Зарубежный детектив 2026-15 - Салли Эндрю

– Все было чертовски очевидно, – добавила она, делая новый глоток. – Я же не дура.

В горле Элеоноры застрял маленький комок.

– Что вам было очевидно, Айрин?

– Бедолага пытался заполнить огромную дыру, оставленную в жизни смертью жены в жуткой аварии.

– В аварии? – насторожилась Элеонора, не меняя тона. – Вы раньше говорили, что он потерял жену, но не упоминали аварию. Какого рода авария?

Айрин грустно покачала головой.

– Бедняга всегда избегал разговоров о ней, сколько бы лет ни прошло. Он один из тех, про кого говорят «себе на уме». – Айрин добавила вина в свой бокал и подняла его чуть выше уровня плеч. – Больше я о жене Теренса ничего не знаю.

Она отпила глоток и скривилась.

– Если признаться, меня немного мучает совесть, ведь я его использовала. Позволяла ему оказывать нам всякие услуги, подстригать газон, даже деньги иногда у него занимала… Мы с Джейн часто ходили к нему смотреть телик. Я постоянно старалась убедить себя, что это никак не связано с тем, что он облегчает мне жизнь или помогает экономить немало денег, внушала себе, что это я ему помогаю. Поэтому, когда он предложил взять Джейн под свою опеку и научить ее «житейским мелочам», – Айрин пальцами изобразила кавычки, – пообещал сделать из нее «светскую даму», – она еще раз сделала знак кавычек, – я подумала: почему бы и нет? Пусть понянчится с ней, пока я работаю и свожу концы с концами.

Выражения Батлера вызвали у Элеоноры омерзение. Она взглянула на Ожье – на него они произвели такой же эффект.

– Батлер не объяснил вам, что имел в виду под житейскими мелочами?

– Ха. Да разве я хоть когда-то могла понять, о чем он толкует? Вы сами посудите. – Айрин неуверенно описала рукой дугу и наткнулась на лампу на соседнем столике, отчего та зашаталась. – Я много думала над тем, что вы тут говорили в прошлый раз. Потом заставила Теренса рассказать о событиях в Хэрроуфорде, а уж о том, что грохнули Джо Уайтхолла, даже я слышала. В газетах не сообщили личность арестованного, но это моя дочь, не так ли?

Айрин была права. Газеты ничего не писали об аресте или признании вины. Алисии Уайтхолл об этом, похоже, тоже не сообщали. Возможно, кто-то – Коттер или комиссар полиции – ждал, когда Джейн окончательно признают умалишенной, прежде чем сделать заявление для прессы, чтобы никто больше не усомнился в справедливости пожизненной изоляции.

– Я не имею права разглашать…

– Это сделал кто-то другой, не моя дочь.

Элеонора сочувственно кивнула. Что еще могла сказать или сделать Айрин? Хотя Уайтхолл не был отцом ребенка Джейн, девушка всегда считала его таковым, что создавало бесспорный мотив для убийства, в котором она вдобавок созналась.

Айрин опять приложилась к бокалу с вином.

– Я больше людям не могу смотреть в глаза, черт подери. Мало того что она забеременела, так еще и убийство… Я знаю, что думают другие. Я ее мать, значит, это я превратила ее в шваль подзаборную. Что она стала шалавой и убийцей из-за моего воспитания. Как мне теперь людям в глаза смотреть, а? Единственная польза в том, что этот мерзавец Уайтхолл сдох. – Айрин приподняла бокал и посмотрела на собеседников сквозь стекло. – Пью за то, что он получил по заслугам.

Элеонора нахмурилась.

– Вам известно, что Уайтхолл сделал с Джейн?

– Ха! Я узнала с большим опозданием – только после того, как Джейн уехала, а я запила. – Айрин посмотрела на бутылку, проверяя, сколько вина в ней осталось. – Я вспомнила слова Люси Уайтхолл насчет ее мерзавца-папаши, «позаботившегося» о Джейн на свадьбе Гейл, и Крисси Джонсон тоже вспомнила. Она жила в соседнем доме с Уайтхоллами – ее тоже куда-то отправили, потому что она забеременела. Беременность Джейн совпала со свадьбой Гейл – ясно как божий день. Нетрудно понять, что к чему. Я, конечно, не была уверена на все сто процентов, но вы только что это подтвердили.

– Почему вы ничего никому не сказали? – спросила Элеонора, чувствуя нарастающее раздражение. – Почему не заявили в полицию?

– Вы серьезно? Чего ради? Меня подняли бы на смех.

Элеонора многозначительно взглянула на стажера. Ожье буркнул:

– Вы, пожалуй, правы.

Несколько секунд никто не нарушал тишины. Элеонора решила пойти ва-банк:

– Айрин, я должна сказать вам еще кое-что…

– Валяйте. Надеюсь, на этот раз услышу хорошую новость. Например, что мне можно будет подать в суд на Алисию Зазнайку…

Элеонора вяло улыбнулась.

– Боюсь, что нет. Я хотела бы поговорить о Джозефе Уайтхолле. И о Теренсе Батлере.

Сделав большой глоток из бокала, Айрин почти царственным жестом попросила Элеонору продолжать. Та открыла было рот, но ничего не сказала. Какой смысл говорить, что Джозеф Уайтхолл не мог быть отцом ребенка Джейн, если сама Джейн не знала личности отца? И стоит ли признавать, что она подозревает соседа Айрин, единственного человека, проявлявшего доброту к Айрин после того, как забеременела ее дочь? Если подозрения Элеоноры оправданы, они рано или поздно подтвердятся, а пока что не будет ли это выглядеть так, будто Элеонора пытается доказать Айрин или себе самой, какая она умная?

– Впрочем, вы уже знаете всё, что я хотела вам сказать, так что желаю вам приятно провести остаток дня.

Когда они выходили из дома, Ожье спросил:

– Вы считаете, что отец ребенка – Батлер?

– А вы навели о нем справки?

Ожье пролистал несколько страниц своего блокнота.

– Он биохимик, исследователь, сотрудник «Бендолл фармасьютикалс». У них на севере есть лаборатория, но он работает на дому, потому что пишет много разных научных работ. С полицией дел не имел, по месту работы все говорят, что он скучная личность. – Стажер оторвал взгляд от записей. – Почему вы не спросили Айрин, мог ли он быть отцом ребенка?

– Потому что Айрин этого не заслужила. Ей и без того выпала плохая карта, и нам не обязательно усугублять ее положение, заявляя, что добряк-сосед, возможно, был отцом ее мертвого внука или внучки. Тем более что сама Джейн на него не указывала и у нас нет других улик, помимо того что он хорошо относился к Джейн и теперь носит еду и вино Айрин.

– И это всё? Мы даже не вызовем его на беседу?

Элеонора покачала головой.

– Вы же помните, что дело закрыто? И, даже если б его не закрыли, мы не вправе утверждать, что убийства совершил Батлер. Мы