Школьницы - Элизабет Томазина Мид-Смит

всегда казалось, что дети кишели в доме повсюду. Но все же в ее кошельке, спрятанном в уголке ящика комода, стоявшего в ее комнате, хранился целый шиллинг, и его можно было истратить на ярмарке. Кроме того, ей казалось таким заманчивым угостить чаем воспитанницу школы миссис Бёртон и маленького Ральфа Дюранта.* * *

Через некоторое время дети подошли к старомодному, заросшему плющом и стоявшему поодаль от деревенской улицы дому. Нелли увидела, что дверь в переднюю открыта.

— Входи, Гарриет, — пригласила она, и новые друзья переступили порог ее дома.

Некрасивая служанка проходила через переднюю.

— Анастаси, — окликнула ее Нелли, — пожалуйста, подайте чай в гостиную.

Служанка посмотрела на нее с удивлением:

— Право, не могу, мисс. Вашей мамы нет дома, дети ушли в парк с мисс Фрай (мисс Фрай была бонной при младших детях доктора), и миссис поручила мне выстирать носовые платки и еще разную мелочь именно сегодня. У меня совсем нет времени подавать чай в гостиную. Да и зачем? Вы всегда пьете его в классной!

— Я хотела бы выпить чаю в классной, Нелли, — подала голос Гарриет.

— И я, и я! — отозвался Ральф.

— Вам придется самим принести себе чай, — продолжала служанка, нисколько не смущенная величием Гарриет в ее школьном платье и не особенно пораженная красотой и непосредственностью маленького Ральфа.

— О, мне так жаль! — обратилась к Гарриет пунцовая от неловкости Нелли. — Сегодня какой-то несчастливый день: одна из наших служанок отпущена, а мамы дома нет. Словом… Вы не обидитесь, если я оставлю вас в гостиной, а сама пойду за чаем?

— Мне не особенно хочется чаю, — заметила Гарриет уже совсем неприветливо: дом Нелли Пайк ей не понравился. — Из-за меня, пожалуйста, не беспокойся.

— И я не хочу чаю, — сказал Ральф. — Я совсем, совсем не голоден!

Он смотрел на Нелли умоляющим и печальным взглядом, точно говоря: пожалуйста, не волнуйся.

Но бедная Нелли, вся пунцовая от смущения, настаивала, желая непременно угостить своих гостей.

— Только вам нельзя идти в классную, — пробормотала она. — После мальчиков там всегда такой беспорядок! К тому же там стоит будка для кроликов, и я знаю, что Джим и Деви сегодня купали нашего Смета. Пройдите в гостиную. Я принесу вам чаю. Да не стойте столбом, Анастаси! Пойдите и вскипятите воды.

Нелли провела гостей в маленькую душную гостиную, сама ушла и через четверть часа вернулась с подносом, на котором принесла жидкий чай и довольно сухой кекс.

О, как жарко было в этой крошечной комнате! Она выходила окнами на юг, и в открытую дверь по чти не проникал свежий воздух. Ральф, сам не зная почему, устал. Утро прошло неприятно. Арифметика утомила его, Гарриет тоже, хоть он этого еще и не сознавал.

Когда чай был выпит, Гарриет сказала:

— Ну, теперь начнется настоящее веселье! Мы с тобой, Нелли, побежим на ярмарку. Ты знаешь, я не могу надолго отлучиться из школы. Нам придется быстро вернуться обратно, пока нас не хватились. Ты будешь спокойно сидеть здесь, Ральф? Будешь хорошим мальчиком? Я не смогла бы взять тебя на ярмарку, даже если бы хотела этого: у меня нет денег.

— Но у меня есть шиллинг. Целый шиллинг! — заметила Нелли и внезапно почувствовала себя важной и взрослой.

— Мне очень жаль, — продолжала Гарриет, — но мне придется занять у тебя, Нелли, пару пенсов. Я отдам их на будущей неделе, когда получу карманные деньги. Шиллинга нам хватит для обеих: мы заплатим за вход и даже зайдем в некоторые балаганы[9].

— Посмотрим на великаншу и двухголового человека! — захлопала в ладоши Нелли.

— А почему я не могу их увидеть? — спросил Ральф.

Его личико покраснело, и голос прерывался от обиды и разочарования.

— Нельзя, Ральф, — ответила Гарриет. — И я тебе скажу почему. Я, твоя попечительница, нахожу, что это не годится для тебя. Ты обязан слушаться меня. Я большая девочка, а ты еще маленький. Ты должен остаться здесь и спокойно ждать меня. Я скоро вернусь. Ну, будь же хорошим мальчиком и не плачь. Плачут только младенцы!

Яркий румянец сбежал с лица Ральфа. Но мальчик сумел взять себя в руки. Помолчав немного, он спокойно произнес:

— Конечно, плачут только малыши. А я не плачу.

— Ну, значит все хорошо, — кивнула Гарриет. — Оставайся здесь и жди меня. Пойдем, Нелли!

И подруги ушли.

Глава X. Ральф в цыганском таборе

Как жарко было усталому мальчику в этой тесной гостиной! У него болела голова, он сам не знал почему. И вообще ему было трудно разобраться в своих чувствах.

Вид из окна был убогий: маленький садик был весь завешан бельем, которое развевалось от легкого ветерка. И дальше ряда белья Ральф не видел ничего.

Он подошел к двери, собираясь выйти в сад, но потом передумал и решил вернуться в неприветливую комнату и посмотреть, что осталось от чая.

Как жаль, что ему не позволили пойти на ярмарку! Он с таким удовольствием покатался бы на карусели, посмотрел бы на большую даму и на двухголового человека. И как могли вырасти у человека две головы? Ральф пощупал свою нежную шейку и мысленно спросил себя: где бы появилась вторая голова?

Мальчик уселся поудобнее и глубоко задумался, силясь разрешить эту загадку. Право, она казалась еще труднее, чем вычитание и заем десяти единиц, зато гораздо интереснее. Двухголовый человек представлялся Ральфу даже занимательнее смуглых цыган с их домом на колесах! Ведь ни у одного из них, конечно, не было двух голов. Ах, как ему хотелось посмотреть на такое удивительное чудо!

Постепенно мысли Ральфа переключились на Гарриет. Конечно, его попечительница была не очень доб рая девочка. Сегодня Ральфу с ней было совсем непросто. Но ведь он сам ее выбрал,