Проклятие дома на Перекрестке - Дианна К. Салерни

чем то заклятие. – Его взгляд смягчается, пока он глядит через скелетоподобные останки ворот, прежде чем резко сосредоточиться вновь. – Можешь сама у неё спросить, когда вы встретитесь.

Он свихнулся. Таны нет уже больше двадцати лет.

– Не заставляй её идти туда! – Эш с разгона бросается на нашего пленителя, врезавшись головой в живот Бранда. Это проходит не так, как, вероятно, планировал Эш. Бранд издает звук «уфф». Эш отскакивает от его торса и приземляется на пятую точку в сырые листья и грязь.

– Пацан, ты серьезно? – Бранд снова достаёт пистолет. Оук, оставленный в нескольких ярдах позади, подобрался, чтобы припустить обратно, к Дому-Перекрёстку, но Бранд взмахивает оружием в его сторону. – Даже не думай об этом.

Сидя на земле, Эш кричит:

– Хватит тыкать этой штукой в моего брата! Почему ты сам не зайдешь в Старый Дом, урод?

– А ты думаешь, я не пробовал? Я десятки раз проходил по этим руинам. Старый Дом меня не принимает. Но Гарнет примет. Я это видел.

– Ты же наш кузен! – восклицает Эш. – Как ты можешь это делать?

Глаза Бранда холодны.

– Тана тоже ваша кузина. О ней ты подумал? – Он чуть взмахивает пистолетом. – Малец. Иди сюда, поближе к брату.

Оук стискивает кулаки и на негнущихся ногах подходит к Эшу.

– Хватит тыкать в них пистолетом, – умоляю я Бранда. – Я сделаю то, что ты просишь.

– Гарнет, нет! – восклицает Эш.

У меня нет выбора. Этот мужчина вооружён и безумен. Он может оторвать меня от земли и просто швырнуть в эти ворота, если захочет.

К тому же теперь я чувствую притяжение этого места. Жуткое ощущение, отталкивавшее меня раньше, рассеивается, сменяясь странным влечением. Пророчество Винди показало ей, как я прохожу между колоннами старых ворот и исчезаю. А хитрое выражение лица Джаспера, когда он выгонял меня из своей комнаты этим утром… Он что, почуял, будучи наследником магии Карфуров, что настало время мне сделать то, что уготовано судьбой? «Крепкая девочка», – так он назвал меня в нашу первую встречу, когда украл у меня жизненную энергию. «Ты отлично сгодишься».

А как же Тана? Джаспер заявил, что её предупреждали – не стоит сюда ходить, но что, если всё было наоборот? Что, если он подталкивал её к тому, чтобы поближе взглянуть на тот дом, который она иногда видела? Кто знает, скольких людей он намеренно сюда отправил?

Но, может, для меня всё и не окончится так, как он того ожидает? Когда я прошла через раздвижную стеклянную дверь в Доме-Перекрёстке, я увидела заброшенный бассейн, превратившийся в сверкающий оазис. Когда я поднялась по чердачной лестнице прошлой ночью, я встретила двух давно умерших детей. Оба раза я возвращалась в настоящее невредимой. Что, если пророчество Винди – из-за которого моя мать сбежала, – было всего лишь промельком одного из моих времяходческих эпизодов? Что, если на самом деле в нём не было никакой угрозы?

Я подхожу к каменным колоннам.

– Гарнет! – орёт Эш.

– Заткнись, – рычит Бранд.

Их голоса как будто принадлежат людям, которых я не знаю, говорят о том, что никак со мной не связано. Стиснув висящий на шее медвежий амулет, я касаюсь пальцами ближайшей каменной колонны. Я не слышу предупреждений от своего талисмана, не чувствую призыва остановиться. Кто-то вновь зовёт меня по имени, но я не оглядываюсь, чтобы проверить, кто это.

Вместо того я прохожу через безвратные врата Старого Дома.

25

Гелиотроп

Цвет: насыщенный зелёный с алыми крапинками

Магические свойства: защищает от нападения недобрых людей и вторжения чужаков

Для подзарядки: выкладывать под прямые солнечные лучи

Серый дневной свет пропадает, будто кто-то щёлкнул выключателем. Воздух обволакивает меня теплом и влажностью. Я переместилась во времени и покинула холодное осеннее утро, очутившись летом, ночью и в каком-то далёком году.

Передо мной протянулась гравийная подъездная дорожка, с двух сторон обрамлённая ухоженной лужайкой. Мои ноги пошатываются, попадая в ямки между камнями, потому что на мне уже не кроссовки с мягкими подошвами. Из-под юбки с кокетливой оторочкой выглядывают носки кожаных ботинок. Я знаю, кто это. Её походка и стиль знакомы мне с прошлой ночи в детской.

Облака расходятся, открывая бледную луну, освещающую лежащий впереди особняк.

Роуз сказала: «Если кто из вас однажды увидит Старый Дом… со всех ног бегите в противоположном направлении». Но это не вариант для времяходца, попавшего в чью-то чужую голову.

Основная часть дома в три этажа высотой. От нёе отходят два крыла, каждое в один этаж. Окна на вид плотно закрыты, а это кажется странным в эпоху до кондиционеров, но, если моя учительница истории права, то люди в 1800-х были скорее готовы свариться заживо в своих постелях, чем спать с открытыми окнами. Они считали, что от ночного воздуха можно заболеть.

Но не неподвижность дома кажется мне неправильной. Дело в чём-то другом. Мне кажется, та девушка, в чьём теле я сейчас нахожусь, тоже это чувствует. Она останавливается и смотрит на верхушки деревьев.

Листья шуршат, издавая тихий звук «вшшш, вшшш». Но колышутся они без ветра.

Мои обутые в ботинки ноги подносят меня к парадному крыльцу, где моя хозяйка вдруг сворачивает вправо, обходя дом по периметру. Первый этаж расположен в пяти футах над землёй, а окна и того выше, так что в них ей никак не заглянуть. Лишь добравшись до смежного одноэтажного крыла, она находит окна, что расположены на уровне глаз. В лунном свете я вижу отражение девочки с волосами цвета бронзы, уверенным взглядом и выгнутыми дугами бровями.

Как и я подозревала. Это Стелла Карфур, выглядящая ещё моложе, чем на том её фото, что есть у Джаспера. Ближе к моим двенадцати годам, чем к шестнадцати Ривер.

Старый Дом сгорел ещё до рождения Стеллы. Если она видит его целым и сохранным, то значит, путешествует во времени, совсем как тогда, когда посетила своих брата и сестру.

Значит ли это, что я в безопасности? Стелла покинет это место, повзрослеет и вырастит четверых детей. Она не окажется заперта здесь, а раз уж я у неё в голове, то, значит, и я тоже отсюда выберусь?

Пока я обдумываю эту обнадёживающую возможность, Стелла замечает нечто менее утешительное. Воскликнув, она протискивается через кусты и берёт с подоконника странный предмет.

Он сделан из соломы и перевязан бечёвкой, у него четыре конечности, короткий торс и напоминающая обрубок голова. Как по мне,