Второй шанс для тирана. Том 4 - Саша Белова

— Нет, мышонок, что ты, — голос Ани звучал ровно и спокойно, без малейшей дрожи. — Никто не ругался. Просто... просто папа меня очень сильно порадовал. А когда девочки радуются, они иногда плачут. Это хорошие слезы.

— Как в мультике, когда принцесса нашла свой замок? — уточнила Соня, недоверчиво нахмурив брови.

— Именно так, — тихо подтвердил я, не сводя глаз с Ани. — Я пообещал маме, что теперь наш замок будет самым безопасным местом на свете.

Соня просияла. Тревога мгновенно улетучилась с ее лица.

— Ура! А стучал кто? — не унималась она.

— А стучал дядя, который ошибся дверью, — спокойно ответил я. — Я объяснил ему, куда идти. Беги, дочищай зубы, и марш в кровать.

— Ага! — Соня заулыбалась и скрылась за дверью ванной. Шум воды возобновился.

Мы снова остались наедине. Аня посмотрела на меня. Улыбка все еще играла на ее губах. Она отстранилась окончательно, но ее взгляд задержался на моей руке.

— Пойдем, — тихо сказала она.

Она не стала ждать моего ответа. Просто развернулась и пошла на кухню. Я последовал за ней. Аня подошла к навесному шкафчику, где мы хранили аптечку, и достала оттуда небольшую пластиковую коробку.

— Садись, — она указала кивком головы на стул.

Я послушно опустился на стул, чувствуя себя огромным, послушным медведем в руках хрупкой дрессировщицы. Аня села напротив меня. Она открыла аптечку, достала ватные диски, флакон с хлоргексидином и маленький тюбик заживляющей мази. Она сама взяла меня за руку и вытянула ее. Смочила ватный диск прозрачной жидкостью и начала аккуратно промакивать ссадину на моих костяшках.

Хлоргексидин немного щипал, но я не обращал на это внимания. Я был полностью поглощен тем, что происходило между нами. Смотрел на Аню. На ее опущенные ресницы, отбрасывающие легкие тени на скулы. На прядь волос, лежащую на щеке. На то, как сосредоточенно она поджала губы, обрабатывая рану.

В этом простом жесте было столько интимности, сколько не было, пожалуй, за все годы их брака до моего появления. Женщина, которая еще недавно вздрагивала от моего голоса, сейчас добровольно сидела напротив и лечила руку, разбитую в драке. Она заботилась обо мне. Не из страха. Не по обязанности. А потому что сама этого хотела.

Когда она закончила с антисептиком, сразу отложила ватный диск и выдавила каплю прозрачной мази на палец.

— Может немного жечь, — тихо предупредила она, не поднимая глаз.

— Я потерплю, — так же тихо ответил я.

Ее палец коснулся моей кожи. Она втирала мазь в сбитые костяшки, и каждое ее прикосновение заставляло вздрагивать.

Вдруг Аня замерла. Ее рука все еще лежала поверх моей. Она медленно подняла голову. Наши взгляды встретились. Сцена была невероятно драматичной. Мы сидели в полумраке кухни, отделенные друг от друга лишь шириной стола. В ее глазах я читал все то, что она не могла сказать вслух. Там была благодарность. Было изумление. И что-то новое, зарождающееся. Привязанность. Тепло. То самое чувство, которое возникает, когда понимаешь: за спиной этого человека можно спрятаться от всего мира.

Нам не нужны были слова. В этой кухонной тишине, под запах йода и антисептика, мы одними глазами сказали друг другу больше, чем можно было бы выразить тысячей самых красивых фраз. Старые раны, физические, и душевные, прямо сейчас затягивались под воздействием этого зрительного контакта.

Вскоре Аня чуть заметно вздохнула, словно просыпаясь, и опустила взгляд.

— Вот и все, — шепотом сказала она, убирая руку. — До завтра затянется. Она начала складывать медикаменты обратно в коробку. Ее движения были чуть суетливыми. Женщина пыталась скрыть смущение от близости, которая только что между нами возникла.

Я не стал торопить события. Понимал, что для нее это гигантский шаг вперед. Я убрал руку со стола, поднялся со стула и подошел к раковине, чтобы сполоснуть вторую руку.

— Спасибо, Аня, — произнес, поворачиваясь к ней. Мой голос звучал тепло и спокойно. — У тебя очень легкая рука.

Она закрыла аптечку и посмотрела на меня. Ее щеки чуть заметно покраснели.

— Нет. Это тебе спасибо, Максим. Пойду уложу Соню, — сказав это, она направилась к двери, но, проходя мимо меня, вдруг на секунду остановилась. Она не посмотрела на меня, но ее рука чуть дернулась. Аня коснулась моего предплечья. Быстрое, мимолетное прикосновение. А затем тихо вышла в коридор.

Я остался стоять посреди кухни, глядя ей вслед. Моя левая рука слегка горела от мази, а на правом предплечье все еще чувствовался фантомный след ее пальцев. И это заставило улыбнуться.

Глава 5

Спустя несколько дней после инцидента в подъезде атмосфера в нашей квартире устаканилась. Мы забыли о произошедшем и продолжили привыкать друг к другу. А затем наступила первая наша с Аней суббота. Ранним утром, сразу после завтрака, мы собрали необходимые для переодевания вещи и отправились в больницу. Я сам начал поторапливать ее. Мне показалось, что Аня даже ждала, вспомню ли.

В больнице ее ждали первые процедуры. Меня в кабинет не пустили, пришлось ждать в коридоре. Но когда она вышла, уставшая и хмурая после массажа и остального, она внезапно мне улыбнулась. Тепло, искренне и так нежно. Но самое интересное случилось после этого.

Когда вышли на улицу и уже направились в сторону такси, Аня внезапно приблизилась ко мне. Она предложила прогуляться. Сама. Пусть немного не уверенно, но твердо, глядя мне в глаза. Я не мог отказать. Это была наша личная прогулка плечом к плечу. Мы шли вдоль улицы, разговаривали о всяких мелочах. Ничего конкретного, серьезного, но этот разговор был настолько ценным для нас обоих, что с каждым словом на душе становилось тепло. А еще это послужило идеей на выходной, которую я решил сохранить в тайне на время.

Когда мы с Аней вернулись домой — половину пути все же проехали на таки — женщина сразу направилась в ванную, чтобы смыть остатки мази с тела и расслабиться под душем. Я в это время взял Соню и направился на кухню. Мы с ней быстренько поставили на стол закуски, пирожные и чашки с чаем и кофе. Когда Аня вышла, она искренна удивилась, но сразу присоединилась к нам.

Продолжая завтракать во второй раз, я снова оглядел семью. Решил, что пора.

— Так, команда, — я отложил вилку и тихонько постучал по столу, привлекая внимание. — Я тут посидел и подумал, что мне не хватило времени на отдых с нашей чудесной мамой