Фантастика 2026-148 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

— Спасибо, дорогая! — крикнул я ей.

— С тебя новая шуба! — отозвалась она, прячась за обломком стены. Аура из фиолетовых бабочек и цветков полетела следом за хозяйкой.

Я воспользовался заминкой и призвал Лезвие Бездны обратно в руку. Битва продолжалась. Мы метались по всему полю боя, разрушая все на своем пути.

И тут я увидел Эмми. Моя рыжая ученица была в ударе. Она стояла на вершине холма из запеченных монстров, и вокруг нее бушевал настоящий огненный шторм. Ее волосы развевались, превратившись в языки пламени, а очки-сердечки чудом держались на носу.

— Горите, гады! — кричала она с азартом пиромана. — Барбекю по-техасски! В америке рецепт узнала! Специи — порох и чистая ненависть!

Она поливала врагов потоками огня, сжигая тварей Бездны сотнями… тысячами. Это было красиво и страшно.

— Неплохо, — оценил Осколок, телепортируясь рядом со мной. — Но она тратит слишком много сил, скоро выдохнется.

— Она тебя переживет, — пообещал я, нанося рубящий удар.

Он парировал его искажением пространства, и мой меч прошел сквозь него, как сквозь дым, не причинив вреда.

— А это кто? — удивился Осколок, глядя куда-то в сторону.

Я проследил за его взглядом. Настя. Моя саркастичная, умная Настя. Она стояла посреди хаоса с закрытыми глазами, и ее руки чертили в воздухе сложные, ломаные знаки. Тень вокруг нее сгущалась, обретая плотность и знакомую форму. Тень росла, вытягивалась, обрастала деталями. И через секунду рядом с Настей стоял… Громовержец.

Точнее, его точная теневая копия. Доппельгангер. Он был чуть меньше оригинала, и он был полностью черным, сотканным из теней, но у него был тот же скипетр, та же борода и та же неуемная ярость.

— Взять их! — скомандовала Настя, указывая на строй золотых колесниц.

Громовержец-Доппель взревел и бросился в атаку, врубаясь в ряды врагов и разбрасывая их как игрушки.

— Клонирование Бога? — Осколок удивленно поднял бровь. — Впечатляет. Твои девки не так безнадежны, как я думал. Но этого мало.

Земля снова содрогнулась, на этот раз так сильно, что мы оба едва устояли на ногах. Сверхсущность, окончательно обезумев от боли, начала лупить всеми щупальцами по земле в ритме предсмертной агонии.

Бах. Бах. БАХ!

От этих ударов ткань реальности, и без того тонкая в Мире Мертвых, начала с треском рваться. В воздухе появились уродливые черные трещины, из которых потянуло холодом. Абсолютным, космическим холодом Бездны.

— Останови ее! — заорал Осколок. — Она ломает мир! Бездна сейчас…

Его голос потонул в грохоте. Я не хуже Осколка понимал угрозу. Но сделать ничего не мог.

Трещины расширялись, и из них полилась черная жижа. А следом полезли Они. Новые твари. Не те, что были в армии Осколка, не искаженные животные или мутанты. Это были куски первозданного Хаоса. Бесформенные, многоглазые, зубастые кляксы с самого дна Бездны, которые меняли форму каждую секунду. Они не подчинялись никому, ни Осколку, ни Громовержцу. Они просто хотели жрать. Третья сила вступила в игру.

Дикая Бездна. Мусорщики. Они пришли на запах крови.

Твари набрасывались на всех без разбора: на призраков Аймоса, на золотых воинов Громовержца, на нас. Поле боя превратилось в кровавую свалку.

— Мне это надоело! — Осколок посмотрел на меня с холодной ненавистью. — Пора заканчивать этот цирк.

Он поднял обе руки.

— Искажение! Максимум!

Пространство вокруг нас закрутилось в бешеной центрифуге. Нас вырвало из гущи боя и перенесло на относительно спокойный пятачок земли, окруженный бурлящими разломами.

— Только ты и я, — сказал он. — Финал.

Мы бросились друг на друга, используя все оставшиеся резервы. Я видел его удары до того, как он их наносил, я уходил из-под атак, контратаковал, резал его плоть и броню. Синхронизация давала мне преимущество, я был быстрее, я был злее. Осколок начал уставать, его регенерация замедлилась, и мои удары достигали цели все чаще.

— Сдавайся! — крикнул я, нанося рубящий удар сверху.

Он поставил блок, но его колени подогнулись от силы удара.

— Я… не могу… проиграть… — прохрипел он. — Я — совершенство!

— Ты — глюк! — я ударил его ногой в грудь, отбрасывая назад. — Ошибка в коде! И я тебя сотру!

Я загнал его в угол. За его спиной бурлил Разлом, из которого лезли твари. Осколок тяжело дышал, он был весь изранен, его плащ висел лохмотьями, а маска противогаза была разбита, открывая безумное, окровавленное лицо.

Он огляделся затравленным взглядом. И его взгляд упал на Эмми. Она была недалеко, отбивалась от стаи диких тварей огнем. Она устала, ее пламя тускнело. В глазах Осколка мелькнуло что-то гадкое и торжествующее.

— Нет, — прошептал я, понимая, что он задумал.

Но я не успел. Он телепортировался. Вспышка — и он возник за спиной Эмми. Она даже не успела обернуться.

Осколок схватил ее за горло, его отросшие когти впились в нежную кожу. Острый конец уперся в вену.

— СТОЙ! — заорал он мне.

Я замер как вкопанный. Мой меч застыл в воздухе. Все замерли. Даже твари Бездны, казалось, притихли, чувствуя напряжение момента. Эмми захрипела, пытаясь вдохнуть, и в ее глазах был страх.

— Отпусти ее, — сказал я тихо. — Это между нами.

— Конечно, между нами, — ухмыльнулся Осколок. — Но мне нужна страховка. Брось меч.

— Не делай этого, Костя! — просипела Эмми. — Бей! Не думай обо мне!

— Заткнись, мясо, — Осколок надавил когтями сильнее, и по шее Эмми потекла тонкая струйка крови. — Бросай меч, Эстро. Или я