Игра 1. Лиз - Tina Jay Rayder

любуйся. Но чем дольше я на нее смотрела, тем сильнее по коже ползло что-то мерзкое. Как от взгляда человека, который улыбается тебе слишком ласково.

— Джей, — позвала я тихо.

Он тут же сел рядом. Как будто и не спал вовсе.

— Что? — спросил он, но уже в следующую секунду сам посмотрел туда, куда смотрела я.

И побледнел.

Я до этого не знала, что он вообще умеет бледнеть.

— Черт, — выдохнул он.

И вот тут я действительно испугалась.

Потому что если человек вроде него реагирует вот так, значит, мы оба крупно влипли.

— Что это? — спросила я, уже заранее понимая, что ответ мне не понравится.

— Не луна, — сказал он очень спокойно. Слишком спокойно. — И это тот, с кем я меньше всего хотел бы знакомить тебя так рано.

— Кто?

Он вскочил и протянул мне руку.

— Потом. Сейчас быстро. Вставай и держись за меня.

— Подожди, я...

— Лиз! — резко бросил он, и я мгновенно заткнулась. — Быстро.

Вот уж не знаю, что меня дернуло послушаться без споров. Наверное, тот факт, что с “луны” в этот момент сорвался тонкий белый луч.

Он ударил в соседнюю крышу.

Та вспыхнула так быстро, будто была сделана из бумаги.

Я даже вскрикнуть толком не успела. Просто вцепилась в руку Джея мертвой хваткой.

— Это и есть, — хрипло выдохнул он, — Дмитрий.

А потом мир сорвался с места.

Он не побежал. Не прыгнул. Не “взлетел красиво”. Мы просто в следующий миг уже были в воздухе. Так резко, что я едва не потеряла сознание от одной только скорости. Город провалился вниз. Ветер ударил в лицо. Мне пришлось зажмуриться и уткнуться лбом ему в плечо, иначе меня бы просто разорвало этим бешеным потоком.

За спиной, где-то высоко и далеко, снова вспыхнул свет.

— Он нас видит? — крикнула я, сама не услышав своего голоса.

— Да!

Очень обнадеживающе.

Мы неслись к морю. Я это поняла, когда запах соли ударил даже сквозь ветер. Темнота под нами стала ровнее, шире, тяжелее. Где-то далеко внизу мелькали белые полосы волн. И я вдруг поняла, что мы не просто летим над водой.

Мы летим к воде.

— Подожди, — начала я. — Ты же не собираешься...

Собирался.

Потому что в следующую секунду мы врезались в море.

Не нырнули. Именно врезались.

Холод ударил так, будто мне одновременно в лицо швырнули тысячу иголок. Рука сама разжалась. Я попыталась снова схватиться за Джея, но пальцы поймали пустоту. Вода тут же сомкнулась надо мной со всех сторон.

И все.

Никакого воздуха.

Никакого “спокойно, это Игра”.

Никакого “ты можешь всё”.

Только холод. Темнота. Вода в носу. Вода во рту. Давление сверху. Легкие, которые уже через секунду начали сжиматься в панике.

Я забилась. Рванулась вверх. Куда вверх? Где вверх? Какая к черту разница, если вокруг одна и та же черная, ледяная масса, а ты вдруг снова маленький, глупый, задыхающийся человек?

Вода — это не воздух.

Воздух меня слушался.

Вода — нет.

Она была сильнее меня, тяжелее, древнее. Ей было плевать на мои попытки договориться. Плевать на страх, на упрямство, на желание жить. Она просто была везде. И изнутри, кажется, тоже.

В груди загорелось так, что я едва не закричала прямо в воду. Но вместо крика снова хлебнула ее. Перед глазами поплыли цветные пятна. В голове ударила одна-единственная дурацкая мысль:

Вот так? Серьезно? После всего — утонуть, потому что зеленоглазый идиот не предупредил?

А потом кто-то схватил меня.

Резко. Крепко.

И потянул.

Я не видела кто. Не понимала куда. Просто перестала дергаться, потому что сил уже не осталось даже на панику. В какой-то момент все вокруг вдруг изменилось. Давление ушло. Ледяная темнота отпустила. Я не сразу поняла, что могу открыть рот и вдохнуть.

Воздух.

Я закашлялась. Согнулась пополам. Перед глазами все плыло. Легкие болели так, будто их действительно жгли изнутри.

— Какого черта ты ее сюда притащил?! — услышала я чей-то злой голос. — Она же вообще с водой не умеет!

— Успокойся, — отрезал Джей. Его голос я узнала бы уже в любой бездне. — Умеет. Просто пока не знает как.

— Ты меня однажды реально угробишь.

— Не в первый раз слышу.

— Я серьезно.

— А я нет.

Даже сквозь кашель и почти обморок мне захотелось стукнуть его чем-нибудь тяжелым.

Я попыталась открыть глаза шире.

Сначала увидела только цвет.

Бирюзовый.

Золотой.

Потом — свет. Мягкий, рассеянный, как будто и не от ламп вовсе. Потом — стены. Не каменные. И не деревянные. Они будто текли, переливались, но при этом были плотными. На них лежали ковры с золотыми узорами, слишком богатые, слишком красивые для того, чтобы я сейчас нормально на них реагировала.

Я лежала на чем-то мягком. Очень мягком. Подушки? Да. Подушки.

И прямо передо мной сидел незнакомый мужчина.

Черные кудри. Темные глаза. Выражение лица такое, будто он одновременно собирается меня спасать, ругаться и жалеть о том, что вообще вписался в эту историю.

Рядом с ним, конечно же, стоял Джей.

Живой.

Сухой.

Даже не растрепанный особенно.

Сволочь.

— Ну что, — сказал незнакомец, заметив, что я наконец на него смотрю. — Очнулась, золотая рыбка?

Я открыла рот.

Потом закрыла.

Потом честно спросила:

— Я умерла?

Мужчина рассмеялся.

Не зло. Не высокомерно. Просто по-настоящему.

А Джей потер лицо рукой и сказал:

— Нет, Лиз. Хотя очень старалась.

— Я тебя ненавижу, — сипло сообщила я ему.

— Взаимно, — совершенно спокойно ответил он. — Зато ты живая.

И вот, как ни странно, спорить с этим было трудно.

Глава 8. Вода, вода, водичка

Если бы у меня когда-нибудь спросили, как выглядит нормальное утро после попытки утонуть, я бы ответила честно: никак не выглядит.

Потому что нормальное утро после попытки утонуть — это когда ты просыпаешься в своей кровати, пьешь чай, кутаешься в плед и рассказываешь кому-нибудь, как тебя вчера накрыло волной на речке. А не когда открываешь глаза в странном доме под водой, на горе подушек, рядом с очень недовольным черноволосым мужчиной и одним конкретным зеленоглазым паразитом, который выглядит так, будто все идет строго по его плану.

Хотя, зная Джея, я бы не удивилась, если бы это и правда было так.

Я попыталась сесть.

Очень зря.