"Зарубежный детектив 2026-22". Компиляция. Книги 1-14 - Котаро Исака

– Косматая тварь! – максимально радушно ответил Мун. – Давно не виделись, сволочь!

– Как вы нашли это мес-с-сто?! – Чансанбом выгнул спину и впился когтями в спинку дивана.

– Все тебе скажи… – фыркнул Мун.

Издав гортанный звук, квемуль разинул пасть и вывалил язык. Шерсть Чансанбома встала дыбом, из глотки начал доноситься хнычущий женский голос. События развивались в точности как в переулке.

Прежде чем звук превратился в речь Ми Ён, Мун лихо подкинул клинок и перехватил его поудобнее. Кёнгвисок ярко вспыхнул, когда Те рванул вперед и рубящим ударом отсек язык Чансанбома.

В воздух брызнула кровь, отрубленный язык лентой свалился на дощатый пол и изогнулся дугой. Не ожидая подобного, квемуль инстинктивно отпрянул и встал на дыбы, он сдавленно заверещал, глотая слюни с кровью. Чансанбом свалился с дивана и начал пятиться, крутя головой. В этот момент Сонмин зашел с другого бока и сделал колющий выпад, однако клинок всего лишь вскользь зацепил шерсть.

Всхлипнув, Чансанбом извернулся и попятился в другую сторону. Он все еще шипел и кашлял, на пол брызгала кровь, внимание твари стало рассеянным. Сонмин и Мун теснили существо к углу помещения, но в этот момент Те сделал то, чего Чон не ожидал. Напарник оттолкнулся ногами от стола и запрыгнул квемулю на спину, сжимая бедрами бока Чансанбома.

Косматый квемуль издал сдавленный визг и начал неистово метаться, как дикий мустанг, пытаясь сбросить наездника. Тварь попятилась к стене, выгибая спину дугой. Это могло значить только одно: Чансанбом хотел врезаться всем весом в преграду и прижать Муна. При подобном ударе Те мог лишиться ноги или получить перелом ребер!

Все происходило быстро, внимание сконцентрировалось на одном: противнике. Стиснув челюсти, Сонмин бросился к Чансанбому и упал на колено, проезжая у него точно под брюхом. Проскочив под квемулем, Чон встал на его пути и перехватил прямо на ходу.

Напоровшись на кинжал, Чансанбом сдавленно ахнул. Он замедлился, но инерция протащила его к стене, и теперь уже Сонмин оказался в ловушке. От удара по вертикальной поверхности из легких выбило весь кислород. Сонмин сдавленно вскрикнул, пытаясь оттолкнуть от себя тушу крупного квемуля, но все безуспешно.

– Это тебе за Джиа! – процедил Мун, а после перенаправил острие кинжала вниз и вогнал прямо в загривок квемуля. – А это за то, что подражал голосу Ми Ён… – И провернул лезвие.

Чансанбом вздрогнул и как подкошенный повалился на пол, высвобождая Сонмина из ловушки. Сотрясаясь всем телом, квемуль неминуемо начал тлеть и рассыпаться пеплом. Скоро он окончательно исчез и разлетелся по воздуху тающими хлопьями, не осталось ни шерстинки. Наблюдая за кружением пепла, Сонмин задался вопросом: как монстр будет объяснять свое предательство Ёмра на суде?

– Одного сделали, – пробормотал Мун, смахнув со лба пряди волос.

– Идем дальше. – Сонмин пытался восстановить дыхание, после того как его чуть не раздавил Чансанбом.

Пока Мун приводил себя в порядок, Чон раздвинул двери в комнату, откуда пришел квемуль. Помещение оказалось просторным и совершенно пустым, однако пол был истоптан, будто по нему прошлась не одна дюжина ног. Тут и там валялись потерянные предметы: оторванные пуговицы, сбитый каблук, пряди волос, даже накладной ноготь. Очевидно, именно здесь держали похищенных женщин. Но где они теперь? Где Джиа?

Тем временем Мун подбежал к другой двери и потянул ее в сторону, однако и там ничего не обнаружилось. Осталась последняя пара чунмун.

Крепче стиснув кинжалы, жнецы приблизились к двустворчатым полотнам и раздвинули их. Сразу же в лица ударил спертый воздух, нос защекотал стойкий запах сырости. Глядя в темноту, Мун присвистнул, и этот звук потонул в гулкой глубине.

За дверью находилась каменная лестница, серпантином уползающая в темноту. На первых ступенях тут и там виднелись пыльные следы и капельки крови, периодически в поле зрения попадали змеи. Стоило свету из помещения упасть на часть лестницы, пресмыкающиеся торопливо попрятались в темноте. Угрозы от них не исходило, казалось, они боялись жнецов ничуть не меньше мышей в окружении кошек. Переглянувшись, Сонмин и Мун осторожно двинулись вниз, зажав пальцами камни на рукоятях кинжалов.

Жнецы успели спуститься достаточно глубоко, свет из большой комнаты давно остался позади, теперь со всех сторон обволакивала густая темнота. Вдруг над головами что-то зашевелилось.

Едва уловимый перестук напоминал шум дождя или треск камушков, что падают по наклонной поверхности. Змеи, вьющиеся все это время под ногами, молниеносно пустились в разные стороны, вспугнутые звуками из-под потолка. В памяти Сонмина непрошено возник образ Квеогона, но квемуль должен быть в Квимунхёле, вряд ли суд над ним успел состояться. Значит, над головой мог быть кто угодно… Кто-то, кого испугались змеи.

– Чтоб тебя… – простонал Мун. – Бежим! – Те убрал палец с кёнгвисока и бросился вниз по лестнице.

Подчинившись, Сонмин пустился следом за напарником и вскинул кинжал над головой. Пурпурные всполохи ярким мерцанием разогнали полумрак, и откуда-то сверху донесся истошный стрекот.

– Быстрее! – Мун перескакивал по четыре-пять ступеней за раз.

Сонмин мчался за напарником шаг в шаг, ожидая удара в любой момент, и он наступил, когда с потолка рухнула липкая паутина. За считаные секунды ловушка накрыла жнецов с головы до ног и прижала к лестнице.

Диаметр клейкой сети был настолько большим, что при всем усердии Сонмин и Мун не успели бы уйти из зоны поражения. Паутина придавила их к полу. Руки, ноги, голову – все покрыла белая вуаль. Она приставала к коже, обтягивала складки одежды и повторяла изгибы тел, облепляя их, как липкая карамель. Тяжело было дышать, не то что шевелиться. Сердцебиение участилось и начало отдаваться где-то в горле.

– Нужно выбираться… Скорее! – Голос Муна треснул. Жнец начал отчаянно извиваться и пилить переплетение сетки.

Отталкивая от себя паутину, Сонмин принялся елозить кинжалом по липким струнам, но те были упругими, льнули к лезвию клинка и склеивали пальцы. Любое движение казалось тем еще испытанием. Осознание собственного бессилия нагнало удушье. Перестук над головой повторился, отчего все мышцы свело.

– Черт! Черт! Черт! – сквозь зубы процедил Мун. – Не выходит… Ты чего молчишь?! Ты