Курс 1. Декабрь - Гарри Фокс

— Да, — перебила она, и в её голосе прозвучала плоская, неопровержимая констатация. — Ей даже плевать, что ты теперь наследный принц. Она хочет тебя. И всё тут. Как какую-то редкую игрушку, которую у неё отняли.

— Ох, — я выдохнул, и этот звук был полон такой безнадёжной усталости, что мне самому стало неловко. — Надоели. Все только и видят во мне теперь или титул, или угрозу, или… добычу. Достало уже.

Лена повернула голову, изучая меня через струйку дыма.

— А кому не хочется? — её голос прозвучал цинично, но без злобы. — Всю жизнь сидеть на шее у империи, ничего не делать, только наслаждаться. Жить в кайф. Вот все и стремятся тебя соблазнить, пригреть, приручить. Логично.

— Но ты же… не хочешь, — предположил я, глядя на её отстранённое лицо.

Она усмехнулась, коротко и беззвучно.

— С чего это вдруг? Ты, конечно, не в моём вкусе — слишком много драмы, слишком много проблем на квадратный дюйм. Но от жизни обеспеченной фаворитки, которая может тихо пить дорогое вино и ни о чём не париться… я не откажусь. Это же не глупость, а здравый смысл.

— Бля, Лен, — я застонал, потирая лицо ладонями. — Только ты не начинай. Мне и так тошно.

— Что, стесняешься? — её улыбка стала шире, игривой. — Или в твой будущий гарем, как в газетах пишут, пускают только девственниц высшего сословия?

— Нет! Мне пофиг на это всё, — я взорвался, но беззлобно. — Просто… хочу немного, понимаешь? Просто отдохнуть. Без интриг, без подковёрных игр, без этого вечного чувства, что тебя хотят использовать.

Лена докурила, бросила окурок под ноги и раздавила его каблуком. Потом посмотрела на меня серьёзно, почти по-деловому.

— Слушай. Если там, в этих твоих будущих «десяти местах», будет одно свободное… оставь его мне. Честно. Я буду тихо сидеть в своей комнате, читать книги, пить вино и абсолютно не буду лезть тебе в жизнь. И другим не дам. Буду как… тихий, полезный компаньон. Мешать не буду.

Я фыркнул, невольно представив эту картину. Лена, в халате, с бокалом, равнодушно наблюдающая, как вокруг меня кипят страсти.

— Ха. Забавно звучит. Как реклама «спокойной гаремницы».

— Тебе забавно, — её голос внезапно сник, стала плоским и усталым. — А я… я плохо учусь, Роберт. Магия у меня средняя, способности так себе. Мужа нет, да и не предвидится — кому нужна девушка без состояния и блестящих перспектив? А следующий год — последний в академии. И я честно не знаю, что мне делать дальше. Куда идти. — Она посмотрела куда-то поверх моего плеча, в темноту переулка. — Так что для меня это не шутка. Это… вариант. Один из немногих.

Её слова повисли в холодном воздухе, внезапно лишив нашу странную договорённость налёта циничной игры. За насмешливой маской проступила простая, человеческая неуверенность в завтрашнем дне. И в этом свете её прагматичное предложение обрело совсем иной, более грустный смысл.

Я тяжело вздохнул, и моё дыхание превратилось в белое облачко в холодном воздухе.

— Лен, я с двумя официальными жёнами-то ещё не разобрался. Не знаю, как с ними быть. Эти две бестии — одна с ледяным взглядом, другая с вампирскими замашками — они меня или съедят, или прикуют к трону на цепь. А ты про какое-то место…

Лена чуть улыбнулась, но в её глазах не было насмешки. Была странная, усталая серьёзность.

— Роберт. Вот серьёзно. — Она сделала шаг ближе. — Можно мне занять одно место? Самое низкое, самое незначительное? Мне правда больше предложить нечего. Только… это. И обещание не создавать проблем.

Я задумался. Сказать, что Лена — подруга? Нет, мы никогда особо не общались. Так, мимолётные разговоры в компании. Но она только что выручила. Помогла. И в её предложении была какая-то… простая, безэмоциональная логика. Свой человек, который не будет мутить воду, не будет строить козни. Который будет просто… там. В этом безумии будущего двора это могло быть ценно. Я даже…

— Роберт, ну что ты молчишь? — её голос вырвал меня из раздумий. — Тебе подумать надо? Или… — в её голосе снова появился знакомый, язвительный оттенок, — представил меня голой?

— Кхм! Что? — я отпрянул и почувствовал, как жар разливается по щекам. Чёрт, точно не от мороза. — Даже не думал об этом! О другом! Но вот сейчас… бля, Лена. Теперь подумал.

Лена рассмеялась, прикрыв рот ладонью, и её глаза блеснули в темноте.

— А что именно подумал? — спросила она, слишком невинно.

— Лен, я же просил… ах, чёрт. Давай я лучше карету вызову, а то что-то холодает сильно, — пробормотал я, пытаясь отстраниться и совладать с внезапным хаосом в голове и ниже.

Но она не дала. Она подошла вплотную. Её рука, быстрая и точная, скользнула вниз и схватила меня через ткань брюк в самом уязвимом месте. Её пальцы нежно, почти исследующе, начали ласкать. А её губы прижались к моему уху, и я почувствовал лёгкий укус, прежде чем она прошептала тёплым, влажным шёпотом:

— Подумай этой ночью обо мне. Я тебе пришлю парочку… фотографий. Чтобы ты смог оценить товар лицом. А если захочешь попробовать… ну, чтобы убедиться… то попробуешь. Хорошо?

Она чмокнула меня в щеку, оставив лёгкое, помадное пятно, и, прежде чем я успел что-то выговорить, развернулась и скрылась в двери клуба, оставив меня одного в холодном переулке с полустоящим членом и кашей в голове.

Мысли начали драться, как пьяные гладиаторы:

Секс. Трахни её, Роберт. Просто трахни. Она же сама предлагает. Она не будет требовать ничего, кроме места у твоего очага.

Нет, Роберт. Ты — будущее империи. Нельзя звать в гарем первую, кто слезно попросит или… потрогает. Нельзя.

Роберт, ты власть. У тебя будет десяток фавориток. Ты можешь попробовать всех, прежде чем выбрать. Это твоё право. Право сильного.

Нет! Мы должны быть выше этого! Выше животного желания!

Нет! Мы великий трахарь! Мы должны…

Я… я магистр трахаведения… что? Нет!

Я замотал головой, словно пытаясь вытрясти из неё этот абсурдный внутренний диалог.

— Ух, — простонал я вслух. — Холодно же, блин.

Я развернулся, намереваясь пойти к главной улице, чтобы поймать экипаж. И чуть не врезался в кого-то.

Прямо передо мной, прислонившись к стене, стоял парень. Высокий, жилистый, в кожаной куртке. Маркус