Деградация - Гетера де Сад

кандалах ладони, то кусала губы, пытаясь податься навстречу ласке. Задница её давным-давно была мокрой от выделений. Наконец, Абигейл погрузила во влагалище рабыни два пальца и, прижав большим ещё и клитор, начала ритмично подрачивать. Сати раскрыла от наслаждения рот, капая слюной:

– О, да!

Её ляжки жадно задёргались, сжимая ладонь Абигейл, отвечая взаимностью. Потеряв самоконтроль, изголодавшаяся по сексу живая игрушка активно насаживалась на руку. Её стоны, сопровождаемые влажным чавканьем, становились всё громче. Но в тот момент, когда Сати глубоко вздохнула, замирая в ожидании разрядки, женщина быстро отняла пальцы.

Не сразу осознав обман, рабыня жалобно захныкала. Её спина выгнулась в агонии, звеня оковами – налившееся кровью, подтекающее лоно чуть пульсировало, ища исчезнувшую стимуляцию.

– Отдыхаем, – словно не замечая этого, объявила Абигейл, задирая юбку, под которой не оказалось нижнего белья.

Поставив одну ногу на плечо рабыни, садистка прижалась к ней вплотную промежностью и включила на телефоне таймер.

– Вперёд!

Сати покорно высунула умелый язычок с пирсингом на самом его кончике и слизнула уже выступившие солоноватые соки женщины. Разгладила складочки половых губ, погрузилась во влагалище, а затем, обхватив губами всю вульву, начала посасывать клитор. Слушая благостные вздохи наслаждающейся Абигейл, она с мучительным разочарованием ощущала, как её собственная вагина постепенно теряет пик возбуждения, оставляя лишь тяжёлое, тянущее чувство неудовлетворённости.

Абигейл придвинулась ближе, зажимая голову секс-игрушки между прутьями клетки и собственным пахом так, что бедняжка смогла едва дышать, уткнувшись в её пизду.

– Поглубже, поглубже, дружок, – приглушённо шептала садистка. – Прямо пролезь в меня своим язычком… ах, молодец!

Захлёбываясь в текущей на щёки и глаза густой смазке, Сати добросовестно пробовала на вкус указанную дырочку. Запах чужой распалённой пизды дурманил ей разум, заставляя тем исступлённее служить, чем больше ей самой хотелось того же. Наконец, Абигейл блаженно отстранилась, поглаживая себя по грудям.

– Хорошо тебя Саргон вышколил. Послушная и старательная, – объявила свою оценку она приходящей в себя пленнице. – Ну-ка показала своё блядское место.

– Пожалуйста, дайте мне тоже кончить, один разочек! – залепетала рабыня.

– Вот придёт хозяин, и ты сразу кончишь, как от только он тебе вставит, – рассмеялась Абигейл.

Взяв вибратор, она прислонила его к лобку Сати, водя кругами по гениталиям и постепенно приближаясь к клитору. Стоило ему уткнуться в бугорок, как та часто-часто задышала, стоная.

– Какая ты быстрая! Нет-нет, давай, налейся желанием. Покажи, как ты его хочешь, – остановила её Абигейл, перемещая инструмент ниже, к сочащемуся влагалищу, и размазывая по ягодицам соки.

Она дождалась, пока клитор как следует набухнет, высовываясь из-под капюшона, и пока алое отверстие призывно не раскроется, как сердцевина цветка. Вновь потирая вибратором самую чувствительную точку, Абигейл внимательно наблюдала, как извивающаяся перед ней рабыня стонет, с каждым новым разом поднимаясь на тон выше.

– Нет, нееет! – горько заплакала Сати, когда её вновь оставили без кульминации. Она судорожно свела ноги, в отчаянии пытаясь потереться ими. – Д-дайте мне кончить, – дрожащим голосом попросила наконец она.

– Нет, сегодня ты будешь без оргазма, – Абигейл только снисходительно улыбнулась, как улыбаются ребёнку. – У такой шлюшки, как ты, нельзя идти на поводу. Тебя можно только использовать и заботиться о твоём состоянии, что я сейчас и делаю. Давай, дружок, работаем.

