Дневник благодарности - Наталья Куценко

— Ага. Это ты щас так говоришь, — самодовольно улыбается Андрей. Но разговор об экзаменах ему уже, видимо, надоел, так что он снова переключается на меня. — А ты последнее обновление смотрел?

Я даже не сразу понимаю, о чем он.

— А, нет пока.

— Бли-ин, жалко. Там такой босс прикольный, с него чертеж падает, из которого потом себе клевую саблю можно сделать.

— Ага, — я киваю. Мда, вот она тема, по которой мы и сошлись тогда. Игры. Только вот я уже больше полугода не садился за них, и, если честно, порядком забыл, что же там было. Андрей еще что-то говорит, запихивая в рот последний пирожок, когда Сашка дергает меня за рукав:

— Пойдем, пара скоро, а нам еще на первый пилить.

— Ну пока. Ты если заглянуть надумаешь, пиши, покажу тебе как этого босса найти, — Андрей машет нам, а я просто киваю.

— Вот пристал, — бурчит Сашка, а я только невесело усмехаюсь.

Мне не нравится столовая не только из-за шума или запахов. Главная причина вот в таких вот встречах. Уже не раз я натыкаюсь на своих бывших сокурсников, и Андрей, на самом деле, не худший вариант.

— Забавно, — говорю я. — В прошлом году они меня практически не замечали.

— Мне Лена, которая в общаге живет, говорила, что когда… В общем, в прошлом году большой переполох был. Так что тебя тут, походу, надолго запомнили.

Надеюсь, Сашка ошибается, и уже скоро обо мне забудут. Но пока что, я постоянно ловлю на себе их заинтересованные взгляды, мне все кажется, что они обсуждают меня за спиной, а некоторые даже подходят и интересуются, как у меня дела. Год назад это, наверное, жутко меня бы бесило. Мне и сейчас не нравится, но есть в этом и что-то забавное.

Со стороны преподавателей это особое отношение тоже иногда чувствуется. Мне кажется, что некоторые из них просто не знают, как меня воспринимать. Я вроде и отличником не был, но и типичным второгодником меня не назовешь. Кто-то общается со мной строже, кто-то мягче, но и тут я четко вижу разницу, что для них я не просто новый безликий первокурсник, которым можно сказать: «Вы первую сессию переживите, а потом посмотрим».

— И все-таки здорово, что мы теперь вместе учимся, — говорит Сашка и улыбается.

С ней, в общем-то, не поспоришь. Конечно, мне не так одиноко, как было в прошлый раз, да и ее отец частенько нас подвозит, так что не приходится трястись в маршрутке. Только вот я никак не могу избавиться от чувства, что я нахожусь под чутким надзором. И этот странный взгляд у Сашки, который я иногда на себе ловлю, такой грустно-жалостливый, и то, что она частенько не договаривает фразы, когда речь касается событий прошлого года, все это каждый раз вызывает странное чувство загнанности. Будто я попал в ловушку. Снова. Только на этот раз вроде как добровольно.

***

С третьей пары нас отпускают немного раньше и несколько ребят, живущих не в общежитии, а в городе, предлагают пройтись по парку к дальней автобусной остановке. Меня и Сашу тоже приглашают. Мне не очень хочется идти, но Сашка умоляюще смотрит на меня, и я соглашаюсь. В конце концов, чего я хандрю? Погода на редкость теплая для конца сентября, Сашка явно хочет подружиться с однокурсниками, а я… Мне, наверное, тоже стоит, раз мне здесь еще учиться пять лет.

Нас собирается человек девять: кроме меня и Сашки еще трое парней и четыре девчонки.

