Иллюзия бесконечности - Марина Медведева

Другой вопрос не переставал волновать Катю, с тех пор как она увлеклась Игрой. «Бесконечность» стартовала год назад. В Игре сто уровней. Сотни тысяч игроков. И до сих пор ни один из них не дошел до финала и не выиграл пресловутые сто миллионов. Во всем мире не нашлось ни одного игрока, способного пройти «Бесконечность»? На игровых форумах из-за этого кипели страсти, геймеры возмущались, негодовали, грозили бросить Игру. Считали, что разрабы специально подтасовывают результаты, чтобы отдать главный приз «своим». Катя не знала, верить или нет этим домыслам. Какой интерес запускать Игру с огромным денежным призом, а потом обманывать игроков? Что нужно разработчикам от этих толп, ежедневно устремляющихся в «Бесконечность»? Что заставляет их раз за разом проходить Игру, дни и ночи тратить «Бесконечности» в расчете на мизерный шанс оказаться единственным победителем? Тем, кто прошел до конца и получил главный приз?

Катя долго стояла у пруда на холодном ветру, пока не заслезились глаза и не заледенели пальцы (перчатки она по обыкновению забыла в машине). Ветер усиливался, и вот уже серебристая рябь пробежала по ровной глади воды, утки встрепенулись и улетели, гуляющих стало меньше, аллеи теперь зияли пустотой и безлюдием, а с неба припустил колкий леденящий град.

Катя подняла ворот пальто, сунула озябшие пальцы в карманы и направилась к выходу из парка. Погруженная в раздумья, она не сразу заметила странно знакомого парня в длинном черном пальто, без шапки, с беспорядочно разбросанными по плечам темными волосами. Что-то мелькнуло в Катиной памяти, освежив моменты недавней встречи — российский офис «Бесконечности», молодой директор Илья Муромов. Вопросы без ответов.

— Подождите! — крикнула она, надеясь догнать его, но ее голос растворился в завываниях ветра, в скрипе проводов и пронзительных криках галок. Катя запахнула пальто и припустила по аллее, надеясь догнать его и расспросить о том, что вчера было в Игре.

И не успела. Муромов забрался в красную «мазду» и резко рванул со стоянки в сторону светофора. Катя замешкалась на переходе и, когда подбежала к своей машине, «мазды» уже и след простыл. Она забралась внутрь, врубила печку и принялась думать. Дворники шуршали, разгоняя белую крупу колючего града. Небо отяжелело и мутным одеялом плотно давило на хмурые городские крыши. Было тревожно и зябко, будто родной город вдруг превратился в неуютную и опасную локацию, которую нужно пройти, чтобы двигаться дальше. Но как это сделать — Катя не знала и боялась, что навсегда застрянет на этом уровне, в одиночестве пустой квартиры, среди фотографий из прошлого и обоев в синий цветочек.

Она включила зажигание и тронулась с места, но вместо привычной улицы, ведущей к дому, повернула туда же, куда и Муромов. Бессознательно, по наитию. Опомнилась, когда уже мчалась по Советскому проспекту, а в переднее стекло с щелканьем и свистом летели белые тучи града и снега, дворники еле справлялись, машина яростно гудела уставшим мотором, печка раскочегарилась, и в салоне стало жарко и тесно. Катя сняла правую руку с ручки переключения передач и расстегнула ворот пальто — дышать стало легче. Она сбросила скорость и перестроилась в крайний правый ряд, выглядывая, где бы остановиться. Сейчас, когда время неуклонно подбиралось к обеду, она вдруг почувствовала, что голодна. В выходные Катя не завтракала, часто совмещала завтрак с обедом в каком-нибудь людном кафе или на фуд-корте торгового центра.

Мест на парковке не было. Катя медленно двигалась вдоль темной вереницы машин и думала, где бы перекусить, как вдруг заметила ту самую «мазду» с Муромовым. Возле длинной башни жилого комплекса, где, видимо, и проживал директор знаменитой «Бесконечности». Где же ему еще обитать — не в обшарпанной же хрущевке?

Катя убедилась, что из машины вышел Муромов, ловко втиснулась на место отъезжающей «шкоды» и выскочила наружу. Холод резко ударил в лицо и шею. Катя тоскливо глянула на шапку, оставленную на пассажирском сидении, махнула рукой и бросилась за ускользающим Муромовым. Надо непременно догнать его, пока не вошел в здание, там консьерж, он ее, Катю, не пропустит без договоренности. Значит, поговорить не удастся. Катя бежала по обледенелому тротуару и едва не поскользнулась, совершив немыслимый пируэт на одной ноге и ухватившись руками за фонарный столб. Меж тем Муромов уже вошел в подъезд и исчез за широкими стальными дверями. Катя в отчаянии выдохнула, нахмурилась и продолжила скользящими шагами двигаться к нужной высотке. Надеясь, что консьерж ее запустит, а удостоверение сотрудника СК поможет разузнать, в какой из квартир проживает Муромов.

Консьерж оказался невысоким суховатым мужчиной неопределенного возраста и невзрачной наружности. Узкое морщинистое лицо, будто потрепанное зимним ветром, мутные глаза и нос — крупный, как прилепленный от другого лица. Подъезд высотки отличался белоснежными полами и удивительной чистотой. Едва Катя вошла, консьерж устремил на нее строгий взгляд и громко спросил:

— Вы из какой квартиры? Я вас не помню.

— В доме свыше ста квартир. Всех невозможно запомнить, — бойко парировала Катя, отряхивая мокрые капли с ворота пальто на глянцевый пол.

— У меня память лучше компьютера. И я вас впервые вижу, девушка.

«Девушка» насмешливо улыбнулась и расстегнула пальто — с улицы ей показалось жарко, будто натоплено горячей печкой.

— Вы правы — я здесь не живу, — спокойно, с мягкой улыбкой ответила Катя. — Тот красавчик в черном пальто, который только что вошел, прижал мою машину — не выехать. Хочу догнать его и попросить, чтобы убрал свою «мазду». Раз вы все обо всех знаете, позвоните в его квартиру и попросите спуститься и открыть мне проезд.

— Красавчик здесь тоже не живет, — консьерж хитро улыбнулся. — Приезжает в гости. В этом доме проживает его тетя Зельдина Инна Валерьевна.

— Значит, тетя, — глубокомысленно кивнула Катя. — Воспитанный мужчина — не оставляет тетю без внимания.

— А как же ее оставить, если она без инвалидной коляски шагу сделать не может? — ответил консьерж и вдруг испуганно замер. Дверь, ведущая к лифтам, открылась, и Катя увидела красавчика. Их взгляды пересеклись, и ей показалось, что Илья смутился.

— Екатерина? Не знал, что вы здесь живете? — Илья подошел ближе и посмотрел ей в глаза, будто чего-то ожидая.

— Не живу. Я вас искала, — торопливо ответила Катя, оглядываясь на консьержа. Тот глаз не сводил с молодой пары. — Я бежала за вами по улице, вы зашли в этот