наташа?

— Девушка, которую я сбил. Велосипедистка. Я тебе рассказывал.

Я ощутила в груди острую боль. Ники рассказал о происшествии в тот самый день, когда оно случилось. Девушка была молоденькая, официантка или что-то вроде того. Он чувствовал себя виноватым за то, что въехал в нее, и опасался, что она пойдет в полицию. Я, помнится, даже предложила, чтобы он написал ей и поинтересовался, все ли в порядке.

— Обезоружь ее своими чарами, — сказала я.

Что ж, именно это он и сделал. А теперь, всего три месяца спустя, она беременна? От него? Это было невозможно по множеству причин. Во-первых, он был счастливо женат. Во-вторых, он постоянно разъезжал по работе, всю свою жизнь проводил в аэропортах и заграничных отелях. Он был слишком занят, чтобы заводить роман на стороне. И в-третьих, он был бесплоден. Его сперматозоиды были слабыми и ленивыми. Они не могли даже взобраться по пробирке.

— Я не люблю ее, — сказал он мне. — Это была просто мимолетная интрижка. Кризис среднего возраста. Я собирался с ней порвать.

— Ты уверен, что это твой ребенок?

Он кивнул.

— Она говорит, что мой, и я ей верю. Она бы не стала о таком врать.

Я обхватила себя руками и согнулась пополам. Мне нечем было дышать. В груди так болело, что я подумала, что у меня сердечный приступ. Я знала: он ни за что не отпустит эту гребаную девицу теперь, когда у нее в животе зародилась бесценная жизнь. И еще я знала, что моя жизнь теперь не стоит того, чтобы жить.

Я теряла не только Ники, я теряла всех и вся. Джейн и Фрэнка, которые приняли меня в семью, когда мне было всего одиннадцать, помогали в школьные годы, поддерживали, когда умерла мать, подарили мне дом. Они разозлятся на Ника, но не отвернутся от него ради меня. Не тогда, когда на подходе еще один внук. А как же Хейли? Ей придется выбирать, и я чувствовала, что выберет она не меня. Семья всегда важнее друзей.

Ну, вот и все. Конец. Время, отведенное мне на счастье, истекло. Не будет больше совместного отдыха на Ибице, рождественских посиделок, летних барбекю… Не будет теплого чувства от осознания того, что есть люди, которые меня любят и заботятся обо мне, среди которых мне есть место. Я буду выброшена из единственной семьи, которая у меня когда-либо была, и изгнана в одинокий мир.

Глава 24

Тогда

Наташа

Прошло три дня, прежде чем я получила ответ от Джен. Она прислала загадочное сообщение.

«Можем встретиться у колеса обозрения в 14:00?»

«Да. А что?»

«Объясню позже. Чмок».

Эсэмэска от Джен, да еще с поцелуйчиком на конце. Удивительно, как все обернулось.

Я доехала до центра Лондона на поезде, рассеянно глядя на монотонный пейзаж за окном и пытаясь предугадать, о чем пойдет разговор. У нее, должно быть, новости об Эмили, решила я, и внутри зашевелилась надежда. Но почему она не рассказала по телефону? Я стала думать, что это плохие новости, которые нужно сообщать при встрече. Вдруг Ник увез Эмили за границу? Читая в Интернете о похищениях детей родителями, я наткнулась на жуткие истории о матерях, которым приходилось годами добиваться возвращения ребенка. Они целое состояние спускали в иностранных судах, но, даже если выигрывали процесс, отцы успевали настроить против них детей, и те не хотели возвращаться домой. Еще пару недель назад я бы ни за что не подумала, что Ник на такое способен, но теперь я была уже не так уверена.

— Наташа! — Джен заметила, что я иду к ней, и помахала рукой. Я ускорила шаг, а когда приблизилась, она неловко меня обняла.

— Спасибо, что пришла, — сказала она.