Колыбельная бури - Крис Войт

Худой и задумчивый, он словно прошел настолько длинный путь, что его даже невозможно охватить взором. Я вспомнила, откуда знаю этот голос. Человек, который говорил со мной на Турнирной неделе в темном парке. О судьбе, о дороге, что проходит через сердце. В Академии Дартар разговаривал совершенно иначе — с более живыми интонациями, даже тембр был другим. А сейчас голос точь-в-точь как тогда.

— Зачем я вызвал бурю? По тем же причинам, по которым ты призвала ее. Мне казалось, что это единственный разумный вариант. Да, конечно... думаю, у нас у всех были очень веские причины.

Я зло вздохнула, сжав подлокотники кресла и подаваясь вперед, ближе к этому человеку.

— Что вы все несете?! Я не создавала эту бурю, я не...

— Конечно, нет, — устало и ласково улыбнулся мне мужчина и принялся за еду. — И тем не менее именно мы ее сотворили.

Дартар вдруг снова улыбнулся и пронзительно глянул мне прямо в глаза.

— Натаниэль бы все понял раньше нас всех. Он чувствовал такие вещи, видел насквозь. Он бы выиграл нам время. Поешь, разговор будет долгим, если, конечно, ты не станешь тратить силы на бесполезную драку.

Я вдруг вновь ощутила холод, словно подсознательно уже начала догадываться о произошедшем, смутно и едва ощутимо. Я медленно взяла тарелку с едой и принялась есть горячую мясную похлебку, но она не смогла убрать этот липкий холод внутри меня.

— Бессердечные, беспечные маги вызвали эту бурю, — тихо проговорила я, вспоминая слова дхарке. — Все не так, как мы думали. Все не такое, как нам виделось, верно? Натаниэль видел мир другим, словно с иного ракурса. Все не так банально и просто, как кажется.

Мужчина напротив кивнул, разломил напополам булочку с хрустящей корочкой и отдал мне часть. Наркис все еще спал под волей Колыбельной и не реагировал на наш разговор. Куб покоился на его коленях.

— Все началось с небольшого мира рядом с Барией, около пятнадцати лет назад, — начал Дартар. — Этот мирок был давно захвачен Атроном и служил им кормушкой долгие годы. Я родился в этом месте, прошел обучение в Академии и однажды я вернулся домой, чтобы скинуть иго Атрона и освободить свой народ. Как и предрекали легенды, как говорилось в видениях жрецов — избранный небом защитник изгонит врага и освободит страну от гнета захватчиков. Я был великим архимагом, который на высший балл закончил Академию. Меня сравнивали с прошлым золотым веком магии и теми самыми Звездами Звездного. С вами.

Я почувствовала, как у меня пересохло в горле, и глотнула остывающей похлебки. Мужчина же сидел, глядя на пламя в очаге, забыв про еду и тарелку в руках.

— Я победил, хотя против меня вышли огромные армии врага. Этих варваров были легионы, а я только один. Но я был архимагом, надо мной пылали небеса, а пророчества твердили мое имя. И я победил. Все поля от Южных гор до Белой реки были заполнены трупами атроновских воинов. Народ ликовал и верил, что все станет хорошо. Ни один захватчик не придет, не осмелится прийти на наши земли...

— Что же случилось? — тихо спросила я.

— С моей страной случилась страшная беда. И имя этой трагедии — Дартар. Все началось через год после моей победы. В реках не осталось рыбы, поля постепенно высыхали, почва превращалась в пыль. Я винил во всем засуху, я призывал свои силы и поливал посевы. Но это привело лишь к тому, что все поля стали гниющими болотами. Птицы покинули наши края, и даже древние леса стали сохнуть на корню. Народ стал голодать, а после... они все ушли, искать лучшей доли и более благоприятной местности. Ушли недалеко, они стали рабами Атрона, неприкасаемыми. И просили меня больше не вмешиваться в их судьбу и никогда не спасать впредь.

Я ушел, прочь с этих гиблых земель. Вернулся в Академию с требованием мне все объяснить, ведь в пророчествах не было ни слова о том, что после победы над врагом, мой мир рухнет. Мастер Иордан был в те времена деканом Высших Сфер, он разрешил мне сидеть в библиотеке до тех пор, пока я не найду ответ. Никто не знал, не понимал, что случилось. Говорили, иногда после великих битв так бывает, но подобного раньше не происходило — максимум на один сезон засуха или полгода дождей. Я изучил все, что мог, но нашел слишком мало. И отправился в странствия, чтобы отыскать ответ.

Вдруг исповедь Дартара прервал хриплый голос моего брата:

— Все дело было в энергиях, в дисбалансе, вызванной магией. Архимаги берут энергию из мира вокруг, — слова Наркиса заставили и меня, и декана удивленно уставиться на парня. Он спокойно сел по-удобнее в кресле, положил Куб на стол и тоже налил себе похлебки. — Заем небольшого объема энергии восполняется миром и даже не ощущается. Но работа архимага слишком огромна и обширна. Вы воевали с врагом несколько дней и все время на магии. Вы вытащили для своих атак слишком много энергии. В топку пошли не просто стихии, а все жизненные соки из мира. Отсюда и умирание природы.

Я пораженно глянула на Наркиса, но тот лишь пожал плечами.

— Я давно искал нечто подобное. Но без истории об истощенном мире не мог нащупать правильный ответ. Буря реагируют на магию, значит ее вызвала не магия, но все-таки магия. Вы все думали о том, что это проклятье. Но почему никто не предположил, что это глобальный катаклизм? Просто вы привыкли к магии, которая объясняет все на свете. А я специализируюсь больше по аномалиям или на необычном поведении окружающей среды. Буря устремляется туда, где есть энергетический вакуум, заполняет собой пустоту, как воздух стремится утечь в открытый шлюз.

Дартар раздосадованно хмыкнул и уставился в свою чашу.

— Я искал этот ответ пять лет. Но вы правы, юный принц, дело в энергиях. Раньше никогда не было столько архимагов. Но последние двести-триста лет стали слишком плодородными для великих волшебников. Сильных, бессердечных, беспечных. Ведь было так много пророчеств, захваченных государств, обещанного освобождения от гнета тиранов. И мы все шли за светом своих звезд, спасать наши миры, выполнить волю судьбы. Мы вызвали дисбаланс в мире и буря пришла.

Мы некоторое время молчали.