Современный зарубежный детектив-25 - Арнальдур Индридасон

волочилась вслед за ними. В самом конце коридора находилась комната. Хозяйка толкнула дверь и подвинулась, чтобы уступить место мне. От подобной внимательности и заботы меня переполняла благодарность. Супруги встали по обе стороны от двери, отчего, проходя мимо них, я почувствовала себя ВИП-гостем.

Помещение было в два раза просторнее любой среднестатистической комнаты. В плане мебели здесь вполне удалось добиться минимализма: настенный стеллаж возле двери, по диагонали от него, на самом видном месте, – кровать, напротив кровати – окно, вырубленное в стене чуть выше человеческого роста, – вот и все, что здесь было. Черное постельное белье и покрывало того же цвета на фоне графитовых стен ярко отражали дизайнерскую концепцию этого дома.

На кровати, такой большой, что в нее легко можно было уместить сразу четверых, лежала красиво сложенная белоснежная одежда для сна. Я оставила свой рюкзак с худи на полке стеллажа и взяла в руки пижаму – супруги тут же закрыли дверь, не сказав ни слова. Вот насколько они проницательные люди.

В любой другой день я бы кое-как стянула с себя одежду и бросила куда-нибудь, но мне показалось, что в этом доме так делать не стоит, поэтому я аккуратно сложила ее на полке стеллажа. Пижама села на мне идеально, но я понимала, что она не моя, и не могла избавиться от странного чувства несоответствия, которое дарил мне незнакомый материал.

Переодевшись, я ненадолго присела на кровать, как вдруг послышался стук в дверь. «Войдите», – ответила я, и дверь отворилась – на пороге все так же стояли хозяева.

– Что-то случилось?..

– Нет, просто хотели проследить, как ты ложишься.

Мне даже на секунду показалось, будто я стала их приемной дочерью. От смущения я невольно опустила голову.

– Что вы, вам лучше…

– Скорее ложись. Ну же, – заныл директор, и я повиновалась.

Я легла в кровать, закуталась в одеяло до самого подбородка, и супруги выключили свет. По обе стороны от двери виднелось два размытых силуэта. Таких знакомых и наводящих тоску. Когда я училась в старших классах, мои родители точно так же заглядывали в мою комнату и выключали мне свет. То мгновенье теперь будто вновь ожило, и левую сторону груди сковало льдом. Супруги никак не могли знать о моих семейных обстоятельствах, и все же я без конца повторяла про себя: «Как хорошо, что я здесь оказалась». Хоть я и пришла сюда как няня, было такое чувство, будто нянчились на самом деле со мной.

Простыни и одеяло укутали меня в свои уютные объятия. Но, невзирая на этот уют, я чувствовала дискомфорт: может, все дело в страхе, что я могу забыть, как жила до сих пор.

От подушки и одеяла, как и от вина, тянулся незнакомый мне аромат. Честно говоря, я не причисляю себя к чистюлям, скорее я из тех, кого успокаивает исходящий от постели слабый запах собственного тела перед сном. Обычно я бы всю ночь проворочалась из-за странных тактильных ощущений и запаха, но сейчас вопреки этому дискомфорту мои глаза без конца слипались.

Может, все дело в алкоголе? Я впервые чувствовала опьянение: хоть выпито было не так уж и много, но сонливость навалилась жуткая. Сам этот дом – безопасное место, так напоминающее неприступную крепость, а рядом находятся те, кто признает меня и дарит чувство защищенности. От этих ощущений мое тело начало медленно поглощаться кроватью. Рот, глаза, затем и вся голова постепенно утонули в глубине подушки. Быть в безопасности оказалось так приятно.

Супруги закрыли дверь без лишних слов. Окруженная запахом и мягкостью белья, я лежала в чужеродной темноте, не осознавая даже течения времени. Ничего же, если я усну? Стоило только подумать об этом, как я тут же погрузилась в сон, не сумев побороть тяжесть век.

* * *

Меня разбудил глухой стук. Кажется, мне снилось что-то очень ностальгическое, но в памяти сон почти не отложился. Я даже не могла сообразить, во сне или наяву услышала тот звук. Глаза мои были все еще закрыты, но я почувствовала, как по мне, разрезая тьму, скользнула полоска света.

Даже с открытыми глазами в комнате царила кромешная тьма. Мне захотелось в туалет. Надо было сходить до того, как лечь спать. А я уснула, не умывшись и не почистив зубы. У меня и возможности-то не было: супруги добродушно повели меня в комнату, и я спокойно последовала за ними. Теперь четко ясно одно: если бы я оказалась в менее безопасном месте, мне бы стоило проявить осторожность в отношении вина. Уж слишком оно вкусное, а потому может навлечь беду.

Я встала с кровати и пошарила рукой в поисках рюкзака, но его нигде не было. Точно помню, что положила его рядом с худи, но теперь там пусто. Внезапно из-за спины полился свет. Следуя глазами за его движущейся полоской, я осмотрела комнату. Рюкзака и след простыл. Неужели я оставила его на кухне? У меня даже не было возможности узнать, который час, поскольку телефон остался в сумке.

Я хотела открыть дверь, но она не поддалась. Я поворачивала ручку в форме буквы Г, дергала за нее, тянула – все без толку. С трудом отыскав выключатель, я нажала на него, но свет не включился. Если бы не позднее время, я бы уже позвала на помощь, но сейчас стояла одна в тишине и в темноте, совершенно сбитая с толку, не зная, во сне нахожусь или наяву.

Тяжелое гудение звоном отдалось в ушах. Вибрация усилилась, и дверь задребезжала сама по себе. Стук, скрип и другие механические звуки смешались воедино и сильно резали слух. Шум исходил не только от бьющегося в моей груди сердца. Топот ног, грохот открывающихся и закрывающихся дверей, завывание ветра – все смешалось в единый гул.

Я сидела на полу, когда полоска света снова очертила комнату. Свет этот проникал внутрь сквозь маленькое, менее пятидесяти сантиметров в высоту и ширину, окно. Я резко очнулась.

Это ведь второй этаж.

Окно располагалось гораздо выше уровня глаз. Я протянула руку и с трудом коснулась его, но открыть не смогла. Тут обрушился грохот, будто кто-то начал катать по полу шарики, нет, скорее огромные валуны. Послышалась череда ударов, а между тем сквозь окно снова проникла полоска света, только на этот раз она двигалась абсолютно хаотично. Интервал и направление ее каждый раз менялись. Словно кто-то пытался выследить меня.

Раздался вопль. Где-то вдалеке закричал ребенок, и я тут же подскочила, как пружинка, метнулась к двери и снова стала