"Современный зарубежный детектив-25". Компиляция. Книги 1-18 - Арнальдур Индридасон

проникала тонкая полоска света, но тоннель все так же утопал в темноте. На стенах ничего не обнаружилось. Зато я осознала кое-что странное: между вторым и третьим этажом отсутствовала лестница. Я шла все глубже по проходу, задумчиво трогая стены, даже постукивая по ним, и в конце концов очутилась возле комнаты Хёгу.

Надо действовать.

Я встала возле двери и сказала:

– Признайся, что был неправ.

Ответа не последовало. А отсутствие ответа обычно только сильнее распаляет людей. Я не просто постучала: я сжала кулак, представив, словно срываю злость не на двери, а на загривке этого мальца, и со всей силы ударила им в дверь.

Почти сразу же дверь передо мной отъехала в сторону. Осторожно, будто испуганно, она отворилась всего сантиметров на пять, и Хёгу одним глазком выглянул наружу.

С трудом сдерживая гнев, я заявила:

– Открой дверь, сейчас же. Ты же у нас провинился, не так ли?

– Чухэ, ты чего?..

– Дверь, говорю, открой, сопляк!

Я резко потянула дверь в сторону. Она не поддалась. Низко, почти на уровне колена, висела дверная цепочка. Я схватилась за дверь левой рукой и обреченно вздохнула, как тут Хёгу дрожащим голосом запричитал:

– Чухэ, ты чего меня пугаешь? Что с твоей рукой?.. У тебя что, кровь?..

В испуганных, наполненных слезами глазках читалась мольба. Его звонкий плаксивый голосок будто бы говорил: «Я правда не понимаю, о чем ты».

Я снова погрузилась в раздумья. Учитывая, что я все-таки могу быть не в своем уме, мне приходилось постоянно сомневаться в себе. Только избавилась от подозрений – и все по новой.

На руке все так же красуется рана, ноющая боль никуда не делась. Я стояла столбом, навалившись на дверь, когда почувствовала легкую вибрацию – должно быть, заработала вентиляционная система. Едва тело задрожало, дверь вдруг раз – и закрылась, прищемив мои пальцы.

Не в силах даже закричать, я осела на пол. Окровавленной правой рукой я обхватила ушибленные дверью пальцы левой, убаюкивая их. На месте ушиба выступили синюшные кровоподтеки. Я сидела, опустив голову, когда из-за двери раздался пронзительный визг:

– Пха-ха-ха! Вот дура, опять попалась?! Ха-ха-ха! Вот умора!

В тот же миг я почувствовала, как в солнечном сплетении взорвался фейерверк. Ни секунды не дав себе на раздумья, я со всей силы пнула дверь. Сжав зубы, ударила еще раз и еще. Казалось, изо рта у меня извергался огонь. Я остановилась, чтобы перевести дух, и ударила ногой в дверь еще раз, навалившись на нее всем своим весом.

Одновременно с этим дверь резко распахнулась. Пнув ее, я удивилась в очередной раз. Дверь открылась вовсе не потому, что я ее выломала. Она будто бы и до этого была открыта, а теперь ударилась о стену, задрожав, и снова медленно закрылась. Только что эта дверь совершенно точно была раздвижной, но вдруг открылась внутрь. От шока сердце прыгало как бешеное. Крепко сжатые в кулаки руки дрожали.

Что важнее, внутри комната оказалась пустой. Даже стены были абсолютно другого цвета. И я стояла там одна, пытаясь отдышаться. У меня закружилась голова. Чувствуя, что схожу с ума, нет, что уже сошла с ума, я вышла в коридор и побежала к лестнице. Облокотившись о перила, оглядела дыру гостиной, но неприятное чувство все никак не покидало меня.

Замешательство достигло своего пика, и мой мозг будто бы завис. Я стояла как вкопанная, ни единой мысли в голове. Потерла ладони. Понажимала на раны, сконцентрировалась на боли. Сморщила лоб. Боль тем не менее меня взбодрила.

Если я все правильно увидела, то комната была пустой. В прошлый раз там было много декора: рисунков, карандашей и всего в таком духе – теперь же не было ничего. Ситуация просто не укладывалась в голове, меня замутило.

Сколько бы ни осматривалась вокруг, ничего не менялось. Так я и стояла в полном изумлении, обездвиженная и телесно, и психически.

Вдруг мои волосы встали дыбом, крича об опасности.

За всю мою жизнь такое случалось со мной единожды – зов инстинкта, сопровождаемый неприятной дрожью. Именно это чувство во мне вызвал тот чокнутый ублюдок, что набросился на меня.

Ощущение, будто кто-то схватил тебя за волосы. Кожу головы покалывало. Я чувствовала этот взгляд, прожигающий меня насквозь.

Я обернулась и посмотрела наверх – там стоял Хёгу.

С улыбкой на лице мальчик словно бы случайно выпустил из рук некую черную массу. Пятикилограммовая гантель с бешеной скоростью неслась вниз, пока Хёгу глядел на меня, полный предвкушения, с балюстрады третьего этажа.

Я наблюдала за этим куском металла в свободном падении точно в замедленной съемке и еле успела увернуться. Мне чудом удалось спасти голову, но с левой ногой я ничего поделать уже не смогла. С глухим стуком гантель раздавила мой безымянный палец.

Боль врезалась мне в голову, стирая все мои переживания. Эта боль совершенно отличалась от той, что я испытывала из-за раны на руке, она буквально очистила мои мысли. Если бы этот кусок железа упал мне на голову, я бы потеряла сознание или того хуже – умерла. Мальчишка совершал максимально опасные поступки.

Я никак не выдала свою боль. Да, мне было до безумия больно. Однако мне показалось, что если я издам хоть звук, это доставит мальчишке удовольствие. А мне этого совершенно не хотелось, поэтому я лишь крепче стиснула зубы.

Едва сдерживая стоны, я откатилась к тоннелю, уселась на пол и сняла носок, чтобы проверить рану. Безымянный палец топорщился вверх, казалось бы, ничего серьезного. К тому моменту боль я уже не чувствовала.

Вернувшись в комнату, первым делом я более-менее вправила свой сломанный палец на ноге и завязала волосы резинкой. Учитывая, что я еле-еле избежала смерти, проблема с пальцем казалась не такой уж существенной.

Мальчишка – вот реальная проблема. Эта мелочь заманила меня в подвал, в одну руку воткнула осколок, вторую прищемила дверью, а теперь и вовсе сбросила мне гантель на голову. Как только родители ушли из дома, он сразу же получил возможность сильно ранить меня и даже убить. Если это игра такая, то этот шкет – зверский ублюдок, которому абсолютно побоку, что со мной станется, а если он хочет навредить мне по-настоящему, то своей цели он добьется.

Однако он сильно ошибается, если думает, что меня так легко достать.

Хёгу тем временем ретировался. Я не знала, когда и откуда мне ждать очередного удара. Осмотревшись по сторонам, я приняла решение забраться на третий этаж. Было ясно одно: чтобы почувствовать себя в безопасности, я должна