Моя! И это не обсуждается - Мила Гейбатова

Анна пытается еще что–то мне сказать, выспросить, кричит в спину, но я не слушаю,

торопливо покидаю учебный корпус. У меня всего пятнадцать минут до полной изоляции в

комнате общежития. К счастью, что–то из еды у меня оставалось со вчера, вроде паштет

и половина засохшего батона. Нужно было лучше заворачивать его в пакет, теперь я

буду есть почти сухарик.

Благополучно добираюсь до входа в общежитие, но на этом мое везение заканчивается.

– О–па, – Я снова врезаюсь, и чужие руки на этот раз ловят меня, – вот так встреча.

Снова утюг забыла выключить?

– Почти, – отвечаю безэмоционально, – пусти.

– Да я не держу, я так, чтобы ты не упала, – говорит Дмитрий. – Ты мчалась и

врезалась в меня на всей скорости. Аккуратнее в следующий раз, ты очень хрупкая.

– Не твоя забота, – огрызаюсь, хочу обойти оборотня и зайти в здание, но он мне не

дает, преграждает путь. – Дай пройти!

– Не дам, – усмехается Дмитрий, а я делаю еще одну попытку и в порыве даже ударяю

кулаком в его плечо. – Ого, а силы в тебе больше, чем в воробышке, я–то думал, что

ты слабее, а, оказывается, есть мышцы, да? Не одни кости.

– Отстань, а? А то мой следующий удар будет по твоему стратегически важному мужскому

месту, там как раз мои кости отлично пригодятся.

– Ой, боюсь–боюсь! – паясничает Дмитрий. – А если серьезно, дам пройти, не паникуй ты

так, но ты должна пообещать мне, что завтра придешь на мою вечеринку!

– Что мне там делать? – настолько удивляюсь, что даже прекращаю попытки обойти

оборотня.

– Знаю, что ты девочка правильная, но там есть развлечения и для правильных, у меня

не какой–то вертеп, все чинно и культурно, между прочим.

– Рада за тебя. И гостей у тебя тоже всегда много, не понимаю, чего ты ко мне

привязался–то?

– Ты разве не знаешь, крошка, что мужчинам нравятся те, кто от них ускользают? –

произносит Дмитрий, наклоняясь ближе ко мне. – Особенно, когда от них исходит столь

дивный аромат, как от тебя, а Милославский так и не заявил на тебя права.

Он словно гипнотизирует меня взглядом, не могу отвести глаза, хотя мозг отчаянно

сигнализирует об опасности, время, отведенное мне амулетом, вот–вот закончится…

28

28

– Подождал меня? Спасибо! – доносится из–за спины Дмитрия, а затем в поле моего

зрения появляется и обладательница голоса. – Ты?!

Взвизгивает она, чем приводит мой разум в порядок, я сбрасываю оцепенение и резко

отстраняюсь от оборотня.

– Я, как видишь, – киваю. – А ты все–таки добилась своего? Одна мечта выполнена, да?

– Да как ты смеешь?! – возмущается Ксения.

В институте она такой не была, сидела тихо и не отсвечивала, а тут смелая. Конечно,

ведь я с какого–то бока оказалась рядом с ее мечтой. Одной из мечт!

Небось считает, что я специально остановила Дмитрия, сама! И, конечно, вешаюсь на

него, чтобы он забыл про Ксению. Делать же мне больше нечег.

– Ладно, развлекайтесь без меня, я ухожу, – машу на девушку рукой и наконец–то обхожу

Дмитрия.

– Но завтра жду, имей ввиду! – доносится мне в спину.

Я не реагирую, просто иду дальше. Никаких вечеринок. Это непреложное правило. Закон

для меня.

Следующий день обещает быть таким же серым, как и сотни дней до него. Я методично

собираюсь на учебу, стараясь не думать о жарких снах, в которых я была с

Милославским. Мой разум играет со мной, очень зло шутит, заставляя в ночи смотреть

на то, чего никогда не будет.

– Здравствуйте, – захожу в деканат, – мне бы сдать курсовую.

Злость, обида и тягучее чувство внизу живота помогли мне сделать вечером очередное

задание для особо въедливого профессора. Вот только сам профессор в институте в

данный момент отсутствует, а по телефону сообщает, что будет в конце дня и просит

занести работу тогда же. А на мое робкое предложение перенести нашу встречу на

понедельник, отвечает, что не намерен давать мне поблажку ради пятничной вечеринки.

Бред. Я туда не хожу, а меня якобы за это наказывают ее лишением. Но делать нечего,

когда все собираются на вечеринку, я собираюсь в институт. Единственная моя надежда

как раз на то, что я не встречу оборотней и тем более Альфу, поскольку все они будут

отрываться.

Профессор на месте, но отпускать меня быстро он не собирается. А ведь я уже рискнула,

придя сюда. И чем больше времени проходит, тем в большей я опасности.

Но профессору все равно, он все задает и задает уточняющие вопросы.

– Послушайте, – не выдерживаю в итоге, – может быть, для вас удивительно, но у меня

есть и мозги помимо внешности. Я действительно все делаю сама!

– Не нервничайте так, я верю. Скорее проверял, насколько более сложные вещи вы

потянете. Высший балл вам по курсовой, – делает у себя пометку профессор, – а на

следующей неделе решим, что вам дать посложнее. Потенциал нужно развивать.

Я ничего не отвечаю, я рада избавлению. Гордость за заслуженную похвалу пытается

занять свое место внутри меня, но это сложно. За окном темным–темно, и мной

овладевает страх.

Торопливо иду по коридору, нервно оглядываясь назад. Все–таки было ошибкой прийти в

университет после захода солнца, я могла сдать курсовую в понедельник, получила бы

на бал ниже, выслушала бы много нелестного о себе, не страшно. Зато не рисковала бы

столкнуться нос к носу с Альфой!

«Спокойно, Айлин, никого ты не встретишь, в университете нет никого кроме тебя и

профессора, которому ты сдала курсовую, – уговариваю сама себя не разгонять пульс до

критической отметки. – Все студенты сейчас на вечеринке у Дмитрия, им нечего делать

в корпусе поздно вечером, тем более Альфе!»

Здравый смысл говорит мне правильные вещи, да только мое сердце все равно не на

месте. Стучит и стучит, как заполошное, рискуя выдать нас с ним с потрохами.

Заворачиваю за угол, осталось пересечь еще два коридора, и я спасена – окажусь на

улице, где смогу поймать такси и доехать до общежития. Пешком идти опаснее, пусть

тут и небольшое расстояние.

Облегченно выдыхаю, увидев массивные двери и не заметив темной фигуры, отделившейся

от угла.

– Ммм, – доносится до меня сбоку мужской голос, – так я