Дочь медведя, или Предсказанная перевёртышу - Оксана Чекменёва

Томаса, покачала головой, а после обвела лапой Клеща и Моню: – «Мы» – это не вот мы трое. Нас же много было, и мы все о нашей Риони заботились. Просто с ней сюда только мы втроем отправились, а так-то нас – полный лес.

– И охота в лесу хорошая, – подхватил Клещ. – Нет-нет, Риони не охотилась, людям же нельзя. А вот мы… ну, не то чтобы конкретно мы, а в целом.

– У нас там и волки были, и лисы, и несколько рептилоидов обитало. Уж одну-то Риони мы прокормить смогли, – поддержала его Лапка.

Томас посмотрел на меня с искренним сочувствием.

– Очень тяжело было?

– Я справилась, – дернула плечом. Было неловко, не привыкла я к сочувствию от людей. Да и не было прежде тех, кто мне мог посочувствовать, просто потому что я никому и никогда столько о себе не рассказывала. А тут – за день вывалила на Томаса такие подробности, сама себе не устаю удивляться. – У меня была цель – подготовиться к поступлению и скопить деньги на дорогу. Я справилась.

– Теперь самое тяжелое позади. – Томас протянул ладонь и взял меня за руку, которая в его лапище просто утонула. Но прикосновение было бережным, словно я Ноппи или Лапка. Как же давно я не чувствовала простых человеческих прикосновений…

– Я уже поел, – послышался рядом голос кентавра. – Но могу подождать, если вы еще не закончили.

– Да нет, мы закончили, – ответил Томас, оглядывая стол, а потом начиная сгружать на поднос вылизанные Моней дочиста тарелки. – Пойдем, заберем твои вещи – и в общежитие.

Когда, забрав переметные сумки кентавра – ни поступающих, ни принимающих документы в той комнате уже не было, одни пустые столы, – мы вышли во двор, и Томас обратился к парню.

– Я – Томас, она – Риони, а тебя как зовут?

– Я – Аласур. – Кентавр склонил голову, и вновь – четко перед Томасом. Меня вроде бы и не было рядом.

– Не мог бы ты, Аласур, объяснить, почему игнорируешь Риони? – в лоб спросил мой друг.

– Игнорирую? – кажется, кентавр искренне растерялся.

– Ты не смотришь на меня, не отвечаешь на вопросы, меня словно здесь нет! – воскликнула я в сердцах. Кентавр напрягся, его глаза забегали, но только не в мою сторону.

– Аласур, в чем дело? – потребовал ответа Томас.

– Я не хочу схватку. Я не выстою против тебя! – буквально простонал кентавр.

– Так, стоп! – Мы и так уже остановились, но, услышав команду Томаса, теперь просто замерли – и я, и наш растерянный спутник, и даже звери. – Я ничего не понимаю. Но, кажется, догадываюсь, что речь о каком-то неизвестном нам обычае твоего сообщества. Может, объяснишь? И не веди себя так, словно Риони не существует, это обидно.

– Ты не примешь это за вызов? – уточнил бедняга.

– Разумеется нет!

– Просто… Нельзя смотреть на самку, которая занята. И разговаривать с ней, пока от ее самца не поступит разрешение. Только если хочешь бросить ему вызов и забрать самку себе. А я не хочу!

– Риони, кажется, у тебя самец появился, – захихикал Клещ. – А что, мне он нравится, вон какой сильный. И магия у него полезная. Берем!

– Клещ! – возмутилась я. – У людей так не делается. И я не самка! – это уже кентавру.

– Ты – самец? – Теперь он смотрел уже прямо на меня, точнее – на мою грудь, и казалось, его глаза сейчас просто выпадут из глазниц.

– Да нет же! Я – девушка, а не самка! Самками называют только животных.

– Не всех животных, а только тех, которые не самцы! – уточнил Моня.

– Вы совсем бедного мальчика запутали, – вздохнула Лапка, в то время как из-за пазухи Томаса слышалось ехидное хихиканье.

– Так, помолчите все! – Томас вскинул руки, и мы снова замолчали. Все, кроме продолжавшей хихикать Ноппи. – Аласур, я не собираюсь с тобой сражаться и не посчитаю за вызов, если ты начнешь замечать Риони. Она не моя самка, она моя подруга…

– Это одно и то же, – пробормотал кентавр, глядя в землю.

– О, небеса, дайте мне сил! – застонал Томас, глядя, наоборот, куда-то вверх. Потом тряхнул головой и вновь взглянул на кентавра. – Что ты там говорил про разрешение? Если я его тебе дам, ты перестанешь вести себя так странно?

– Я не очень понимаю, что странного в моем поведении, но если ты дашь мне разрешение, то я смогу разговаривать с твоей самкой, не претендуя на нее и не бросая тебе вызов.

– Договорились. Аласур, я официально разрешаю тебе разговаривать с Риони! Так сойдет?

– Спасибо, – улыбнулся кентавр и обратился уже четко ко мне: – Добрый день, Риони. Извини, если обидел тебя, но против твоего самца мне и правда не выстоять.

И мы оба взглянули на Томаса, который возвышался над пареньком на голову и был раза в полтора шире в плечах. Да против него и трое Аласуров не выстоят, даже в копытной версии.

– Как же ты собираешься здесь учиться? – с жалостью глядя на кентавра, поинтересовался Томас. – Как планируешь отвечать на занятиях, ведь среди преподавателей есть и женщины?

– Надеюсь, их самцы дадут мне свое разрешение, – с тоской глядя на здание академии, вздохнул Аласур. – Не думал, что все так сложно будет.

– А если у них нет самцов? – спросила я. – Ну, вот нет, и все. Как быть?

– С такой самкой разговаривать можно. Смотреть на нее можно, ухаживать за ней. Раз нет самца, значит, некому бросать вызов. Хотя обычно желающие все равно находятся, если только самка не совсем старая.

– Как все сложно, – покачала я головой.

– Да нет, нормально, – пожал плечами парень. – Правила совсем простые, и если все их придерживаются, то в табуне мир и покой. Ну, кроме времени весеннего гона, конечно. Но там тоже свои правила есть.

– Расскажешь? – поинтересовался Томас, давая знак, чтобы мы шли дальше.

– Хорошо. А ты расскажешь мне про здешние порядки? Кажется, мне придется многому учиться, кроме магии.

– Договорились. Сейчас тебя заселим, разложишь вещи и заходи ко мне, в двадцать третью комнату. Проведу для тебя небольшой ликбез.

– А это что такое? – к дружному хору нас, четверых, добавился голос кентавра. И откуда Томас все эти слова берет? Я вроде бы много читала, библиотекарша говорила, что у меня богатый словарный запас, но порой Томас ставил меня в тупик.

– Ликвидация безграмотности, – уже привычно раздалось у него из-за пазухи.

– Я грамотный, – даже обиделся Аласур. – Экзамены, вон, сдал почти без ошибок и раньше срока.

– Имеется в виду незнание тобой основ правил проживания в местном обществе, – на этот раз Томас опередил Ноппи. – Вот это самое