Бурлак - Мансур Аязович Гилязов

Сафа-эфенди и Хатира напоминают больших кукол, которые не могут самостоятельно перемещаться. Двое мальчиков с левой стороны вносят на узкий мост Хатиру, двое юношей с правой стороны закатывают коляску с Сафой-эфенди. Они медленно приближаются друг к другу.

Хатира. Сафа… Сафа, зачем ты вернулся?

Сафа-эфенди. Я хотел пересчитать своих правнуков, Хатира.

Конец первой картины

КАРТИНА ВТОРАЯ

Точно такой же мост, как и в первой картине. Неподалёку находится деревня Наубахар Сармановского уезда. 1897 год.

На мосту, обнявшись, стоят юная девушка и молодой парень. Это Хатира и Сафа.

Хатира. Давай постоим здесь немного…

Сафа. Как ты себя чувствуешь, Хатира? Голова не кружится?..

Хатира (не хочет отвечать на его вопрос). Послушай, Сафа, какая у тебя самая большая мечта в жизни?

Сафа. Наесться вдоволь жирного мяса, выпить кувшин катыка и дрыхнуть, как истинный бай, вверх животом!

Хатира. Я же по-настоящему спрашиваю, Сафа. Не шути, пожалуйста.

Сафа. Ты же сама это знаешь.

Хатира. Я хочу ещё раз услышать.

Сафа. Я мечтаю, чтобы у меня был сын!

Хатира. А ещё?

Сафа. Чтобы у меня был ещё один сын!

Хатира. Что будет потом?

Сафа. Потом сын и дочь!

Хатира. Дальше…

Сафа. Я мечтаю, чтобы у меня были внуки. Много внуков!

Хатира. И всё?

Сафа. Нет. Я мечтаю о целой куче правнуков!

Хатира. Сколько?.. Сколько должно быть правнуков?

Сафа. Много!

Хатира. Назови точное число.

Сафа. Зачем?

Хатира. Так надо!

Сафа. Тридцать девять…

Хатира. Тридцать девять правнуков… Что будет после этого?

Сафа. После этого можно со спокойной душой пойти на кладбище, лечь и умереть!

Хатира. Ты готов к своей мечте, Сафа?

Сафа. Ради своей мечты я готов горы свернуть! Я готов пройти сквозь огонь и воду! Готов дойти до края земли и вернуться обратно!

Хатира. Мне кажется, твоя мечта начинает потихонечку сбываться.

Сафа. Что мне делать?

Хатира. Никому не говорить.

Сафа. Поэтому сейчас тебя на лугу вырвало?

Хатира. Именно!.. Всё время болит низ живота. Вот здесь. А ещё у меня груди стали какими-то твёрдыми.

Сафа. Дай потрогать!

Хатира. Ты что? Нельзя. Вдруг там молоко. Полъётся.

Сафа. Как же это всё быстро получилось?

Хатира. Я сегодня расскажу об этом своему отцу. Он обязательно должен знать эту новость. Больше никому говорить не будем.

Сафа. Даже Сажиде?

Хатира. Даже Сажиде… Знаю, Сажида тебе такая же жена, как и я. Но я хочу, чтобы она узнала об этом чуть позже.

Сафа (с трудом произносит эти слова). Ты знаешь, Сажида сама приняла решение, чтобы ты стала моей второй женой. Сажида сама выбрала тебя среди всех деревенских девушек. Ты знаешь, мы прожили с Сажидой три года и у нас не было детей… Она ждёт этого ребёнка не меньше, чем мы с тобой. Может быть, она ждёт даже сильнее нас.

Хатира. Легко тебе жить с двумя жёнами, Сафа?..

Сафа. Для меня вы с Сажидой как одно целое. Мы живём одной семьёй. Я ваш муж, вы мои жёны.

Хатира. Мы такие разные с Сажидой. Она решительная, сильная, умелая… Она должна была родиться мужчиной.

Сафа. Я люблю вас обоих одновременно.

Хатира. Я не понимаю, как это происходит. Разве можно делить любовь на две части?

Сафа (думает, как же объяснить свои чувства). Вот, гляди, ты же любишь свою родную землю с одного берега реки точно так же, как и с другого берега реки. Вот и я точно так же! Только вы разделены для меня не рекой, а толстым слоем воздуха.

Хатира (указывая на левый берег). Этот берег мне дороже, Сафа. Там наша деревня…

Сафа. Тогда представь себе луну и солнце.

Хатира. Я больше солнце люблю… Оно тёплое.

Сафа. Не знаю, как это объяснить. В общем, Сажида – старшая жена, ты – младшая!

Хатира. Всё равно не говори ей о будущем ребёнке… Как ты думаешь, сможет ли Сажида когда-нибудь стать матерью?

Сафа. Почему ты не хочешь сказать ей, что у нас скоро будет ребёнок?

Хатира. Я чего-то боюсь, Сафа… Сам видишь, какие смутные времена настали. Все говорят о какой-то переписи. В том году был голод. Скольких парней в армию забрали! А на каторгу! Сколько раз уже порку устраивали! В деревне мужчин почти не осталось! Вся деревня живёт в каком-то страхе. Для чего они собираются пересчитывать нас, Сафа?

Сафа. Царь хочет вначале переписать всех мусульман, затем крестить.

Хатира. Зачем это нужно царю?

Сафа. Чтобы мы преклонялись другому богу, не нашему мусульманскому – Аллаху, а их, русскому – Иисусу!

Хатира. Разве может человек поменять веру?

Сафа. Царь прикажет – поменяешь! Куда денешься, заставят!

Хатира. Пусть хоть сколько раз меня пересчитывают, я от своей веры, от Аллаха никогда не откажусь!

Сафа. Скажи «иншалла».

Хатира. Иншалла!

На левом берегу появляется Сажида.

Сажида. Вы, оказывается, здесь. Я ищу вас по всей деревне.

Сафа. Что-нибудь случилось, Сажида?.. На тебе лица нет.

Хатира. Ты не заболела?..

Сажида. В деревню пришла бумага, через пять дней приедут из волости и начнут перепись. Там сказано, чтобы в этот день никто не покидал деревню.

Сафа. Перепишут так перепишут, ничего не поделаешь. Против государства, против царя не пойдёшь!

Сажида. Ты что говоришь, Сафа? Ты в своём уме? Они вначале нас всех перепишут, потом начнут крестить! Сохрани, Аллах!

Сафа. Мы маленькие люди, Сажида. Если пойдём против воли императора, вначале нас всех высекут вымоченными розгами, затем сошлют к чёртовой матери на каторгу, в Сибирь! Разве мало мы такого повидали?

Сажида. Эх, Сафа, Сафа… Ты только представь, что ты больше никогда не будешь Ахметсафой, а будешь Алексеем! Я не буду Сажидой! Хатира не будет Хатирой! На груди у тебя будет висеть крест! Не будет больше наших священных праздников! Мы не сможем произносить имя Аллаха, Сафа!.. Я не хочу так жить. Я хочу остаться истинной мусульманкой.

Сафа. Я простой деревенский мужик, сын деревенского мужика…

Сажида. Ты наш муж, Сафа. Мы твои жёны. Ты должен уметь нас защитить. Так написано в Коране.

Сафа. Хорошо. Ружьё у меня есть. Вилы, топоры тоже найдутся. Оружие держать умею, в армии всему научили…

Хатира. Нет уж, я на такое не согласна! Они придут вместе с солдатами, жандармами! В деревне справных мужиков почти не осталось! Что сможет Сафа один сделать против них?! Я Сафу не отпущу, Сажида! Он наш общий муж, один-единственный!

Сажида. Наши