"Зарубежный детектив 2026-22". Компиляция. Книги 1-14 - Котаро Исака

центра и осыпаться хлопьями на головы женщин. Утратив зрительный контакт с квемулем, жертвы бессильно повалились друг на друга. Они были истощены, судя по глазам, их сознание находилось далеко. Счастье, никто не упал замертво, все подавали признаки жизни и сипло дышали.

– Скучал по нам, ублюдок?– Вломившись в пещеру, Мун метнулся прямиком к гигантскому монстру и дунул в кулак, выпуская в воздух облако пыли. Зола!

Вокруг твари образовалась туча. Квемуль оглушительно заревел и взмахнул руками, пытаясь разбить завесу. Попытки отмахнуться от золы заняли у него какое-то время. Используя этот крошечный шанс, Мун перекатился по полу мимо Чо Чжона и бросился к Джиа, но не успел. Монстр вышел из зоны поражения и развернулся на месте, резким движением ударяя рукой по жнецу. Тварь отбросила Те к дальней стене, он приложился о вулканическую породу и сполз вниз, болезненно застонав.

– Выродки… Вы не бессмертны, как жнецы из отдела по контролю душ, но и не простые люди! Вы не заслужили шанса дожить свое время в шкуре охотников, вы всего лишь ошибка системы! – прогремел Чо Чжон. – Ваш удел – тявкать и бегать… за кем, монстрами? Не смешите! Вы слабы и уязвимы. Я вас уничтожу!

– Многие пытались… – Мун закашлял и поморщился. – Встань в очередь.

– Вы двое изгнали всех моих подопечных, – пророкотал квемуль и угрожающе двинулся на жнеца. Гнев распирал Чо Чжона, он утробно рокотал и сжимал кулаки. Казалось, одним ударом он мог разбить Муну голову о каменную стену.

Подхватив кинжал, что упал после исчезновения Пэннюна, Сонмин кинулся к гигантскому квемулю и замахнулся лезвием, задевая его икры. Лезвие прошло по касательной и не нанесло серьезных увечий, однако монстр накренился набок и отвлекся от Муна.

– Ко мне, ублюдок! – Сонмин сделал очередной выпад, но в этот раз удача отвернулась от него.

Отступив, квемуль ушел от удара и молниеносно выбросил руку вперед, хватая Чона за горло. От давления из глаз посыпались звезды, мышцы предательски сократились, и Сонмин непроизвольно выронил клинок. Перед взором все поплыло, от напряжения Чон стиснул челюсти и прикусил щеку, отчего во рту сразу же появился вкус крови.

Ужасное чувство, ставшее для Сонмина почти родным, нахлынуло с новой силой. Удушье. Квемуль стиснул его, отрезая поток кислорода, от натиска заскрипели кости. Чон начал задыхаться, он вцепился в руку квемуля, с ужасом осознавая, что собственных ладоней хватает лишь на то, чтобы обхватить палец существа. Руки чудовища были толщиной с бревно!

– Ты такой же безнадежный глупец, каким был твой родитель! – прорычала центральная голова монстра. – Питаешь глупые людские иллюзии и гоняешься за справедливостью!

– Не смей… о нем… говорить! – Сознание начало пульсировать, как картинка в калейдоскопе. Каждое слово болезненно ввинчивалось в Сонмина, заставляя испытывать отравляющую смесь эмоций.

Упоминание отца разбередило едва зажившие раны, заставляя по новой испытать боль от утраты. Не желая слушать чудовище, Чон замахнулся ногой и попытался оттолкнуться от груди твари, но стопа скользнула по чешуе.

Ясность на миг вернулась в воспаленный мозг Сонмина. Чешуйка, которую он принес с собой из складского сектора, оттянула карман и словно напомнила о себе. Размер, цвет, форма – все совпадало с тем, что Сонмин видел перед собой. Пластина принадлежала Чо Чжону.

Хватка на горле усилилась, но Сонмин упрямо продолжал вырываться, не желая сдаваться. Оказавшись от монстра на расстоянии вытянутой руки, Чон уставился на его тушу в надежде обнаружить слабые места, гадая, могут ли они вообще быть у подобного существа.

Глаза начали предательски закатываться, веки задрожали. Прежде чем утонуть в темноте беспамятства, Сонмин заметил на груди твари странное пятно – крошечную брешь между чешуйками, прямо на мышце в месте, где у людей находится сердце.

Все встало на свои места. Выходит, пластинка, что лежала у Сонмина в кармане, некогда прикрывала сердце квемуля. Вот его слабое место – крошечная брешь в броне над важным органом!

– Ты… ранен… – прошептал Сонмин и дико ухмыльнулся, радуясь, что сумел обнаружить его уязвимость.

– Милостью твоего папаши, отродье! – процедил квемуль. – Он слишком рано узнал о существовании моего мира, поэтому даже после смерти вернулся, чтобы снова встать у меня на пути!

В голове ничего не укладывалось, мыслям было тесно, и только в легких росла всепоглощающая пустота. Сонмин отчаянно рвался из рук чудовища, пытаясь осмыслить то, что наплел ему монстр. Что значит – Чон Гон-у вернулся закончить начатое после смерти? Выходит, отец видел квемуля в его истинной форме, раз смог отколупать чешую. Разве такое возможно, если ты простой человек? Что, если Гон-у тоже заключил сделку с Вечными?..

– К… кто… ты? – просипел Сонмин, выискивая в массе голов центральную.

– Я – Чихагук Тэджон![389] – прогремел квемуль, и сталактиты под потолком угрожающе задрожали. Зарокотав вместе с ними, Чихагук резко ударил вниз и припечатал Сонмина к каменному полу. – Но ты запомнишь меня как свою смерть!

Все кости отозвались болью. Сонмин застонал, чувствуя, что пол под ним пошел трещинами. Если бы не выносливость жнецов, Чон бы уже попросту отправился на тот свет. До сознания донесся смех Тэджона и сдавленный кляпом крик Джиа. Он полоснул слух, возвращая ясность сознания. Ю жива! Сонмин стиснул челюсти и обхватил руки квемуля, прилагая немыслимые усилия, чтобы столкнуть их с себя.

– Ваш отдел в Вечном департаменте – сплошная ошибка. Процент бессмертных гончих сводится к минимуму, остальные всего лишь расходный материал. Как и вы с напарником! – рассмеялся Тэджон. – Твои попытки отбиться смешны.

– В нашей команде я отвечаю за юмор, урод! – Мун, потрепанный и с ссадинами на лице, появился сбоку от квемуля и метнул пригоршню золы ему в скопление голов.

Все пасти Тэджона раскрылись и завыли наперебой. Монстр отпрянул и выпустил Сонмина из тисков, отчего воздух иглами вонзился в легкие, Чон согнулся пополам и закашлял. Голова кружилась, и перед глазами все плыло.

Ударившись кулаками о землю, Сонмин поднял клинок и встал, шатаясь, как флюгер. Вес охотничьего кинжала казался ему немыслимым. Мун тем временем вновь зарылся рукой в мешок и почерпнул еще пригоршню