Стратег - Алекс Бредвик

— Ну-у-у-ужно, — протянул я всё так же мысленно.

— Открыть Библиотеку Афины, — уверенно ответила Ника. — Там мы узнаем про нас самих же больше, как построить чёртов монолит, чтобы узнать о себе, а также как уточнить функции Убежища.

— Именно, — ответил я уже вслух. — Поэтому я хочу сделать то, что должен. Кроме меня — никто.

— Это безумие…

— Хаос есть апогей безумия, — с наслаждением и широкой улыбкой проговорил я, смотря на неё, наверное, самым безумным взглядом, на который я вообще был способен.

Глава 8

Пришлось отбывать в Элевсин, там было самое ближайшее открытое для меня Убежище, точнее, проход в это Убежище, которое само находилось не совсем понятно где. До этого отдал несколько десятков самых различных распоряжений, некоторые даже официально на пергаментах, подкрепляя своей печатью Советника. Часть из них касалась только моей сотни, например, командование официально передал Алкиду. И, скорее всего, навсегда, но при этом сохранил за собой право командовать ей в любой момент, и мои приказы будут выше и важнее приказов Алекида.

Что ещё — просто сам факт моего отсутствия. Официально — по делам особой божественной важности. Куда именно — божественная тайна, которую даже я не имел права разглашать. Всё просто. Было в этом сколько-то правды, сколько-то я привирал. И так далее, так далее, так далее. Всё, чего моя деятельность касалась — я давал распоряжения. Ника — взаимодействие с племенами, раз больше не было Кайланы. Ификл — снаряжение нашей сотни и в принципе отряда Легенд. Палиас — взаимодействие с войсками и главами нашего общества, Советниками, например. По статусу может.

И только после этого я позволил себе отправиться в путь. И что самое интересное, по дороге мне попадались только патрульные отряды. И слава богам, что не пары, а десятки. Причём дистанция между ними была хоть и предельная, но видимая. То есть один отряд как минимум всегда видел тот, который впереди, и тот, который позади.

Но дорога была скучна в прямом смысле этого слова. Отряды приветствовал, так как всё же у меня были примечательные шлем и нательная броня, внимательно смотрел по сторонам… и один раз помог прохожему из деревни, который испугался меня, но помощь принял. В любом случае народ Афин долго будет привыкать к новым реалиям. Мы обязаны взять тот город. И мы его возьмём. Если потребуется, то я его уничтожу изнутри, найду способ, но сделаю это.

Элевсин встретил… тишиной и покоем. Редкие жрицы сновали туда-сюда, стражники их останавливали и проверяли. Человек ночью во время войны — подозрение гарантировано. Поэтому досмотр был… доскональным. Оголяться не просили, но одежды просили натянуть так, чтобы фигура чётко прослеживалась. Дамы из-за этого немного недолюбливали наших солдат, но сами прямо говорили, что лучше так, чем обнажёнными стоять перед солдафонами. Так что… градус отношений был повышенный, но до критической точки достаточно далеко.

— Господин Советник! — ударил солдат себя кулаком в грудь, когда я подошёл к храму Деметры. — По делам божественным?

— По ним самым, — спокойно ответил я, кивнув, после чего проследовал внутрь.

Но на всякий случай я напрягся. Слишком доброжелательным он был. Слишком широко улыбался. Слишком наигранными выглядели его слова. Как-то машинально схватился за глефу и стал прислушиваться. И моё чутьё меня не подвело. Быстрый топот… бег. Звук скрежета металла — достал кинжал.

Развернулся, сделал резкий выпад, которого не ожидал предатель. При этом никаких способностей. Просто удар. В кисть, в которой был кинжал. Сам парень остался жив, так что… будет у меня способ скоротать время, расспросить внимательнее, кто и почему его надоумил так поступить. Я его помню, память, спасибо богам, у меня в данный момент отменная.

— Ну давай поговорим, — использовал я самоисцеление, чтобы его обрубок зажил, и он навсегда остался таким. — Это будет тебе карой божественной. Лишился правой руки и восстановить её уже невозможно.

— Это… это… это был не я! — с «честными-честными» глазами говорил он. — Меня… меня околдовали! Это всё жрицы! Они использовали какой-то отвар и приказали мне вас убить! Прирезать в храме.

Ты же понимаешь, что он врёт? Всё, что говорят в храме обычные смертные, особенно жрицы, от которых приходит концентрированная вера, мы слышим. Причём всегда, где бы эти жрецы и жрицы не были?

— Знаешь, что интересно? — усмехнулся я. — Боги постоянно слышат своих жрецов. Насколько им хватает сил, дают ответы, на что не хватает, увы, игнорируют. Или ты думал, они слепы и немощны? Думаешь, что ты сможешь обмануть того, кого породил сам Хаос? Сына самого прародителя всех богов?

И вот после этого во взгляде этого молодого человека было осознание. Его не одурманили, его не подставили. Это был его собственный выбор. Это было его собственное решение. Поэтому… по логике, он обязан умереть. Но у меня была интересная задумка.

— Смотри, ты не совсем же дурак, ну по крайней мере не полный, — приподнялся я и оглядел храм. — У меня есть к тебе предложение. Ну и пара вопросов. Отвечай по доброй воле, я узнаю в любом случае, если ты мне будешь врать.

— Я… слушаю, — смиренно согласился он.

— После моего устранения предполагался твой отход в Афины? — первый вопрос был для него как гром среди ясного неба.

— Мне… мне ничего подобного не говорили, — по его голосу становилось понятно, что к нему пришло осознание, что он просто подставная единица, пешка, которая ничего не стоит. — Просто приказали вас устранить, оставив в каком-то тайнике достаточно денег, чтобы я жил безбедно…

— Скорее всего, тебя бы там ждала смерть, — не привирая, пояснил я ему ситуацию. — Второй вопрос. Куда именно тебе нужно было прийти за наградой?

— В горы… восточнее, которые отделяют эту территорию от Афин, — пожал он плечами.

То есть его хотели устранить там, где вопросов бы у нас не возникло. Не перебежчик, а просто разведчик, например. И плевать бы всем было, что его нет в разведывательных отрядах, а его Легион находится довольно глубоко в тылу. И осознавать, видимо, он это начал только сейчас.

— Смотри. Я тебе дам ровно три секунды, — спокойно проговорил я.