Обыкновенные монстры. Из пыли и праха - Дж. М. Миро

Спустившись по грубой лестнице, они свернули налево и прошли через помещение, наполовину заполненное водой. Чарли уже потерял всякое представление о том, где они находятся. Аббатиса свернула в узкий коридор, который он сперва не заметил, и они спустились еще глубже. Здесь вдоль известняковых стен выстроились саркофаги, над которыми на полках лежали кости.

— Каменоломни тянутся на многие мили, — сказала Аббатиса. — Но эти туннели, по которым мы сейчас идем, расположены в стороне от остальных. До орсина отсюда не добраться, разве что через сад сверху. Здесь вполне безопасно.

Она подняла факел, чтобы получше рассмотреть его лицо, и в глазах ее отразилось пламя.

— Любопытно, насколько испорченная пыль изменила тебя…

— Вам… что-то об этом известно?

— Я живу дольше, чем существует половина стран Европы, дитя. Ты не первый талант, зараженный пылью другра. Однако дар твой теперь будет другим. Чувствуешь ли ты, что в тебе живет кто-то другой? Как будто на твоей руке лежит чужая, направляющая тебя?

— Да, — ответил Чарли.

— Хм-м, должно быть, это не очень приятно.

Но в голосе Аббатисы не было сожаления или страха, напротив, она казалась довольной.

Чарли не знал, что ей известно о его способности притягивать пыль, пусть и неразвитой и непрактичной, или о его снах, казавшихся такими реальными. Не знал, есть ли у нее свои подозрения, какие были у Комако, и известно ли ей о пророчествах испанского глифика. Он осторожно сжал кулак — запястье пронзила горячая колючая боль. Испорченная пыль под его кожей слабо засветилась; и он потянул за рукав, чтобы скрыть ее.

Наконец Аббатиса замедлила шаг.

— Вот мы и пришли, — сказала она глухо.

Проход заканчивался у стены. В известняк была вделана небольшая железная дверь, словно предназначенная для ящика с углем или какой-то древней детской тюрьмы. Рядом с ней стояла маленькая послушница с низко надвинутым на голову капюшоном, скрывавшим черты лица. В руках она держала блюдце со свечой, горевшей жалким оранжевым огоньком.

С видимым напряжением женщина достала из-за пазухи тяжелый железный ключ и открыла дверь. Все это выглядело зловеще, и Чарли остановился в нескольких шагах от нее, с недоумением поглядев на Аббатису.

— Я туда не пойду, — сказал он твердо. — Ни за что.

Аббатиса повернулась. На фоне грубого потолка ее лицо казалось еще более мрачным.

— Ты боишься, дитя?

— Да, — признался он.

— И чего же именно ты опасаешься? — ее голос опустился до шепота.

Чарли против воли содрогнулся. Из открытой двери повеяло холодком. Тьма внутри была кромешной. Он вдруг ощутил всю массу нависшего над ними камня. Но ведь он хаэлан и отчасти повелитель пыли, так что эта женщина вряд ли сделает ему что-то плохое, какой бы могущественной она ни была. Запертая камера его не удержит. Как не удержат и раны.

Но Аббатиса просто провела факелом перед собой, словно раздвигая тьму широкими плечами, и сказала:

— Успокойся, Чарльз Овид. Я лишь хочу показать кое-что лично тебе, чтобы мы понимали друг друга.

— Это как-то связано с орсином? Со способом его распечатать?

— Это связано с твоим отцом.

Чарли замер. Тени в глазницах и под носом придавали женщине чудовищный вид, словно сквозь человеческое лицо проглядывал другр. Но это была всего лишь Адра Норн, хаэлан, прожившая слишком много лет и ставшая такой же жестокой и бесчеловечной, как и ее брат Генри Бергаст. Чарли вдруг остро осознал это и понял, что с ней следует соблюдать осторожность. Она же тем временем внесла горящий факел в дверной проем и скрылась внутри.

Чарли, насторожившись, последовал за ней.

За дверью оказалась на удивление широкая галерея. В свете факела виднелась дальняя стена, сделанная из костей. Потолок здесь был более высоким и куполообразным, так что Аббатиса смогла наконец-то выпрямиться в полный рост. Она установила факел на кронштейне рядом с дверью. Посреди пола на несколько футов возвышался каменный колодец, непохожий на орсин. Вокруг колодца был выложен сложный узор из костей, рядом набросана тяжелая куча древних цепей, а над водой виднелась железная скоба с лебедкой и крюком. Поверхность воды была черной и неподвижной.

— Я знала твоего отца, Чарльз, — сказала Аббатиса, повернувшись к нему спиной. — Мы разделяли с ним много убеждений.

Она пересекла помещение, сняла с полки череп и почтенно подняла его двумя руками.

— Нет… — в ужасе прошептал Чарли.

Аббатиса рассмеялась. Голос ее казался неестественным и недовольным.

— Нет, твоего отца здесь нет.

Она сжала руку — и череп разлетелся белым облачком пыли. Обломки костей и зубы посыпались на пол, словно мелкая галька.

— Скажи, Чарльз, с собой ли у тебя артефакт?

Чарли невольно потянулся к шнурку на шее и слишком поздно осознал, что делает, увидев блеск в глазах пожилой женщины.

— Ну ладно. Так что ты знаешь о своем отце? Мистер Ренби сказал тебе, что он был вором? Изгнанником?

Помедлив, Чарли кивнул.

— Не верь слухам. Твой отец не был трусом. Он намеренно отправился в Водопад, чтобы завоевать доверие Джека Ренби и найти тот артефакт, который ты носишь с собой. Я бы сказала, чтобы вернуть его себе. Он с самого начала принадлежал ему по праву. Ну, а какой у него оставался выбор, когда он понял, кем является? Встреча с твоей матерью, твое рождение — вот в чем заключалась его ошибка. Не пожелай он защитить вас обоих, то был бы жив до сих пор. Не пожелай он взять вас с собой, отправляясь на поиски Гратиила… — Аббатиса помолчала, в глазах ее отразилась глубокая забота. — Ах, дитя… Разве ты до сих пор не понял, кем был твой отец?

Чарли в волнении провел языком по губам. Он понимал, что какой бы ответ он ни дал, тот все равно будет неправильным. В памяти его вдруг всплыли слова матери о его отце. О том, как сильно она его любила. Что бы Аббатиса ни говорила, этого уже не отнять. Еще он вспомнил предупреждение Элис о том, что ни в коем случае не нужно доверять этой женщине, которая способна искажать правду тысячами способов, пока та не станет походить на ложь.

— Твой отец происходил из того же рода, что и Аластер Карндейл, — сказала Аббатиса, пододвигаясь ближе к нему. — К этому роду, конечно, принадлежишь и ты. Вы родственники с Первым Талантом.

— С Первым Талантом? — прошептал Чарли. — Но я не…

— А знаешь ли ты, благодаря чему Первый Талант стал таким выдающимся? Первым среди остальных?

Чарли покачал головой.

— В нем проявились все пять талантов. В первом за всю историю. Но считалось, что дар этот содержится в крови и что появится еще один такой