Полное собрание рассказов - Майкл Коннелли

— Не переживай.

— Сказал мне открыть заднюю дверь.

— Ну, теперь все кончено.

— А что насчет того, что он сказал про звонок?

— Какой звонок?

— Той ночью он сказал, что звонил за помощью. Думаешь, капитан шерифов убрал запись 911?

— Это было до того, как ты начал со мной работать. Тогда моим следователем был Сол. Он проверял, ничего не нашел. Леттс сказал, что звонил с заправки, где одолжил чей-то мобильник. Мы не нашли никого, кто бы это подтвердил. Поверь, мы пытались. В этом было все дело.

— Жаль, если он говорил правду.

— Да, жаль.

Сиско с трудом выбрался из машины и прислонился к борту, держась за левое плечо.

— Попал прямо в сустав, кажется. Похоже, к новому колену добавится новое плечо.

Я не ответил. Я прислонился к машине рядом с ним и смотрел, как за местом аварии скапливается пробка. Скоро она растянется до самого центра.

Дубль[62]

Автобус опаздывал на сорок минут.

Стилвелл и Харвик ждали у обочины в шестилетнем «Вольво» рядом с «Макдоналдсом», в квартале от автовокзала. Стилвелл, сидевший за рулем, выбрал это место неспроста: он готов был поспорить, что Вашон, сойдя с автобуса, прямиком направится за бургером. Там они и сядут ему на хвост.

— Эти ребята, когда выходят после четырех-пяти лет на киче, хотят только двух вещей: напиться и переспать с кем-нибудь, именно в таком порядке, — говорил Стилвелл Харвику. — Но стоит им сойти с «автобуса свободы» и увидеть золотые арки в конце улицы, как в голове что-то щелкает. «Роял Чизбургер», картошка, кетчуп… Черт, в тюряге по этому дерьму по-настоящему скучаешь.

Харвик усмехнулся.

— Мне вот всегда было интересно, как с этим делом у богатеев. Ну, у тех, кто вырос в нищете на фастфуде, а потом поднялся так, что деньги перестали иметь значение. Билл Гейтс и всё такое. Думаешь, они заглядывают в «МакДак», когда хочется чего-нибудь жирненького?

— Разве что замаскировавшись, — предположил Стилвелл. — Не думаю, что они подруливают туда на лимузинах.

— Ну да, наверно.

Это был типичный треп новых напарников. Шел их первый совместный день. Для Харвика это был еще и первый день в ОРУБ — отделе по разведке уличных банд. Стилвелл был старшим. Ветераном. Они работали по его делу.

Когда прошло сорок пять минут, а автобус так и не появился, Стилвелл произнес:

— Ну, и о чем ты хочешь меня спросить? Хочешь спросить про моего бывшего напарника — валяй.

— Ладно. Почему он сорвался?

— Не выдержал накала.

— Я слышал, он перевелся в спецназ, так что, полагаю, дело в твоем накале, а не в работе.

— Это у него надо спрашивать. У меня сменилось три напарника за пять лет. Ты — четвертый.

— Счастливое число. Следующий вопрос: что мы сейчас делаем?

— Ждем автобус из Коркорана[63].

— Это я уже понял.

— В нем едет варщик мета по имени Юджин Вашон. Мы проследим за ним и выясним, с кем он встречается.

— Угу.

Харвик ждал продолжения, не сводя глаз с автовокзала в половине квартала выше по Вайн-стрит. Наконец Стилвелл потянулся к солнечному козырьку и достал из-под резинки пачку фотографий. Пролистал их, нашел нужную и протянул Харвику.

— Это он. Фото четырехлетней давности. Кличка — Милки.

На снимке был мужчина лет тридцати с небольшим, с белыми как кость волосами, собранными в хвост. Кожа — бледная, как новый абажур, глаза — светло-голубые, цвета застиранного денима.

— Эдгар Уинтерс, — сказал Харвик.

— Чего?

— Помнишь такого? Рок-звезда, альбинос, в семидесятых был популярен. Вылитый этот парень. У него еще брат был, Джонни. Кажется, тот тоже был альбиносом.

— Не застал.

— Так в чем фишка Милки? Если ты им занялся, значит, он из «Дорожных святых»?

— Он в подвешенном состоянии. Варил на них, но «цвета»[64] так и не получил. Потом его приняли и отправили в Корк на пять лет. Теперь, чтобы войти в обойму, ему нужно «разбить яйцо». И, по моим сведениям, он очень этого хочет.

— То есть кого-то завалить?

— То есть кого-то завалить.

Стилвелл объяснил, что ОРУБ поддерживает связи с офицерами тюремной разведки по всей Калифорнии. Один из таких контактов и слил инфу по Вашону. Все пять лет в тюрьме штата Коркоран «Святые» оберегали Милки.

В качестве платы за защиту — и как вступительный взнос в банду байкеров, превратившуюся в мощную тюремную наркоструктуру, — Вашон должен был исполнить заказ сразу после освобождения.

Харвик кивнул.

— Ты у нас спец по «Святым», так что дело твое. Понятно. Кто цель?

— Эту загадку нам и предстоит решить. Будем пасти Милки и смотреть, на кого он выйдет. Он и сам может еще не знать. Это может быть их внутреннее дело или субподряд, который «Святые» взяли со стороны. Обмен любезностями с черными или с «эМе»[65]. Никогда не знаешь наверняка. Возможно, Милки еще даже не получил приказ. Мы знаем только, что его выбрали.

— И мы вмешаемся, если выпадет шанс.

— Когда выпадет шанс.

— Когда выпадет шанс, — повторил Харвик.

Стилвелл передал ему всю пачку фотографий.

— Это актив «Святых». Актив — в смысле те, кто не за решеткой. Любой из них может быть целью. Они не гнушаются пускать в расход своих. «Святыми» рулит парень по имени Сонни Митчелл, он сидит на пожизненном в Айронвуде. Стоит кому-то на воле задергаться, заговорить о смене лидера или попытке вывести банду из-под влияния тюрьмы, Сонни его заказывает. Помогает держать людей в узде.

— И как он передает приказы из Айронвуда в Коркоран?

— Через баб. Сонни положены длительные свидания. Он говорит жене — прямо в процессе, пока ее пялит. Она выходит, передает другой жене, которая