Второй шанс для тирана. Том 4 - Саша Белова

Это было первое осознанное, собственническое, но при этом бережное прикосновение на публике. Моя ладонь легла на мягкую ткань ее куртки. Я почувствовал, как она вздрогнула, но не от страха, а от неожиданности. Чуть-чуть притянул ее к себе.

— Мы согласны, — твердо сказал я фотографу, с улыбкой взглянув на Аню.

— Да… согласны, — немного поколебавшись, она подняла на меня глаза. Моя рука на ее талии была горячей и надежной. Она чувствовала, что я не заставляю ее, а просто предлагаю разделить этот момент.

Аня расслабилась, позволяя себе опереться на мою руку, и повернулась к объективу. На ее губах расцвела робкая, но совершенно искренняя улыбка.

— Отлично! Ближе, еще чуть-чуть ближе друг к другу! Улыбаемся! Птичка вылетает! — скомандовал фотограф.

Я прижал Аню к себе еще крепче, чувствуя тепло ее плеча. Фотоаппарат вспыхнул яркой вспышкой. Мужчина с довольным видом вытянул из него белый квадрат с черным квадратиком посередине, который прямо на наших глазах начал наливаться красками.

Я расплатился с мужчиной, и он, пожелав нам счастья, исчез в толпе так же внезапно, как и появился. Вскоре снимок полностью проявился. На заднем фоне — размытые огни карусели. А на переднем — уверенный в себе мужчина, обнимающий за талию невероятно красивую, нежную женщину со светлыми волосами и милой улыбкой. Мы выглядели как счастливая семья.

Аня заглянула в снимок. Я услышал, как она тихонько вздохнула, продолжая улыбаться. В этот момент карусель остановилась, и к нам подбежала запыхавшаяся Соня.

— О, фотка! — она мельком взглянула на картонку. — Прикольно! Мам, пап, а пойдемте теперь на машинки?! Там очередь маленькая!

Для Сони это была просто бумажка. Ее внимание уже переключилось на следующий аттракцион. Она схватила своего корги за лапу и потянула нас за собой.

Но я не спешил убирать снимок в карман куртки. Достал из заднего кармана джинсов кожаный бумажник. Открыл его и на глазах у Ани аккуратно вставил полароидный снимок в прозрачное отделение, где обычно носят права или карты. Снимок лег идеально. Под конец провел большим пальцем по прозрачному пластику, приглаживая фото.

— Буду беречь, — тихо сказал я, словно давал клятву. — Как самое ценное, что у меня есть.

Эти слова я произнес не намеренно. Само вырвалось. Однако, когда поднял взгляд на Аню, обомлел. Она замерла, раскрыв глаза шире. Шум парка, музыка, крики Сони — все это словно отдалилось, стало фоном. Аня смотрела на мой открытый бумажник, на свое лицо в нем, а затем медленно перевела взгляд на меня.

Для женщины этот жест значил больше, чем тысяча букетов. Мужчина, который добровольно, с гордостью носит фото своей жены в бумажнике, демонстрируя его всему миру — это был уровень привязанности, о котором она даже не смела мечтать.

Ее губы дрогнули. Она не сказала ни слова, но этого и не требовалось.

— Идем? — я улыбнулся, пряча бумажник обратно в карман.

— Идем, — эхом отозвалась она. Ее голос прозвучал удивительно звонко и чисто.

Мы пошли следом за Соней к автодрому. Перемены ждать не заставили. После этого крошечного эпизода с фотографией Аня неуловимо изменила траекторию своего движения. Она подошла вплотную. Так близко, что наши плечи почти соприкасались. Мы шли сквозь толпу по узкой аллее, усыпанной лепестками цветов и мишуры.

Я шел не торопясь, опустив руки. И вдруг почувствовал это. Ее рука, покачиваясь в такт шагам, случайно задела мою. Легкое, мимолетное касание тыльной стороной ладони. Понимания, что это могла быть простая случайность, я не стал менять положение своей руки.

Мы сделали еще несколько шагов. И снова. На этот раз наши пальцы соприкоснулись чуть сильнее. Я почувствовал тепло ее кожи. Это было похоже на разряд статического электричества.

Я скосил глаза вниз. Аня не смотрела на меня. Она смотрела прямо перед собой, на Соню, но на ее щеках отчетливо проступило смущение. Она делала это не специально, но ее тело, ее подсознание само тянулось ко мне. Она искала физического контакта. Искала близости с мужчиной, которого больше не боялась.

На третьем случайном касании я не выдержал. Когда ее пальцы снова скользнули по моей ладони, я чуть развернул кисть и раскрыл пальцы.

Это было безмолвное предложение. Открытая дверь. Я почувствовал, как Аня вздрогнула. А затем ее теплая ладонь скользнула в мою руку. Пальцы робко переплелись с моими.

Мы шли по залитому солнцем парку аттракционов. Впереди бежала наша счастливая дочь с огромной плюшевой собакой. А мы шли сзади, держась за руки, как подростки на первом свидании.

Вокруг смеялись люди, играла музыка, пахло карамелью. Но для меня в этот момент не существовало ничего, кроме этого теплого прикосновения.

Глава 6

Прошла неделя с нашего похода в парк аттракционов. Все вернулось на круги своя. По утрам мы завтракали. Проводили время вместе с гостиной. В свободные минуты я работал. Аня все чаще уходила в мастерскую. Мне было интересно, что она рисует, но лезть в душу я не собирался.

Этим утром я сидел на диване в гостиной, закинув ногу на ногу, и быстро печатал. За последние дни я совершил настоящий марш-бросок по всем рабочим фронтам. Перелопатил горы документации, вник в финансовые схемы его компании, провел несколько жестких видеоконференций с партнерами и, к своему собственному удовлетворению, полностью взял бизнес под контроль. Мой прошлый опыт управления лег на активы Максима идеально. Проблем больше не было. Механизм работал как швейцарские часы, стабильно генерируя прибыль, которая теперь шла на обустройство нашей новой жизни.

Закончив с очередной таблицей, я нажал «Сохранить» и удовлетворенно кивнул. Оставался один нюанс — мне нужны были физические копии нескольких договоров с живыми подписями для завтрашней встречи. Наш домашний принтер, как назло, еще вчера выдал ошибку картриджа.

Я вытащил из порта серебристую флешку со скопированными документами и сунул ее в карман джинсов.

— Аня! — крикнул я, поднимаясь с дивана. Ноутбук остался стоять на журнальном столике, призывно светясь экраном с открытой почтой.

Дверь мастерской приоткрылась. Аня выглянула в коридор. На ней была большая, заляпанная красками мужская рубашка, которую она использовала как фартук, а волосы были небрежно собраны на затылке карандашом. На щеке виднелся мазок охры. Она была невероятно красивой в этой своей творческой растрепанности.

— Да? — она улыбнулась. Мягко, открыто.

— Я сбегаю в копицентр на углу, распечатаю договоры. Буду минут через пятнадцать. Тебе захватить что-нибудь по пути? Может, твои любимые эклеры из пекарни?

Она покачала головой, все еще улыбаясь.

— Нет, спасибо. У