Дочь комедиантов - Жозефина Коломб

— Как тебя зовут? — начала допрос одна из старших девочек.

— Мари Карилэ, — робко и слегка запинаясь, ответила Крошка.

— Разве дедушка Карилэ твой отец?

— Нет, мой отец упал с каната во время представления и умер.

— А разве твоя мать носила фамилию Карилэ? — спросила насмешливо одна из маленьких девочек.

— Молчи! — остановила ее старшая девочка, начавшая допрос, и снова обратилась к Крошке: — А чем занималась твоя мать?

— Она давала представления на ярмарках, — простодушно ответила Крошка.

Эти слова вызвали у школьниц новый взрыв смеха.

До сих пор Крошка редко вспоминала своих родителей. Вопросы детей вызвали в ее памяти образ матери — грустной бледной женщины. Девочка вспомнила, как заботливо мать укладывала ее спать по вечерам после представления, даже не успев переменить свой мишурный костюм на домашнее платье…

Крошке казалось, что она еще чувствует нежный поцелуй мамы на своей щеке. Ей стало невыносимо больно слушать насмешки девочек, и она зарыдала.

— Ну, что ты ревешь? Плакса! Дурочка! — закричали дети. — Не будем играть с ней!

Дети ушли и снова занялись игрой, не обращая больше никакого внимания на новенькую, пока учительница снова не позвала их в класс.

Несмотря на все свое желание быть внимательной, Крошка все время отвлекалась. Она невольно спрашивала себя: почему другие девочки не захотели играть с ней, а учительница не читала им никаких хороших книжек. Ведь дедушка обещал ей это! Неужели он обманул ее только для того, чтобы заманить сюда и оставить навсегда?

Эта ужасная мысль не давала малышке покоя все утро, и когда наконец раздался звонок, возвещавший конец уроков, она поспешно вскочила с места и выбежала на двор. Крошка надеялась, что дедушка ждет ее у ворот, но она тщетно озиралась по сторонам.

«Неужели он меня оставил?» — с трепетом думала девочка, и ей стало невыносимо грустно.

Наконец она решилась идти домой одна, но не успела сделать и нескольких шагов, как чьи-то руки заградили ей дорогу.

— Ну, ты кончила реветь? — насмешливо спросила ее стоявшая перед ней школьница.

И одного этого вопроса оказалось достаточно, чтобы душившие девочку слезы снова хлынули из глаз.

— Смотрите-ка, она опять зарыдала! — крикнула школьница своим подругам, которые в один миг снова окружили испуганную малышку и засыпали ее насмешками.

— У нас давно не было дождя; надо же полить улицу! — крикнула одна из них.

— Что ты говоришь? Колдуньи не любят воды!

— Колдунья, куда ты девала свою метлу?

— Ты тоже умеешь давать представления? Ну-ка, покажи нам свои фокусы!

— Потанцуй-ка!

— Да, да, спляши нам что-нибудь, а мы будем танцевать вокруг тебя!

Девочки схватились за руки, окружили Крошку и с хохотом и криком стали вертеться вокруг нее, награждая бедняжку толчками и разными обидными прозвищами.

— Акробатка! Комедиантка! Колдунья! — раздавалось со всех сторон.

Эта злая шутка совсем ошеломила бедную девочку. Не имея сил вырваться из рук своих мучительниц, она умоляющим голосом стала просить их:

— Отпустите меня домой! Дедушка ждет меня! Прошу вас, отпустите меня!

Но ее просьбы никто не услышал: девочки продолжали с хохотом кружиться вокруг нее. Напрасно Крошка смотрела на них с мольбой, в надежде заметить у кого-нибудь хотя бы малейшее участие к себе. Увы, повсюду ее взгляд натыкался на насмешливые лица.

Совсем растерявшись, малышка закрыла лицо руками и сквозь душившие ее слезы стала шептать:

— Дедушка, помоги мне! Дедушка, помоги своей Крошке!

Внезапно пляска прекратилась, дикий хохот смолк, и толпа девочек отхлынула в сторону.

Крошка подняла глаза и увидела пред собой дедушку Карилэ. Его обычно ласковый голос дрожал от гнева, когда он крикнул детям:

— Ах вы, злые девчонки! Неужели у вас нет сострадания к сиротке? И не стыдно вам так жестоко обижать беззащитную малышку?..

Школьницы отступили.

— Моя бедная девочка! — продолжал старик, утирая Крошке слезы. — А я-то обещал ей, что вы будете любить ее и играть с ней! Уйдите прочь, скверные дети! Вот увидите: Бог вас накажет за это!

Карилэ поднял лежавшую на земле корзиночку, взял Крошку за руку и, еще раз гневно взглянув на оробевших девочек, быстро удалился.

Глава XVI

Кто такой Бог?

Теперь и речи не могло быть о том, чтобы Крошка ходила в школу! В течение всего вечера Карилэ осыпал свою любимицу ласками, а на следующее утро снова дал ей в руки метелочки и отправился с ней бродить по городу.

Старик больше не обращал внимания на ворчание тетушки Перро, пытавшейся доказать ему, что рано или поздно девочке придется все же сойтись с людьми. Карилэ упорно стоял на своем и решил впредь не подвергать малышку насмешкам и обидам ради призрачной выгоды, которую сулит образование.

Она продолжала бродить с ним по улицам, продавать метелочки и получать за них деньги. Но прежняя веселость Крошки исчезла, и она рассеянно следовала за стариком. Маленькая головка усиленно работала.

Как безжалостны были к ней эти девчонки! Неужели все люди так же жестоко поступают с теми, за кого некому вступиться? И разве надо непременно знать все то, чему учат в школе? А как добр был к ней дедушка! Как он защищал ее! И почему он, всегда такой добрый и тихий, вдруг произнес такие строгие слова? И что он хотел сказать, когда закричал девочкам: «Бог вас накажет!»?

Эти мысли не давали девочке покоя, а когда дедушка Карилэ вечером подошел к ее кроватке, чтобы попрощаться на ночь, она крепко обняла его и прошептала:

— Ах, как я люблю тебя!

А после минутного молчания прибавила:

— Скажи мне, кто их накажет?..

— Кого, моя дорогая?

— Тех злых девочек. Ты сказал им: «Бог вас накажет». Кто это — Бог?

Этот вопрос озадачил старика, и он не знал,