Гамлет. Хоббит или Туда и назад - Джон Рональд Руэл Толкин

был прозрачен, тем более что гоблины достали кнуты и принялись хлестать ими пленников, погнав их перед собой и заставив бежать из последних сил. Гномы взвыли, застонали и, спотыкаясь, влетели в большую пещеру. В центре, освещая пещеру красным пламенем, горел большой костер, факелы пылали на ее стенах, и была она переполнена гоблинами. Все они загоготали, затопали ногами и захлопали в ладоши, завидев, как гномы выбегают из туннеля, а позади гикают и щелкают кнутами гоблины-конвоиры (последним и ближайшим к кнутам был Бильбо). В углу пещеры сбились в кучу пони, всю поклажу уже вывалили на пол, гоблины перетряхнули, обшарили и обнюхали ее, и, не поделив, из-за нее подрались.

Боюсь, в последний раз видели путники своих замечательных пони, в том числе белого резвого и крепкого жеребчика, которого Элронд одолжил Гандальфу, так как конь волшебника не годился для похода по горным тропам. Ведь гоблины все время голодные и едят и лошадей, и пони, и ослов (и вдобавок ещё всякую мерзость). Однако в тот момент пленники думали только о собственной участи. Гоблины выстроили их в затылок друг другу, одной длинной цепью всем скрутили за спиной руки и погнали в дальний угол, а бедный Бильбо болтался в хвосте этой вереницы.

Там в полумраке на большом плоском камне сидел здоровенный гоблин с огромной головой, а вокруг него стояла вооруженная топорами и кривыми мечами охрана.

В наше время гоблины – жестокие, злые, опасные существа. Они не способны создать прекрасное, но могут изготовить хитроумное. Если понадобится, выроют туннели и шахты не хуже самых искусных гномов, правда, все будет грязным и неряшливым. Молоты, топоры, мечи, кинжалы, кирки, клещи, а еще пыточный инструмент сделают очень умело, или за них все изготовят узники да пленники, работающие почти без воздуха и света, пока не помрут. Очень вероятно, что именно гоблины изобрели пугающие весь мир устройства, в том числе для одновременного убийства огромного числа людей. Шестерни, двигатели, взрывчатка приводят их в восторг, а еще возможность как можно меньше работать руками. Но в то время и в тех диких краях они еще так далеко не продвинулись (если тут, вообще, подходит это слово). К гномам они не питали особой ненависти, то есть не больше, чем ко всему остальному на свете, разве что сильнее прочего ненавидели аккуратное да благополучное. С самыми злобными гномами они порой даже заключали союзы. Но вот именно к роду Торина чувствовали эти гоблины исключительную неприязнь – в связи с войной, которую мы упоминали, но которая не вошла в эту историю. Впрочем, их не слишком заботило, кого они сцапали – главное, все сделали ловко да исподтишка, и пленники не смогли дать отпор.

– И кто эти жалкие создания? – спросил Большой Гоблин.

– Гномы и вот это, – ответил один из конвоиров, дернув хоббита за цепь так, что Бильбо, не удержавшись на ногах, упал на колени. – Они заночевали у нас на Переднем Крыльце.

– И с какими же намерениями? – спросил Большой Гоблин, обернувшись в сторону Торина. – Не думаю, что с хорошими. Чтобы совать нос в частную жизнь моего народа, вот зачем! Наверняка, они еще и воры. Не удивлюсь, если в придачу убийцы и друзья эльфов. Ну, что скажешь?

– Гном Торин, к вашим услугам, – ответил Торин, и это был всего лишь оборот речи. – К тому, в чем вы нас подозреваете, мы не имеем никакого отношения. Мы остановились в месте, которое сочли удобной для ночлега и никем не занятой пещерой, у нас и в мыслях не было причинить гоблинам какие-либо неудобства, ни в коем случае!

– Угу, – хмыкнул Большой Гоблин. – Все это только слова. А могу я поинтересоваться, что, вообще, вы делаете в горах, откуда пришли и куда направляетесь? Рассказывайте все как есть. Хотя, не думаю, что это улучшит ваше положение – мне и так уже достаточно известно о твоем народишке, Торин с Дубовым Щитом. Только не ври, не то вас ждут крайне неприятные вещи.

– Мы отправились в дорогу, чтобы навестить наших родственников: племянников, племянниц, а также двоюродных и троюродных братьев, словом, всех потомков наших общих дедов, что живут к востоку от этих по-настоящему гостеприимных гор, – сказал Торин, который не был готов к ответу, но прекрасно понимал, что говорить правду ни в коем случае нельзя.

– Он врет, о наиужаснейший! – вмешался один из конвоиров. – Немало наших погибло в пещере от молнии, когда мы пригласили этих существ спуститься к нам вниз. Теперь наши товарищи мертвее, чем камни. А что он скажет про это? – он протянул Большому Гоблину меч, который достался Торину в логове троллей.

Увидев меч, Большой Гоблин взревел от ярости. А все остальные гоблины заскрежетали зубами, затопали ногами и загрохотали щитами. Меч они узнали с первого взгляда. Сотни гоблинов погибли от него во времена, когда светлые эльфы Гондолина убивали их у стен города и преследовали на холмах. Эльфы называли его Оркристом – Гоблинорезом, а сами гоблины – Кусакой. Они ненавидели этот меч, а еще сильнее – того, кто его носит.

– Убийцы и друзья эльфов! – заорал Большой Гоблин. – Бейте их! Рубите! Грызите! Волоките в темные змеиные норы! Не дайте снова увидеть свет!

Он так разъярился, что соскочил со своего камня и, оскалив зубы, бросился к Торину. В этот миг в пещере вдруг погасли все огни, а костер пыхнул вверх, и до самого потолка поднялась башня из светящегося голубого дыма, из нее на гоблинов посыпались белые, прожигающие насквозь искры. Вой, визг, крики и вопли, писк и плач, хрип, рык, стон и скулеж, словом, нечто неописуемое. Сотня волков и диких кошек, которых всех разом живьем поджаривают на сковородке, не дала бы такого эффекта. Искры прожигали в гоблинах дырки, а спустившийся сверху дым был такой густой, что в нем ничего не видели даже их привыкшие к темноте глаза. Гоблины падали вповалку, и вскоре все или лежали кучами, или, словно взбесившись, катались по полу, пиная, кусая и колотя друг друга.

Внезапно Бильбо увидел светящийся собственным светом меч, который пронзил оцепеневшего от ярости Большого Гоблина. Тот рухнул замертво, а его охрана с воплями ужаса разбежалась по сторонам. Меч снова спрятался в ножны, спокойный строгий голос произнес:

– Быстро за мной! – и прежде, чем Бильбо сообразил, что к чему, он, снова замыкая цепочку, уже бежал со всех ног вслед за бледным огоньком вниз по темным коридорам, слыша, как постепенно затихают позади крики гоблинов.

– Поторапливайтесь, поторапливайтесь! – подгонял голос. – Скоро снова зажгут факелы.

– Погодите! –