Жертва и другие - Николай Иванович Леонов

А теперь, когда она ждала Ибрагима на улице, эти воспоминания проплыли перед ней, как в немом кино. Зое стало не по себе, появилось странное ощущение, будто она стоит на скале, а под ней — море. Море переливается синим, зеленым, бирюзовым и перламутровым, манит. А она не решается прыгнуть в его манящие волны. Вдруг это просто обман зрения, ловушка? И внизу не море, а голые скалы, о которые она разобьется и уже никогда не сможет ходить? Она тряхнула головой, отгоняя от себя странное видение.

— Ну все, я готов, поехали, — вышел Ибрагим. — Только, если вы не против, давайте заедем на заправку, правда, это в другой стороне, но у меня там скидки. Это недолго. Кстати, там рядом есть очень неплохое кафе, можно немного посидеть, вы бы рассказали мне про город, про условия работы у вас. Я же тут только две недели. Вы не торопитесь?

Зоя растерялась. Как-то очень стремительно развивались события, но она кивнула головой в знак согласия. Ибрагим Денир действовал на нее как удав на кролика. Она чувствовала, что ее вот-вот проглотят, но сопротивляться сил не хватало. Цепляясь за последнюю спасительную соломинку, она при Ибрагиме позвонила мужу.

— Привет, дорогой! Ты как?

— Привет, Зоечка! Все отсняли, решили немного посидеть редакцией прямо в монтажной. Ты не против? Приду не совсем трезвый, но с премиальными!

— Ну, раз с премиальными, тогда, конечно, не против. Только не как в прошлый раз, когда тебя в павильоне забыли и на ключ закрыли до утра.

— Ок!

— Муж? — спросил Ибрагим, садясь за руль.

— Да, муж. Он сегодня тоже гуляет, так что я свободна. А ведь сегодня еще и пятница, — сказала Зоя. Она для себя уже все решила, поэтому добавила: — Давайте так. Не буду же я пить газировку, а вы за рулем. А в одиночестве тоже пить скучно. Поэтому вы заправляйте вашу лошадку бензином, и везем ее на автостоянку, а потом вызовем такси, и уже я вас тогда приглашаю в мой любимый ресторанчик. Там недорого и очень вкусно! Идет?

— Конечно идет! Я и сам хотел, но постеснялся вас пригласить в ресторан с выпивкой, подумал, что вы меня неправильно поймете.

«Главное, чтобы ты меня правильно понял», — внутренне улыбаясь, подумала Зоя, а вслух сказала:

— Тогда отправляемся!

Они добрались до автозаправки, потом до автостоянки и наконец, часов в восемь вечера, устроились в ресторане. Заказали салаты из морепродуктов, горячее, коньяк.

— Ибрагим, давай на «ты», только без пошлого брудершафта, пожалуйста, и расскажи о себе. Ты как попал на Дальний Восток и почему ты егерем был? По диплому? И кто такие золотистые тигры?

— Мои родители — геологи, папа турок, а мама русская, и я родился в Турции, но родители некоторое время жили в Хабаровском крае, по обмену опытом работали с российскими специалистами. Я окончил университет в России, исторический факультет, русский с детства слышал, поэтому так хорошо говорю по-русски. Но по специальности по окончании вуза сразу работать не смог пойти.

— Почему?

— Я получил срок, — помолчав минуты три, наконец сказал Ибрагим. — Причем сидел я в турецкой колонии, мать с отцом к этому времени развелись, и отец вернулся в Измир, откуда он родом. Только переехали, и я влип.

— В Измир? Это деревня такая?

— Нет, это очень древний город в Турции, древнее Москвы на несколько веков.

— Ничего себе… А за что сел-то? Ты убил по неосторожности кого-то бюстом Петра Первого? — Зоя немного захмелела и расслабилась, но после слов ее нового знакомого моментально протрезвела.

— Почти. Я пришел на вечеринку, там и русские выпускники были, алкоголь, танцы, девушки.

Вдруг слышу, в соседней комнате шум, мат, кто-то падает. Я рванул туда — мало ли. Когда забежал, один из гостей душил хозяина. А нужно сказать, что мужик здоровым таким бугаем был. Ну, я что? Взял бутылку со стола и дал ему по башке. Тот отключился. Хозяин выполз из-под него, трясется весь, мне спасибо говорит. Мы думали, бугай этот просто отключился, а он к праотцам отправился. Убил я его, вот так. На суде, конечно, хозяин дал показания в мою пользу, но три года тюрьмы я получил, убийство по неосторожности. Когда вышел, куда мне? Отец отправил меня в Россию, а мама по своим каналам помогла мне устроиться в тайгу помощником егеря. Знаешь, тайга прекрасна!

— Н-да, вот это история! — серьезно сказала впечатленная услышанным Зоя. — Потаскала тебя жизнь. Давай за тебя, за то, что не отчаялся!

— Давай, — очень серьезно глядя на Зою, посмотрел Ибрагим. — Зоя, а можно я не буду ходить вокруг да около? Мы же взрослые люди с тобой.

— Давай. Говори. Только я знаю, что ты скажешь.

— И что ты мне ответишь?

— Да. Но не сегодня. Или — нет. Но приговор не окончательный. Какой вариант тебе нравится больше?

— Первый. Я буду ждать тебя. Давай тогда потанцуем?

— Давай…

Когда они танцевали, у Зои тряслись руки и подгибались колени, но ехать сейчас к Ибрагиму домой было бы верхом глупости и неприличия. Так нельзя. Она замужняя женщина, мать, да потом им еще вместе работать. Мало ли что у мужика на уме? Может, он так развлекается. Она, конечно, совсем ненамного его старше, но он так хорош собой! От него исходила сексуальная энергия. Зоя просто испугалась, что конкретно завязнет в этих странных, спонтанно возникших международных отношениях. Она решила уехать домой, вызвала такси и через пятнадцать минут была на месте.

Ибрагиму себя проводить не разрешила, их мог увидеть Стас, и у него появились бы вопросы. Муж был дома, он радостно встретил Зою и пригласил в комнату с заговорщицким видом. Она прошла и увидела ананасы, подвешенные вверх тормашками к потолку, огромное блюдо с королевскими маринованными креветками, ее любимый виноград и мартини.

— Жена, гуляем! — схватив ее на руки, пригласил Стас. — Мать, да от тебя коньяком пахнет! С кем пила, признавайся!

— С девочками из бухгалтерии в ресторации были. Ты ж сказал, что гульнешь, ну и я тоже решила немного расслабиться!

— Ну и молодец!

Они устроились за столом, переодевшись в домашнее, поели, выпили вина, муж достал гитару и сыграл ее любимые романсы. Сашка, как всегда, жил в компьютере, с кем-то общаясь в соцсетях. Только раз заглянул к родителям и умиротворенно почувствовал себя счастливым, видя, как матери с отцом хорошо. Набрал себе большую тарелку вкусняшек и удалился к себе в комнату. Зоя смотрела на поющего мужа,