А погода и вправду прекрасная: яркое солнце, невероятно синее, чистое небо. Мы неспешно спускаемся по алле к длинным клумбам с розами. Я вдыхаю свежий воздух и стараюсь изгнать те странные мысли, что преследуют меня целый день. Если бы они имели запах, наверное, от них пахло бы сыростью, холодом, влажными камнями. Они напоминают мне бесплотных призраков, которых можно заметить только на долю секунды, краем глаза. Но здесь, под солнечным светом, начинают таять даже воспоминания о них. Дома, во втором снизу выдвижном ящике стола, лежит визитка, которую мне дал психолог. Но стоит ли звонить из-за такой ерунды? В конце концов, что я, маленький? Эти мысли и странные «призраки», они ведь вовсе не страшные. Разве я не справлюсь с ними сам? Может, все не так уж и плохо? То, что происходит сейчас, заметно отличается от прошлого года. Я больше не чувствую себя таким уж изгоем, ну а то, что скучно, так не мне одному. Вряд ли вообще можно найти этот некий идеальный факультет, где мне было бы интересно абсолютно все. Разве так, вообще, бывает? Так или иначе, ты все равно столкнешься с рутиной. Если не сейчас, так через пять лет, когда нужно будет искать работу. Может, мне просто стоит расслабиться? Спокойно прожить эти пять лет, наслаждаясь такими вот моментами беззаботности и свободы, как и говорил мне Вадим месяц назад — в полной мере насладиться так называемой студенческой жизнью, которая «бывает только раз».

— А вы в следующую пятницу на посвящение первокурсников пойдете? — Вопрос Лены вырывает меня из раздумий.

— Не знаю, — я пожимаю плечами, вопросительно глядя на Сашку. — Я в прошлом году был.

— Да ладно, пойдемте, весело ведь будет, — подключается к Лене Паша.

— Я бы пошла, — Саша умоляюще смотрит на меня. Я невольно вспоминаю прошлый год, как мы завалились в прокуренный клуб, как я тогда в первый раз в жизни попробовал что-то крепче пива, и как мне потом стало плохо. Мда, тогда я лучше вливался в подобные компании. А сейчас не курю, пить тоже особо не хочется, да и вообще вся эта музыка… Но Сашке интересно, я вижу это по ее глазам. Еще бы, для нее это точно в первый раз.

— Соглашайтесь, — говорит Максим, — оторвемся хоть от предков. Вот круто тем, кто в общаге живет, никакого тебе контроля. А у нас что? Универ и сразу домой. Ну, что скажите?

Эта фраза про родителей явно не нравится Сашке, я вижу, как улыбка ее тускнеет. Да, все же в последнее время она слишком осторожничает со мной. Мне даже немного обидно.

— Хорошо. Мы придем, — киваю я.

Мне вовсе не хочется, чтобы Сашка шла туда одна, вряд ли ей все это понравится, и мы задержимся там ненадолго, к тому же на подобные мероприятия приходят и старшекурсники, а у них есть такая дурная привычка спаивать младших. Да и ее родителям, наверняка, будет спокойнее, если мы пойдем вместе.

Когда мы собираемся расходиться, нам с Сашкой до нашей остановки надо еще немного пройти, Лена тормозит мою подругу и что-то шепчет той на ухо. Я жму руки парням, и вижу, как Сашка краснеет, и начинает яростно мотать головой.

— Ну что, идем? — окликаю я ее, и уже чуть позже, когда мы отходим, все же спрашиваю. — Что она от тебя хотела?

— Да так, ерунда всякая, — отмахивается она, неосознанно прикладывая ладонь к горящим щекам.

Если быть честным, я вполне могу представить, о чем таком могли говорить девчонки, чтобы потом так краснеть. Вариантов много, но все по сути об одном — о парнях. Я даже вполне уверен, о ком конкретно спрашивала ее Лена. Только вот эти мысли не вызывают у меня ни смущения, ни чего-либо еще. Странно, я точно уверен, что в прошлом году я бы сам моментально покраснел, стоило бы мне только подумать о таком. Но сейчас меня это не волнует. Может, я взрослею наконец?

А когда мы уже подходим к нашему дому, Сашка вдруг говорит задумчиво:

— Знаешь, ты… Все-таки ты какой-то другой.

— М? Ты о чем?

— Не знаю, — она пожимает плечами. — Просто другой. Ты как из реабилитационного центра приехал, так тебя не узнать. У тебя там случилось что-то?

— Да что там могло случиться? — смеюсь я. — Разве что от скуки чуть не помер. Там же даже поговорить было