Школьницы - Элизабет Томазина Мид-Смит

то, что вы говорите, право же, замечательно. А не хочет ли маленький барчук иметь такую славную корзиночку, чтобы складывать в нее разные вещицы? Ну, камешки там, что ли, ножики…

— И спички? — докончил Ральф, придя в волнение.

— Да, и спички.

— И платки? — уточнил Ральф.

— Конечно. Ну так что же? Хочется барчуку иметь такую корзиночку с крышкой и с ручкой?

— Это было бы чудесно! — воскликнул Ральф.

— У моей жены есть корзинки куда лучше этих, — цыган презрительным взглядом окинул свою связку. — Пойдемте со мной, и я вам подарю одну из них.

— А ваш дом далеко?

— Близехонько. Пройдем вот только через лес, через другой луг, тут он и есть.

— Это дом на колесах? — спросил Ральф.

— Ах, какой вы догадливый малыш! Да, наш дом на колесах.

— И он двигается?

— Конечно.

— Мне так хотелось бы побывать в нем, — мечтательно произнес Ральф, — почувствовать, как он двигается.

— Будет, все будет, мой мальчик! Пойдемте со мной. Мы заложим старого Добина, покатаем вас немножко по лугу, дадим вам корзинку, и вы успеете вернуться вовремя домой. Вашей наставнице не придется ждать нас.

Ральф задумался.

— Нам нужно очень, очень торопиться, — сказал он, — мне не хотелось бы рассердить мою попечительницу. Не побежать ли нам?

— Бежим! — воскликнул цыган.

Он легко перепрыгнул через изгородь, перенес через нее Ральфа, и, взявшись за руки, они понеслись вперед.

* * *

Скоро лес остался уже позади, мальчик и его новый друг пересекли лес и оказались на лугу, где были раскинуты шатры. Между ними бродили смуглолицые дети, мужчины и женщины, занимаясь своими делами.

При виде цыгана несколько больших собак лениво поднялись и замахали хвостами. Сгорбленная старуха, беззубая и неопрятная, подошла к нему, а за ней — очень молодая и красивая женщина с блестящими черными глазами. Голова последней была повязана ярко-красным платком, на шее красовались бусы, уши оттягивали длинные серьги.

Цыган сказал ей:

— Барчуку нужна корзиночка, Флавия. Выбери-ка ему самую хорошенькую да положи в нее ножик и цветные бусины. А потом отведи мальчика в нашу кибитку. Давай заложим Добина, и пусть наш «домик на колесах» покатает гостя по лугу. Ты понимаешь меня, Флавия? — добавил он многозначительно.

Глаза Флавии блеснули. Она опустилась на колени перед Ральфом, взяла мальчика за руки и заглянула ему в лицо.

— О, какой ты прелестный маленький человечек, — сказала она и поцеловала его, а потом подняла его с земли и отнесла в дом на колесах.

— Вот, — сказала Флавия, — сейчас я найду тебе самую красивую корзиночку и положу в нее ножик. А после покажу тебе, как строгать палочки и делать из них стрелы. Ты узнаешь много интересного, а я буду ласкова с тобой.

— Только мне надо поскорее домой, — заметил Ральф.

Почему-то теперь, когда он попал в «дом на колесах», ему было не по себе. В кибитке было грязно и душно, повсюду навалено множество вещей, среди них копошились чумазые дети. В первую минуту Ральф стал задыхаться, потом удивился, почему его глазам так больно.

— Ты вернешься домой, как только мы покатаемся по лугу, — улыбнулась Флавия.

— Может быть, — Ральф старался оставаться вежливым и совсем не показывать своего страха, — может быть, леди цыганка, мне лучше не ждать, пока ваш чудесный дом поедет через луг? Может быть, мне лучше прийти в другой раз, дорогая леди? Ведь моя попечительница скоро вернется. Она будет ждать меня и беспокоиться…

— А где ты живешь?

— В большой школе, где много учениц. Я там единственный мальчик. И останусь с ними, пока за мной не приедет папа.

— Он, вероятно, говорит об Эббифилде, — подсказала беззубая старуха, укладываясь на пыльные мешки. Во рту она держала трубку и время от времени выпускала густые клубы дыма, что не мешало ей говорить.

— Подумать только! — воскликнула Флавия. — Так ты живешь в том красивом доме? Неужели? Мы поедем мимо Эббифилда и высадим тебя там. Так мы выиграем много времени!

— Но я должен был ждать не в этом доме! — ответил готовый заплакать Ральф, по чти теряя мужество. — А в доме доктора, в жаркой гостиной. О, пожалуйста, отпустите меня!

— Хорошо, — кивнула Флавия. — Давай только сперва проедем по лугу. А потом ты вернешься в дом доктора с корзинкой и разными вещицами, которые я в нее положу.

Мальчику пришлось согласиться. «Дом на колесах» медленно двинулся вперед, рядом, хлопая бичами, с криками бежали цыгане, дети взвизгивали, большие собаки лаяли.

Ральф сидел в кибитке неподвижно и молча, и его сердечко билось все сильней. Конечно, приятно кататься в доме Флавии, да и сама она чудо как хороша. Но почему-то мальчику было страшно, и он все время боялся расплакаться.

Глава XI. Отчаяние Гарриет

Ярмарка была чудесная. Веселые карусели оказались даже лучше, чем Гарриет могла себе вообразить. Шиллинг Нелли пришелся как нельзя более кстати и доставил девочкам множество удовольствий.

Нелли рассчитала так: по пенни с каждой за вход, еще по пенни — за круг на карусели, по пенни — за вход в балаган с великаншей, по пенни — за созерцание двухголового человека. Все эти развлечения, все это упоительное счастье можно было купить за восемь пенни! Оставалось еще четыре.

Еще перед входом на ярмарку Нелли объяснила Гарриет, как она намеревалась истратить деньги. Та кивнула, и девочки тут же выполнили всю программу.

Как это было восхитительно! Ах, как неслись они в воздухе на лошадках карусели! Какой таинственной показалась им великанша; с какой внутренней дрожью смотрели они на двухголового человека!