Жертва по призванию - Галина Кор

Вообще Дарина не слишком капризный ребенок. Может у нее еще не особо хватает сил, чтобы устраивать грандиозные скандалы. Но за эти несколько дней, проведенных дома, она не особо много раз капризничала.

Стоит мне повернуть на нашу улицу, как я сразу вижу ту пожарную машину, которая пролетела мимо. И стоит она в районе моего дома.

Страх и тревога момента сжимают сердце в тиски. В груди растёт ком беспокойства, а ноги сами ускоряют шаг, не обращая внимания на дрожь в коленях.

Еще не дойдя до дома, я уже вижу масштаб катастрофы. Стена над окном кухни черная — огонь закоптил её, оставляя уродливые следы разрушения. Одна половинка кухонного окна разбита, и пожарный из рукава льет туда воду. Он вынимает шланг, а следом за ним тянется обгоревший кусок занавески, жалкий остаток прежнего уюта. Запах гари густой, липкий, пропитывает воздух, заставляя задыхаться ещё на подходе.

Середина дня, из соседей практически никто не вышел — все на работе. Из зевак — пару старушек, бывших бабушкиных «подружек».

— Ой, Яночка, что ж это? — бросается одна ко мне с расспросами.

— Хорошо, что вас дома не было, а то б еще угорели, — говорит другая.

Я не нахожу, что им ответить. Только молча завожу коляску во двор через распахнутую калитку. Лишь их перешёптывание долетает до меня: «Бедная девочка... Совсем одна, да ещё с ребёнком...»

Дверь в дом выбита. Оттуда выходят еще два пожарника.

— Вы хозяйка? — осматривает меня с ног до головы.

Киваю. Потеряла дар речи.

— Очаг возгорания потушили. Холодильник старый, видно, коротнуло… Да и проводка в доме старая.

Сквозь разбитое кухонное окно проглядывают очертания мебели — часть столешницы обуглена, угол, где стоял холодильник, весь черный. Моя новая микроволновка, которая стояла рядом на столешнице, покорёжена и покрыта сажей. На полу огромная лужа, в которой плавают осколки посуды, обугленные остатки кухонного шкафа. Вода смешалась с золой, создавая серые разводы, которые навсегда въедятся в пол.

Я смотрю на всё это… и руки опускаются. Как будто вместе с этим пожаром сгорели все силы сопротивляться.

— Дом обесточен. Решайте вопрос с электриками, — сухо добавляет пожарный, прежде чем уйти.

Пожарная бригада быстро сворачивается, собираясь уехать, и бабульки испаряются вслед за ними. Устало опускаюсь на лавочку, обхватила голову руками и смотрю себе под ноги. Дарина, несмотря на разговоры, заснула. И я этому рада… Потому что я не могу зайти в дом. Я боюсь увидеть весь объем «звездеца», который мне предстоит разгребать…

— Что случилось? — слышу встревоженный голос Андрея.

Так и сижу, не поднимая головы, лишь пожала плечами, что слышала его вопрос.

Слышу, как он заходит в дом. Через время возвращается и останавливается рядом — вижу носки его кроссовок.

— Вставай, — говорит требовательно.

— Сейчас, — киваю, подтверждая, что собираюсь встать… только набираюсь сил. — Сейчас встану и пойду убирать.

— Что там убирать? Там полкухни выгорело. Иди возьми, что нужно из комнаты и пошли.

— Куда? — наконец-то поднимаю на него глаза.

— Ко мне, — он говорит это так спокойно и уверено, что кажется, не так уж и велики мои проблемы… Ведь все можно решить, правда? Особенно, когда рядом есть такая опора.

Пытаюсь в очередной раз напомнить себе, что я — это я, и Андрей не имеет ко мне никакого отношения. Но мозг не хочет реальность, он хочет сладкую иллюзию.

— Мы останемся… я наведу порядок, и…

Он наклоняется так, что наши глаза на одном уровне.

— Не нравлюсь тебе — не надо. Я от тебя ничего и не жду. Никакой благодарности, если ты об этом… Подумай, чем будет дышать твой ребенок.

Прикрываю глаза и тяжело сглатываю. Конечно, он прав… Только за что мне такой Ангел-хранитель. За какие заслуги?

Глава 48. Любовь нечаянно нагрянет…

Стою на кухне и пью кофе, рассматривая грандиозное строительство, затеянное Андреем. Работа кипит уже несколько недель.

Между нашими участками появилась дыра в заборе… И не только в заборе. Крыши в бабушкином доме нет вообще. От дома осталась одна коробка… без окон, без дверей — голые стены. С восьми утра и до восьми вечера строительная бригада перестраивает наш с Дариной дом.

Да-да, Андрей так и сказал:

— Это Ваш дом. Я хочу, чтобы ты была спокойна и знала, что у тебя есть свой угол, и скитаться с ребенком тебе не придется. А довести его до ума я помогу.

В первый раз, когда он только завёл разговор о ремонте, я планировала ограничиться вынужденным ремонтом кухни. Но Андрей проявил инициативу и привёз электрика, который проверил проводку во всём доме. Оказалось, что ситуация гораздо хуже, чем я предполагала. Проводка, проложенная ещё в шестидесятых годах, давно устарела. Временные испытания и постоянные протечки крыши постепенно разрушали её, а современное количество электроприборов оказалось для неё непосильной нагрузкой.

— Ладно, — думаю, — поменяю проводку, и все.

Пришло время доставать банковскую карту, которую передал отец. Поехала в город, проверить счет. А там… много, очень. Первая мысль:

— Откуда у осужденного такие деньги?

Вторая мысль:

— Может, это кредитные деньги?

Хуже, конечно, была только третья мысль: «А если украденные?». Но деньги на банковской карте свою историю не расскажут, а у отца я не спрошу…

Тут же поговорила в банке со специалистом. Нет. Деньги не кредитные. Счет открыт на мое имя. И именно тогда, когда я сидела в камере полицейского участка по подозрению в убийстве.

Почему отец решил мне помочь? Остается только гадать…

Уже узнав точную сумму, я была готова и на косметический ремонт всего дома. Но… Андрей посмотрел на меня, протягивающую ему деньги, так, словно я ему корзину со змеями сую. И как бы в дальнейшем я не уговаривала его взять деньги, он всегда придумывал какие-то отговорки, а деньги оставались при мне. Получается странное уравнение: масштаб ремонта увеличился, а затрат у меня нет.

И откуда такой Андрей свалился на мою голову? За какие заслуги? Конечно, мы с Дариной устроились отлично. Не дом, а мечта: у нас отдельная просторная комната с современным ремонтом — это не бабушкин старый домик. Кухня с наворотами. Двор с ухоженным газоном. Чувствую, что, если он соберётся нас выставить, теперь я буду упираться ногами и руками… (смеюсь).

Да и «соседом» Андрей оказался нормальным. Мы с ним, как реальные родственники... боюсь слова «сожители»... быстро притёрлись. Никакого дискомфорта. Он никогда не провоцирует, не ходит в трусах