Школьницы - Элизабет Томазина Мид-Смит

— В чем дело, Ральф?

Он поднял голову и увидел Робин.

— Я засыпаю, потому что не могу занять десяти. Не знаю, где взять. Дай мне эти десять!

Робин склонилась над аспидной доской[8], на которой бедный мальчик выводил всю эту путаницу цифр.

— Вот как нужно сделать это, — улыбнулась она.

И объяснила. Объяснила до того просто, что малыш сразу все понял. Его глаза просветлели.

— О, благодарю тебя, благодарю! Теперь все отлично, просто отлично!..

— Ну, в другой раз не забывай, — заметила Робин.

Она поднялась и пошла к своему месту, стараясь не смотреть на Гарриет.

Наконец время уроков окончилось, и воспитанницы пошли в сад. Ральф снова почувствовал себя счастливым. Он думал, что Гарриет — эта милая, доб рая, очаровательная Гарриет, которая доставила ему столько невероятных удовольствий в день, когда она была его «пробной» попечительницей, — уведет его куда-нибудь. Конечно, думалось ему, она усядется с ним где-нибудь под деревом и расскажет, как они будут дальше веселиться. Конечно, она уже задумала устроить чаепитие на воздухе, а потом пойти наконец к цыганам. Ральф чувствовал, что больше всего в жизни ему хочется к цыганам.

— Пойдем, Гарри, — позвал он, дергая девочку за рукав. — Пожалуйста, пойдем!

— Чего тебе? — спросила Гарриет.

— Да ведь нам надо побыть вдвоем, — сказал Ральф. — Нужно поговорить!

Попечительница с досадой взглянула на него. Перед ней стоял маленький мальчик с раскрасневшимися щеками, с красивыми глазами, дрожащими розовыми губками, со взглядом, полным любви и привязанности. Но Гарриет не было дано хотя бы на мгновение увидеть этого ребенка таким, каким он был. Она в нем видела только средство получить вожделенный приз — восхитительного пони с дамским седлом и удобную амазонку…

— Ну, — сказала девочка не слишком ласково, — что там у тебя?

В этот день у нее было много дел. Она надеялась повеселиться на большом пикнике, который устраивала одна из воспитанниц. Предполагалась поездка в лес, на которой Гарриет, ставшая сегодня победительницей, могла бы от души насладиться своим превосходством над остальными девочками, особенно над Робин Стерлинг.

— Мне нужно сказать тебе так много… — канючил Ральф.

— Тогда пойдем сюда, и скажи, что ты хочешь. Чего тебе нужно?

— Гарриет… я думал… я думал…

— Вот что, — строго оборвала его Гарриет, — нам нужно понять друг друга. Ты очень хороший маленький мальчик, я очень тебя люблю и всегда буду ласкова с тобой. Ты даже и не подозреваешь, какое для тебя счастье, что ты выбрал в попечительницы именно меня. Я, право, не знаю, что бы с тобой было, если бы ты выбрал кого-нибудь другого. Но знаешь, тебе не следует быть эгоистом!

— Конечно, — прошептал Ральф и сморгнул слезу.

— И еще одно! Ни когда больше не позволяй этой ужасной Робин помогать тебе решать задачи. Слышишь? Ты казался таким тупым, когда сидел над вычитанием, и, конечно, Робин, которая меня ненавидит, выжидала удобного случая…

— А что такое «удобный случай»? — перебил ее Ральф.

— О, я не могу объяснить тебе этого, ты еще слишком мал. Но никогда больше не позволяй ей помогать тебе, слышишь?

— Хорошо, Гарриет, — послушно кивнул Ральф.

И прежде чем малыш мог выговорить хоть слово об удовольствиях предпраздничного дня, о цыганах, о том большом веселье, которого он ждал от Гарриет, к ним подошла мисс Форд и отвела девочку в сторону.

— Миссис Бёртон просила меня сказать вам, Гарриет, что вы не поедете на пикник сегодня, вам придется остаться с Ральфом.

— Почему это? — вспыхнула Гарриет.

— Потому что едут слишком далеко, и мальчик не успеет вернуться, чтобы лечь спать вовремя. Значит, вам придется остаться дома и присмотреть за ним.

— Вот еще! — возмутилась Гарриет. — К чему это?

— Тебе незачем оставаться, Гарриет, — вмешался Ральф, который мгновенно отказался от мысли о цыганах. — Пожалуйста, поезжай. Ничего страшного, если ты оставишь меня одного.

Гарриет пристально посмотрела на него.

— Да? — спросила она. — О, я уверена в этом, ты очень милый и добрый маленький мальчик!

— К сожалению, не в том дело, — сказала мисс Форд. — Попечительница Ральфа принимает на себя известные обязанности, которые она должна выполнять, и вам, мисс Лен, нельзя ехать на пикник, потому что миссис Бёртон запрещает это. По ее словам, вы должны остаться дома, присмотреть за Ральфом и постараться сделать так, чтобы он чувствовал себя как можно счастливее…

Бедную Гарриет, которая никогда ни в чем себе не отказывала, теперь принудили сделать это, причем принудили самым неприятным и неожиданным образом!

В это мгновение девочка по чти ненавидела Ральфа. Его карие глаза совсем не смягчили ее, и, когда малыш стал рядом с ней и попытался взять ее за руку, она грубо оттолкнула его.

— Терпеть не могу, когда меня трогают лапами! — закричала Гарриет. — Раз ты постоянно будешь со мной, ты должен помнить это, Ральф. Хорошо, мисс Форд, — продолжала она, обращаясь к учительнице. — Конечно, я должна сделать то, что необходимо.

— Разумеется, — повторила мисс Форд и ушла, мысленно жалея Ральфа и удивляясь, как и все остальные, почему мальчик выбрал своей попечительницей Гарриет.

Глава IX. Деревенская ярмарка

Почти тотчас же после раннего обеда к крыльцу подъехали два шарабана. В них уселись воспитанницы третьего и шестого классов вместе со своими воспитательницами и с миссис Бёртон и уехали, чтобы провести целый день в далеком лесу. Им хотелось осмотреть развалины замка, добраться до старой башни, а потом напиться чаю и закусить на траве. Но самым интересным было то, что вернуться воспитанницы должны были поздно вечером, при лунном свете.

Поездка домой в темноте представлялась воспитанницам миссис Бёртон исключительно заманчивой. Уже за много дней до этого события в школе начались разговоры