Побег в Город ведьм - Эрин Латимер

загудело. Этот звук вибрировал и размножался, повторяясь вновь и вновь, напоминая Эмме хаотичное биение сердца. Пол задрожал с такой силой, что казалось, ещё немного – и он развалится. Эмма стиснула зубы и прижалась ближе к Элизе с Мэдди. Мир вокруг неё закручивался в спираль, а оглушительный металлический скрип резал уши.

Что-то ударилось в левый бок Эммы, внезапно и болезненно, но она почти не обратила на это внимания, стараясь удержаться за Мэдди с Элизой. Им нельзя было потерять друг друга.

За первым ударом последовал ещё один. Ребят отбросило вперёд и опять назад. Пол задрожал с новой силой. Эмма снова ударилась плечом, и по телу прошла новая волна боли. Девочка вскрикнула.

А потом… Всё замерло и стихло. Не считая странного, подозрительного шипения справа от Эммы.

Она медленно открыла глаза.

Сначала ей показалось, что в вагоне как-то слишком сумрачно. Может, солнце уже зашло? Пока сложно было разобрать, что происходит. Постепенно глаза привыкли к темноте, и она обнаружила, что все лампы погасли. Поэтому в вагоне и стоит такой мрак. А слабый свет, который сочился через окно наверху, был окрашен в зелёный остатками порошка из чертополоха.

К горлу подступила тошнота, и девочка зажала нос и рот ладонью. Тут её поразила внезапная мысль, и она нахмурилась.

Окно… Наверху? Эмма посмотрела на потолок и с нарастающей тревогой осознала, что поезд перевернулся. Железные прутья затеняли бледный свет с улицы, льющийся в окна.

Рядом кто-то пошевелился и крепко схватил её за руку.

– Эмма? Ты в порядке?

Эмма моргнула. Перед глазами всё расплывалось, но она различила лицо Элизы в полумраке.

– Да, а ты? – спросила Эмма дрожащим голосом.

– Тоже.

Элиза слегка подвинулась, но пол под ней заскрипел, и девочка тут же замерла.

– Где остальные? – прошептала она.

Послышался тихий стон, и откуда-то слева раздался голос Эдгара:

– Я здесь. И, кажется, у меня идёт кровь.

Тут он в ужасе ахнул и куда более взволнованно добавил:

– Только не это! Я потерял свою книгу!

– Ой, как больно было! – пискнула Мэдди слева от Эммы, и последняя вздохнула с облегчением, услышав её голос.

Эмма медленно поднялась на четвереньки. Сверху раздавались шум и грохот. Поезд оглушительно затрещал, и девочка содрогнулась.

– Погоди, – окликнула её Элиза, и рядом с ней мигнул огонёк. Секунду спустя изуродованный вагон осветило крошечное оранжевое пламя с её ладони.

Эмма обвела взглядом картину бедствия. Им очень повезло, что их укрытие почти не пострадало. Бока поезда сильно помялись, полки для багажа отвалились от стены и криво свисали вниз. Переднюю часть поезда было вовсе не узнать. От всего большого механизма остались лишь ошмётки металла и стекла, грозно мерцающие в оранжевом свете.

Элиза широко распахнула глаза от ужаса, так, что белки светились в полумраке, и все мышцы на её лице напряглись. Эдгар стоял на четвереньках, бледный и потрясённый, и щурился на мигающий свет. Его чёрные кудри примялись с одной стороны, а по виску стекала кровь.

Мэдди медленно села на полу, оглядывая всю компанию. Кудри цвета ирисок спутались в колтуны, платье порвалось, а на щеке алела глубокая царапина, но в остальном она выглядела целой и невредимой.

– Что теперь? – спросила Мэдди.

Эмма поморщилась. Деревянные скамейки разлетелись на щепки и отъехали к левой стене вместо того, чтобы лежать где полагается – на полу.

– Мы перевернулись, – сказала она вслух. В ушах до сих пор звенело, и создавалось ощущение, будто это происходит во сне, но Эмма понимала, что всё взаправду.

Откуда-то сверху снова послышался громкий скрип, словно отвечая на её слова, и пол под ребятами задрожал.

Ладони Эммы вспотели, а грудь сдавило от страха. Если поезд обрушится, их погребёт под обломками.

Судя по всему, Элиза думала о том же самом. Огонёк в её ладони внезапно разыгрался и взвился аж до самого потолка. Она испуганно зашипела и накрыла его свободной рукой, едва не погасив пламя – единственное, что разгоняло кромешный мрак.

– Осторожнее, – прошептала Эмма. Она подозревала, что остатки двигателя очень легко воспламеняются.

– Извини. Просто он… Не всегда слушается, когда я нервничаю, – объяснила Элиза, сдвинув брови.

Эмма прекрасно её понимала.

И в тот же момент на задворках сознания послышался мерный стук – стук сердца, качающего кровь. Эмма попыталась отвлечься от тревожных мыслей, дышать ровно и глубоко.

Сбоку снова что-то загромыхало, и пол завибрировал. Эмма села, расправив плечи, и едва не ударилась макушкой о расщеплённую скамью.

Огонёк Элизы снова взметнулся к потолку.

– Он поворачивается, – прошептала она. – Надо скорее с него сойти.

– Как же нам выбраться? – спросила Эмма.

Все четверо повернулись к двери – точнее, туда, где по идее должна была быть дверь.

– Нет, выходит, она… – пробормотал Эдгар и перевёл взгляд на потолок.

Элиза с Эммой переглянулись, а Мэдди побледнела ещё сильнее. Девочки запрокинули головы.

Дверь теперь вела на «крышу», и в пробитой при крушении щели мерцала тонкая полоса дневного света.

Глава 13

– Что ж, по крайней мере, она открыта, – с сомнением в голосе констатировала Мэдди.

– Да вы издеваетесь!.. – сказала Элиза.

Откуда-то сверху раздался громкий удар, и Эмма вздрогнула. Это был совершенно новый звук, отличавшийся от всех предыдущих, – будто сверху упало что-то тяжёлое.

– Элиза, подсвети дверь! Проверим, можно ли увеличить щель, чтобы мы смогли пролезть.

Не говоря ни слова, Элиза подняла руку. В один миг пламя на её ладони стало выше и ярче – от неожиданности девочка дёрнулась, но не отступила. Эмма готова была поспорить, что огонь вот-вот перенесётся на сломанную мебель, ещё больше усугубив их положение.

– Достаточно широко, – сообщил Эдгар с облегчением в голосе, – я легко пролезу.

– Да, пара пустяков, – Мэдди внимательно изучала потолок, не отрывая взгляда. – Как бы нам до неё добраться?

Эмма озабоченно огляделась по сторонам, понимая, что времени у них мало. Она обратила внимание, что прямо перед дверью сохранилась непострадавшая часть скамьи.

– Я могу встать на скамью и подсадить вас, – предложила Элиза.

Сбоку раздался очередной раскат шума, и Эмма резко выпрямилась. Ничего хорошего он не предвещал.

– Попробуем? – спросила Элиза, уже забираясь на скамью. – Я самая высокая, поэтому легко всех подниму. Мэдди, пойдёшь первой? Думаю, ты меньше всех весишь.

Эмма нахмурилась. Элиза и без того опасно балансировала на полуразрушенном сиденье, и сложно было представить, как она будет подсаживать Мэдди, но других вариантов у них не было. Она обхватила лодыжки Элизы обеими руками, чтобы та не упала, а та в свою очередь кивнула Мэдди, подбадривая её. Девочка перевела дыхание и осторожно поставила