Принцесса Инсомния и кошмар цвета ночи - Вальтер Моэрс

Дилия дважды кивнула.

«Видишь, я хоть и не могу читать твои мысли, но я могу их чуять!» — сказал гном. «Они пахнут страхом. И я дам тебе ответы. Особенно охотно, кстати, на первый вопрос. Потому что я люблю представляться таким образом, хотя ответ, по правде говоря, ужасный штамп, который обычно встречается только в очень плохих романах, как я вынужден признать. Но он всё же попадает в точку…» Гном отчётливо откашлялся. «Итак: первый ответ: Я — твой худший кошмар. А для второго мне придётся немного углубиться в подробности».

Септимус: Темное сердце ночи

«Бдь дбр, слзь ттд, пжлст?» — смогла очень тихо и прерывисто произнести принцесса Дилия, потому что гном всем своим весом сидел у неё на груди. Он не только выдавил воздух из её лёгких, но и почти все гласные из её слов.

«Я н мгу дшть», — задыхалась она.

Гном с сочувствующим видом посмотрел на неё, но не сделал никаких попыток покинуть своё место. «Ты задыхаешься», — понимающе кивнул он. «Конечно. Логично. Понятно. Тебе не нужно извиняться за это. Я точно знаю, что происходит внутри тебя. Ты впечатлена. О чём я говорю, впечатлена — ты совершенно очарована. Просто оцепенела от благоговения. Как парализованная. Но это совершенно нормальная реакция. Я твой первый ночной кошмар, не так ли? От этого можно и дар речи потерять». Он задумчиво почесал подбородок. «Это как культурный шок», — продолжил он. Супермомент. Ситуация типа: „О боже, что это сейчас происходит?“ Это как… как… как будто впервые ешь шоколад и при этом одновременно попадаешь под удар молнии. Такое не забывается! Как там ещё говорилось? Ах да! Осторожно, вот ещё одно клише: Этот момент изменил мою жизнь». Гном издал гортанный смех.

«Этот момент сейчас положит конец моей жизни», — хотелось бы ответить Дилии, но она теперь не могла произнести ни единого слога, с гласными или без них. Она очень хорошо знала, что происходит в данный момент чисто физиологически, потому что из-за своих приступов удушья она досконально изучила эту тему. Вызванное блокировкой дыхательной цепи — гном на её груди — и сопутствующим недостаточным поступлением кислорода очень скоро, вероятно, наступит асфиксия. При этом довольно быстро возникает опасная для жизни нехватка кислорода в крови и, как следствие, недостаточное снабжение мозга. Последствия — сначала непреодолимая усталость, затем обморок и, наконец, смерть. Медицинский термин для этого вида смерти, это тоже знала Дилия, был «асфиксия». «Вот он», — подумала Дилия, — «твой желанный сон. Навсегда». Почти безмятежное спокойствие её мысли было естественным сопутствующим явлением удушья. Вероятно, большинство людей при этом думали что-то вроде: «Я как-то представлял себе это более драматично» или «странно, что именно сейчас я так расслаблена».

«Я, конечно, знаю», — невозмутимо продолжил гном, — «что мой облик обладает чем-то завораживающим. Чем-то харизматичным. Впечатляющим. Гламурным». Он махнул рукой в воздухе, как будто этим мог равномерно распределить хвастливые слова по комнате. «Вероятно, это те слова, которые приходят тебе на ум. Ты не можешь оторвать от меня глаз — как от дикого зверя. На него просто необходимо смотреть, даже если он просто ест банан. Или чешет задницу».

«Банан» и «задница» — подумала Дилия вместо «харизматичный» или «гламурный». Больше, чем повторять про себя самые простые слова гнома, она не могла. Часть её мозга уже отключилась, активность другой части непрерывно снижалась. Казалось, будто тончайшие пелены опускались на лицо Дилии, одна за другой. Яркие цвета кожи гнома бледнели в её угасающем зрении. Его голос становился всё тише. Ей стало холодно.

«Ну хорошо, признаюсь!» — продолжил гном, не обращая внимания на её состояние. Он скрестил запястья и театрально протянул их Дилии, как будто предлагая заковать его в цепи. «Я признаю себя виновным: да — я услада для глаз. „Притягательный“ было бы, пожалуй, лучшим словом. Или „магнит для глаз“? В любом случае, я никого не оставляю равнодушным».

«Мне холодно, — отрешённо подумала Дилия. — Даже очень холодно. Скоро я совсем ничего не буду чувствовать».

Гном скрестил руки на груди. «Но тот факт, что я нечто совершенно особенное, невиданное тобой доселе, не должен омрачать наши отношения уже на этой девственной стадии. Верно? Просто игнорируй это! Мы хотим встречаться на равных».

Дилия теперь воспринимала лишь малую долю всего того, что обычно предлагали ей её чувства. Серо-фиолетовая теневая мгла перед глазами, сильно замедленный и то нарастающий, то убывающий звук в ушах, который, вероятно, был голосом непрошеного гостя, а также совершенно беспричинное эйфорическое чувство счастья, затопившее всё её тело. «Ах, вот как это бывает, когда умираешь», — подумала она. «Радуешься, что не нужно больше жить. Это совсем даже не так уж…» Свет теперь полностью погас. Всё стало чёрным.

«Мы будем считать себя равными, да?» — услышала она гнома уже с очень далёкого расстояния. «Соратниками по судьбе. И, возможно, даже когда-нибудь… настоящими друзьями. Друзьями Ночи!» Он неестественно рассмеялся и наконец слез с груди Дилии.

В этот момент свет в ней снова загорелся. Звуки стали громче, чувство счастья внезапно исчезло. С долгим «Ххххх…» она глубоко вдохнула и резко села.

Гном широко расставив ноги, расхаживал по кровати, размахивая длинными руками, что придавало ему вид обезьяны, балансирующей на бревне. При этом он бесстыдно-любопытно оглядывал спальню. «Кстати, меня зовут… Опал», — как бы невзначай упомянул он. «Хавариус Опал. Но ты можешь звать меня Опалом». При этом он так пронзительно рассмеялся, что Дилии стало больно в ушах.

«У тебя тут уютно!» — крикнул он. «Удобно. Довольно шикарная хижина. Но как иначе — ты же принцесса! Тебе, наверное, не приходится самой собирать мебель. Или покупать на барахолке, полагаю». Он упёр кулаки в бока. «Ну, не совсем мой стиль, но сойдёт. Немного многовато драгоценного металла для моего вкуса. Стены из чистого золота?»

Дилия всё ещё хватала воздух ртом. «Это… ххх… сусальное золото», — ответила она прерывисто. «Это… ххх… может себе позволить почти каждый. Оно… ххх… очень тонкое и стоит не так уж дорого. Оно приятно отражает свет свечей и