И женщина взяла в руки кисточку. Нервно всхлипывая, Сати нехотя открыла бёдра.

– Ну что ты как стесняешься. Пошире.

– Только нежно, нежно, пожалуйста… ай! – залепетав, рабыня пискнула, когда щетина задела колечко клиторального пирсинга. – О-он уже слишком чувствительный!

– Сати, повторяй за мной: вдох-выдох, – успокаивающе протянула Абигейл, пока кисточка гуляла по мокрой промежности. – Ещё раз. Так, дыши… Прислушивайся к ощущениям, вбирай их в себя.

Подбирая дорожки соков, тоненький инструмент пробегал по распалённой коже – чуть покалывая и в то же время стократно усиливая ощущения. Вот он снова поиграл со сверкающим колечком, вот пощекотал в паху, вызывая у несчастной трепет.

– Хватит… – попросила она.

– Терпи.

– Я… мне уже достаточно. У меня не будет больше галлюцинаций. Можно мы уже закончим, госпожа?

В ответ Абигейл лишь мило захихикала, вновь теребя щетиной клитор, отчего Сати протяжно застонала.

– Но ты ведь ещё хочешь.

– А-а-ах! Я сейчас сойду с ума!! – Пленница выгнулась, насколько это позволяли оковы, пока кисточка уже целенаправленно и неспешно поглаживала только её саму чувствительную точку. – О-ох! Я кончу… Я сейчас кончу… Да, пожалуйста!

Она оборвалась в безмолвном крике, пока её орган требовательно подёргивался, оставленный в одиночестве. Подвывая от разочарования, рабыня в ужасе уставилась на свою раскрасневшуюся промежность, точно могла помочь ей взглядом.

– Давай-ка сделаем перерывчик, – Абигейл сладостно потянулась, раздвигая ноги.

Шмыгая, секс-игрушка приступила к своим прямым обязанностям. К тому времени, как она закончила, облизывая натруженные губы, возбуждение её вновь спало. Безвольно повиснув на запястьях, которые пронзило болью, рабыня лишь протяжно вздыхала.

– Ну что, сможешь ещё раз? – поинтересовалась Абигейл.

– Я не знаю… – покачала головой Сати.

– Ну, давай попробуем.

Снова взяв вибратор, женщина вогнала его во влагалище, включив на минимальную скорость, а пёрышком принялась щекотать соски и живот жертвы, иногда даже сама их посасывая. Поначалу ничего не получалось: несчастная рабыня стала слишком чувствительной, и любое внимание было неприятным. Она лишь хныкала, поджимая пальцы на лодыжках, пока Абигейл переключала в ней режимы, и сжималась, стоило перу подобраться к паху. И все же спустя некоторое время упорных трудов и умелой ласки Сати начала подаваться вперёд.

– Готовишься к своему последнему оргазму?

– Я не знаю, не знаю… – прошептала, полубезумно водя взглядом, Сати.

– Ну ничего, мы не спешим.

Перо порхало и порхало, едва задевая нежную кожу, и тело рабыни напрягалось, приходя в готовность… когда она начала пронзительно вскрикивать, Абигейл выключила стимулирующий вагину вибратор. Подождала немного, затем аккуратно вытащила его – горячий, влажный, пока по щекам рабыни катились слёзы.

– Ну вот и всё, теперь ты будешь в порядке, – удовлетворённо объявила Абигейл. – Однако в этот раз ты не выдержала нормативов: не довела меня до оргазма за десять минут. Придётся напомнить тебе, какова цена небрежности.

И без того затравленная рабыня побледнела, как полотно:

– Я же старалась! Госпожа! Этого не может быть!

Абигейл показала ей запущенный во второй раз таймер:

– Десять лишних секунд. Видишь? Так что вставай на колени. Или, если хочешь, оставайся так, мне, по правде говоря,