Алексей Хвостенко и Анри Волохонский - Илья Семенович Кукуй

С нами грозно поступал

Нас испытывал и жал

В серебро переплавлял

Уловил в Свои нас сети

Оковал нам ноги эти

Нас во страхе заключал

В ужас нас Ты окрылял

По Твоим указам век

Нами правил человек

Мы вошли в огонь и в воду

Ты нас вывел на свободу

113

Израиль вышел из Раава

Господню волю промышлять

Увидев, море побежало

И Иордан вернулся вспять

Чтоб дом Иакова твердыней

Заветом с Богом укрепить

Иуда сделался святыней

Израиля не истребить

Куда ты, море, побежало?

Река, зачем же ты назад?

Пред ликом Господа дрожала

Земля, не вынесшая взгляд

Его. И прыгали как овны

Холмы и горы от лица

Иаковлева Бога, полны

Ужасным трепетом Отца

Что скалы превращает в воды

И камень сам в источник вод

Бегут язычников народы

Богов своих забыв оплот

Наш Бог на небесах что хочет

Творит по милости своей

Не нам! не нам! – твори что хочешь

А ради истины Твоей

Вот истуканы их земные

Из золота и серебра. В Твоем

Же имени святые

Тебя прославят день за днем

А их и уши не услышат

Глаза имея не узрят

Ноздрями аромат не дышат

Уста откроют и молчат

Хоть руки есть у них и ноги

Гортань их даже не хрипит

Ты – наш Господь, Твои дороги

В Тебе и помощь нам и щит

Тебе, Тебе, Господь наш – небо

Землею нас не обдели

Сын человеческий чтоб не был

Тобой оставлен без земли

Не мертвецы восхвалят Бога

Не труп, что носит человек

Лишь мы от Божьего порога

Благословим Его вовек

125

Песнь восхождения

Когда Господь извел Сион

Мы были как бы в полусне

И воздухом по водам лон

Текли мы радостно к Тебе

Среди народов говорили:

Великое творит Господь над ними

Великое творил Господь над нами

И с ним мы радовались сами

Верни сынам своим наследство —

Дождем прольемся на поля

В слезах мы сеяли, средь бедствий

В веселье будем пожинать

И то, что с плачем мы носили

В пустыне наши семена

В великой ныне благостыне

Тебе приносим мы снопа

Париж, <2000>

А. В

Анри Волохонский

НЕСКОЛЬКО СЛОВ О СЕБЕ266

Человек я застенчивый, робкий,

вечно какой-то угнетенный.

Ничто меня не радует,

неясные опасения терзают душу.

Когда чего ни затею —

вовремя кончить не успеваю,

обещанного не исполняю,

Неотложные работы стараюсь сунуть в долгий ящик.

Ни на что не способен решиться,

опасаюсь выйти из дома,

не умею водить автомобиль.

Страдаю также от меланхолии и ипохондрии

и еще от мизантропии

в виде резких и острых припадков.

Сам себе неприятен,

причиняю тяжелые переживания близким,

в общении невыносим.

Мой любимый поэт?

– Да нет у меня никакого любимого поэта…

Не придерживаюсь убеждений.

Как жить дальше не знаю.

1985

ЯЗЫКОМ ФАКТОВ

Волохо́нский, Анри Гиршевич [19.03.1936, Ленинград – 8.04.2018, Рексинген, Германия] – поэт, прозаик, переводчик267.

Закончил Ленинградский химико-фармацевтический институт, аспирантуру Всесоюзного научно-исследовательского института озерного и речного рыбного хозяйства (Ленинград). Работал по специальности, в т. ч. в многочисленных морских экспедициях на Крайнем Севере (см. «Воспоминания о давно позабытом»). В 1973 эмигрировал в Израиль, жил в Тивериаде, работал в лаборатории изучения флоры и фауны озера Киннерет. В 1985 переселился в Германию, работал переводчиком, диктором и редактором на радиостанции «Свобода». В 1995 переехал в Тюбинген. С 2004 прожива<л> в селе Рексинген под г. Хорб.

Словесным творчеством занима<л>ся с середины 1950‑х. Большую роль в становлении поэта сыграло его знакомство в конце 1950‑х с поэтом Р. Мандельштамом, чей сборник «Избранное» А. В. издал в 1982 в Иерусалиме, а в 1960 – с поэтом А. Хвостенко (А. Х.) и начало плодотворного сотрудничества с ним. В соавторстве с Хвостенко (под инициалами А. Х. В. – см. «Всеобщее собрание произведений») было написано около 50 песен, циклы басен «Темпераменты» и «Народы и ремесла», трагедия «Домкрат», комическая драма «Лабиринт, или Остров лжецов», пьесы «Первый гриб», «Запасной выход» и др.; «Касыда министру культуры», шахматная поэма «Настоящее сражение», детские стихотворения «Война котов и мышей» и др.; осуществлены переложения произведений В. Буша («Шушу»). В 1960‑е А. В. был близок к кругу «Верпы» (А. Хвостенко, Ю. Гале́цкий, Л. Ентин, И. Стеблин-Каменский): ряд его произведений отличает характерный для поэтики Верпы абсурдистский юмор («Буденный: Героическая драма Верпы», 1964), однако непосредственно в деятельности Верпы А. В. не участвовал. В 1963–66 была написана поэма «Фома», одно из наиболее значительных произведений А. В., с которого сам автор ведет начало своего зрелого творчества. Заявленное в поэме утверждение «Вся человеческая речь – / иссохшая река» может служить исходной точкой как стилистических экспериментов А. В., отчасти сопоставимых с барочной эстетикой, так и общего скепсиса в адрес амбиций литературы на улучшение мира и выражение конечной истины, с предельной остротой высказанного поэтом в его утверждении: «У литературы, мне кажется, нет ни смысла, ни целей. То же – у литератора» (Тихомирова268).

Первый поэтический цикл А. В. «Первые травы» и трактат «Книга Ветвей» (не опубл.) относятся к 1958. В циклах «Трели бакалавра» (1960) и «Крушения очарований» (1964–65) формируются основные черты поэтики А. В.: в его произведениях «счастливо сочетаются элементы куртуазной и философской лирики, усложненные символика и синтаксис с чистотой и ясностью мелодического рисунка» (Андреева/Ровнер). Полистилистику А. В. скрепляет прежде всего «язык, аристократический изыск, немыслимый в наше время, ирония, переходящая в мистификацию, пародийные литературные реминисценции <…> и метафизическая